Избранница волка - Алеся Лис

В гостиную впархивает прелестное белокурее создание в сопровождении двух таких же очаровательных девушек.

– Это она? – поворачивается к стражникам принцесса, не совсем вежливо тыча в меня пальцем.

Но я только об одном могу думать – что мне сейчас по правилам этикета нужно делать. Такое у нас на уроках явно не преподавали – за столом не осрамилась, и на том спасибо. О том, что кто-нибудь из учащихся сельской школы может повстречать особу голубых кровей из королевского рода, и помыслить было бы странно.

Краем глаза наблюдаю за Лизхен, она приседает в глубоком поклоне – то ли реверанс, то ли книксен, я не знаю, что есть что – и почтительно склоняет голову.

Что же мне делать? Скопировать поведение служанки? А вдруг этим самым я себя поставлю в неловкое положение, намекнув о плебейском происхождении, впрочем, оно-то у меня что ни на есть самое плебейское, но ведь привечают-то меня как аристократку, значит, Рейнхард решил меня немного возвысить в иерархии общества.

Сердце гулко стучит в груди, а ладони мигом потеют. Почему, почему ни в одной книге о попаданках, которые я читала, не было описано, как нужно кланяться? Какое досадное упущение!

Брови принцессы Николь поднимаются вверх, а сама она прожигает меня таким горячим взглядом, что кажется – я вот-вот вспыхну и превращусь в горстку никчемного пепла.

Ноги примерзают к полу, попа, кажется, намертво приклеилась к стулу, захоти я сейчас встать и изогнуться кренделем, как Лизхен, все равно бы не смогла.

– Допустим… – подозрительно тянет принцесса, и в глазах у нее зажигается любопытство. – Накрой и на меня, я еще не завтракала, – машет эта венценосная особа в сторону служанки, присаживаясь напротив, и небрежно кивает подругам. – А вы можете идти.

Девчушки, присев, но не так низко, как Лизхен, прощаются и быстренько исчезают за дверью. Значит, насчет вариантов поклонов я все-таки была права.

– Привет, – уже нормальным тоном говорит девушка. – Я Николь, можно Ники. А тебя как зовут?

Она мило хлопает ресницами, намазывая кренделек желтоватым сливочным маслом.

– Привет. Я Вета – выдавливаю из себя, и чтоб скрыть неловкость, отпиваю глоток кофе.

– Ты извини, что я так к тебе влетела, – сокрушенно морщит нос моя неожиданная визитерша. – Папа просто с утра мне огласил, что нас, то есть, у Рейна гости. И тщательно скрыл твое происхождение. Вообще сказал, что это большая тайна и даже мне знать ее не положено, – выдает это неземное создание, откусывая громадный кусок булки. – А мне же интересно, что это за гости у моего будущего жениха. Вдруг любовница, понимаешь?

И смотрит так выжидающе, что у меня кусок поперек горла становится. Я снова заливаюсь румянцем, вспоминая сцену в ванной. И хоть между нами ничего не было, но… все же что-то было. Я это чувствовала, и он тоже. Эти мурашки, этот будто наполненный электричеством воздух, это дыхание в унисон и притяжение, сильное, непреодолимое … Только зачем? Зачем, если есть невеста? Или мне это все показалось?

Так обидно становится, и гадко. Даже сама не знаю, почему. Ведь, казалось бы, какое мне дело до невест канцлера, я все равно домой собралась… Ан нет… Что-то гложет внутри, словно гусеница спелое яблоко...

– Но теперь вижу, что нет, никакая ты не любовница, – беспечно машет рукой Ники, продолжая жевать. – А еще хотела проверить твое происхождение. Знаешь, подловить, – трещит она, как сорока. По-моему, ей даже мои ответы не важны. – Посмотреть, как ты будешь кланяться. У них-то – небрежно кивает она на замершую чуть поодаль Лизхен. – Это с младенчества выработанное поведение. Рефлекс…. А по тебе вижу, что ты не проста.

И снова окидывает меня странным взглядом. А я, хоть убей, но вижу, что и сама Николь не та легкомысленная болтушка, коей хочет казаться. Далеко не та...

– Ну, так что? – лукаво блестит глазами моя собеседница. – Я угадала.

– Почти, – виновато отвожу взгляд. Врать мне всегда было трудно, но сейчас много чего зависит от того, смогу ли я держать маску на лице и играть ту роль, которую мне навязали.

– А ты, я полагаю, не слишком многословна, – хмыкает девушка и стреляет глазами в Лизхен, едва заметным жестом указывая на свою чашку.

Та, быстро поняв, чего от нее хотят, кидается наполнять посудину парующем кофе, а затем хлюпает туда еще и молока.

– Часом не на мое место метишь, а, Вета? – внезапно Николетта задает достаточно прямолинейный вопрос, подчеркнуто невозмутимо отпивая напиток из чашки. И только мелькнувшая в ее глазах тревога подсказывает мне, как она боится потерять своего жениха. – Ибо если на мое, то советую отступиться. Я могу быть верным другом, союзником и даже названной сестрой, но… Врагом я буду с точно таким же рвением, – все так же мило улыбаясь, возвещает она.