Обрученная - Купава Огинская

– Я встряла, – пробормотала убито, прижимаясь щекой к прохладному дереву.

Джая, так же, как и я, обнимавшаяся с дверью, лишь гневно на меня нашипела.

Пятнадцать минут назад Вэйд заперся в своем кабинете с лордом Эллери, и с той минуты я утратила покой. Помимо главы семейства в мрачный дом моего жениха наведалась также бабушка, в то время как маменька осталась дома, пить капли для сердца и приходить в себя после ужасающей новости о том, что ее дочь чуть не похитили какие-то фанатики.

Меня в кабинет не пустили, присутствовать при разговоре не дали и очень издевательским тоном посоветовали идти отдыхать.

Отдыхать ни у меня, ни у непробиваемой Джаи, быстро оправившейся после встречи с адептами, желания не было.

Мы хотели другого, мы хотели знать, о чем они там секретничают.

– Как думаешь, меня заберут обратно? – мне понадобилось семнадцать минут, чтобы понять, что мы ничего не услышим. Надежда умирала медленно и в невероятных мучениях, но, в конце концов, все же умерла. Я больше не пыталась расслышать невнятный шепот из кабинета, теперь мне было куда как интереснее терзаться сомнениями.

– Куда? В дом Эллери? – рассеянно переспросила Джая, неохотно отступив от двери.

– Ну да.

– Глупости какие. Не для того Вэйд вчера столько времени у твоей постели просидел, чтобы вот так просто в семью вернуть.

От слов ее я невольно передернула плечами. Просидел, да. И хорошо так просидел. Полупустая бутылка печально знакомой мне алкогольной гадости у кресла и внушительная стопка разобранных донесений на столе явно свидетельствовали о том, что Вэйд многозадачный до ужаса. Он и за самочувствием невесты следить умудрялся, и работать, да еще и напиваться параллельно с этим.

И это при том, что алкоголь регенерацию замедляет, а я женишка своего мрачномордого хорошенечко благословила, от всей своей попаданческой души. А он, вместо того, чтобы здоровье поправлять, нервы успокаивал. Зато теперь ходил спокойный, как танк, но все еще обожженный.

Словно услышав нас, из кабинета Вэйда, рывком открыв дверь, показалась леди Хэвенхил. Совсем бледная, с плотно сжатыми, бескровными губами и горящим взглядом светлых глаз. Если бы мы не подслушивали тут под дверью, я бы сказала, что имел место безобразный скандал.

Но криков мы не слышали, а представить, что они там орут друг на друга шепотом, у меня просто не получалось.

И вот, вырвалась она из кабинета, а я просто стояла и радовалась, что всего какую-то минуту назад мы с Джаей чуть от двери отошли, и никто нас за подслушиванием не застал. Какая удача.

– Селина, собирайся, ты возвращаешься домой! – велела бабуля, смущая меня своим свирепым видом.

– Леди, я думал, мы поняли друг друга, – Вэйд, показавшийся следом, неодобрительно покачал головой, – она никуда не поедет.

– Вы не можете удерживать Селину против ее воли, – не повышая голоса, огрызнулась бабуля, крепко хватая меня за руку. Ощутив дрожь ее холодных пальцев, я беспомощно покосилась на Вэйда и очень об этом пожалела.

Он смотрел на меня напряженно, выжидающе, даже требовательно:

– Разве я держу ее здесь насильно? – И вот что-то такое было в его голосе… я бы сказала, что это угроза, но бабуля, казалось, ничего не заметила.

– Селина, скажи ему, что ты возвращаешься домой. Безопасность…

– Я в состоянии обеспечить безопасность своей невесте! – с нажимом произнес Вэйд, делая шаг ко мне, но был мягко остановлен лордом Эллэри.

Вынырнув из-за могучей спины моего раздраженного жениха, папенька решительно заявил:

– Среди родных ей будет спокойнее. Прошу понять, она моя дочь, я забочусь в первую очередь о ее благополучии.

– Тогда, может, спросим ее? – запальчиво предложила Джая, сверкая глазами не хуже моей бабули. – Пусть Селина сама выбирает, где ей будет безопаснее.

Вот лично я бы на месте отца ни за что не поддалась бы на такую явную провокацию, но он был уверен, что я с удовольствием ухвачусь за возможность вернуться в старую комнату Селины, вновь, совершенно добровольно посадив себя под ненавязчивый, но несомненный домашний арест.

Джая же точно знала, что мне здесь нравится.

Бабушка тоже напридумывала себе невесть чего, мгновенно успокоилась, преобразилась и мягко, с ласковой улыбкой попросила:

– Селина, родная, скажи лорду Грюнэру, чего ты на самом деле хочешь.

Вдохнув полной грудью и закрыв глаза, я шокировала родственников ужасным признанием:

– Я бы хотела остаться здесь.

Мертвая тишина была мне ответом, полностью лишая мужества. Вжав голову в плечи, я ждала бури.

А дождалась насмешливого вопроса:

– Надеюсь, теперь вы оставите идею забрать мою невесту?

– Не будем забывать, что она так же моя дочь, – хмуро напомнил папенька.

– Не будем, – миролюбиво согласился Вэйд, которого очень обрадовал мой ответ, – вы останетесь на обед или все же покинете нас?

Проигнорировав его вопрос, бабушка крепче сжала мою руку, чуть потянув на себя:

– Он тебе угрожал?

– Что? – Вопрос застал меня врасплох, зато Вэйда очень разозлил.

– Кто я, по-вашему?!

– Мне кажется, мы выбрали неподходящую кандидатуру в мужья нашей девочке, – заметила бабуля, полностью проигнорировав стеносотрясательное негодование собственно того самого неподходящего кандидата.

– Элия, – предостерегающе начал отец, но был прерван холодным:

– Во всей столице найдется не так уж много кандидатов, – последнее слово Вэйд издевательски выделил, – которые имеют возможность претендовать на руку вашей внучки, и едва ли многие из них согласятся пойти против храма. Полагаете, вам удастся найти кого-то еще, кто будет готов добровольно взять в жены жрицу?

– Мы можем… – начала было бабуля, но была грубо прервана:

– Вы можете попытаться, но давайте будем откровенны, времени осталось мало. И если не случится чуда, а его не случится, уж поверьте мне, то на третьи сутки после дня совершеннолетия Селины ее заберет храм.

– А почему чуда не случится? – мне было очень интересно, отчего это Вэйд так не верит в чудеса. Ответ оказался до обидного банальным.

– Мало найдется мужчин в Даатаре, согласных пойти против храма, отняв его законную жрицу, но еще меньше в столице сумасшедших, готовых украсть у меня невесту.