Цикл Дегона. Печать силы - Вольфганг Хольбайн

Подъехав к этому человеку, Росфельд дернул лошадей за поводья и, когда повозка остановилась, спрыгнул на землю. Поприветствовав сержанта кивком, тамплиер с интересом, но без какого-либо сочувствия, посмотрел на меня.

— Новенький, — констатировал он. — А почему только один, Росфельд? Ведь брат Тергард знает, что нам нужны новые поступления.

— Этот у нас особенный, — проворчал Росфельд.

Неторопливо открыв клетку, он снял с меня наручники и просто столкнул с повозки.

Дорога высосала из меня последние силы. Все вокруг виделось мне в тумане. Опустившись рядом со мной, тамплиер взял меня за подбородок и осмотрел мое лицо.

— Он плохо выглядит. Это ты постарался?

Хмыкнув, Росфельд указал на свою перевязанную руку.

— Эта свинья сломала мне руку, — сказал он. — И вообще, пусть скажет спасибо — Тергард запретил мне раскалывать ему череп.

— Ему и так недолго осталось, — заметил тамплиер и укоризненно покачал головой. Выпрямившись, он бросил на Росфельда раздраженный взгляд и возмущенно воскликнул: — Ну и что мне делать с этим полумертвым? Неужели брат Тергард забыл, что я могу использовать только здоровых и сильных людей? Калек и умирающих у меня предостаточно.

— Этот здесь не для работы, — ответил Росфельд. — Тергард хочет, чтобы ты отвел его вниз, когда он немного придет в себя. — Сержант тихо рассмеялся. — Он просил передать тебе, что ему бы очень хотелось, чтобы этот человек оказался внизу.

— Почему? — осведомился тамплиер.

— Лучше спроси об этом Тергарда, — огрызнулся Росфельд. — Он считает, что этому человеку он особенно обрадуется. И не спрашивай меня почему. Мне ведь ничего не говорят. Я тут занимаюсь лишь мелкими поручениями, не более.

Взглянув на него, тамплиер снова покачал головой и опустился рядом со мной.

— Вы можете встать? — В его голосе внезапно оказалось столько тепла и дружелюбия, что я опешил, поскольку никак не ожидал такой реакции.

Кивнув, я попытался приподняться, но тут же, задыхаясь, опять сел на землю. Мне не хватало сил, чтобы встать. Меня будто парализовало.

Вздохнув, тамплиер выпрямился и хлопнул в ладоши. Вскоре я услышал шаги, и кто-то, подхватив меня под мышки, поставил на ноги.

— Отведите его в камеру, — велел тамплиер. — И скажите доктору, чтобы он им занялся.

Меня поволокли через плац к другому бараку. В этот момент у меня потемнело в глазах, и я потерял сознание.

Какое-то время я пребывал во тьме, а потом открылась дверь, и вошел человек, который начал осматривать мое тело. Было очень больно, но вскоре все неприятные ощущения практически исчезли, а чувство мучительной усталости сменилось обычной слабостью.

Очень хотелось спать, но я знал, что не должен поддаваться этому искушению, если хочу выбраться из лагеря живым. Я даже не догадывался, что имели в виду Росфельд и тамплиер, когда говорили, что меня нужно отправить вниз. Но что бы это ни означало, я был уверен в том, что это приведет к моей смерти.

В полутрансе я поднял руку и остановил врача, который уже собирался уходить.

— Задержитесь ненадолго, — пробормотал я. — Мне нужно с кем-то поговорить.

— Вам необходим сон, — мягко возразил врач, убирая мою руку со своего рукава. — Вам нужно поспать по меньшей мере тридцать шесть часов. — Обеспокоенно посмотрев на меня, он покачал головой. — Вы знаете, что были на волосок от смерти?

— Мне нужно… с кем-то поговорить, — настаивал я, хотя у меня едва хватало сил на то, чтобы не закрывать глаза. — Пожалуйста. Это… очень важно. Пришлите сюда человека, который… всем здесь заправляет.

— Это невозможно.

— Но так должно быть! — Не знаю, откуда у меня взялись силы, но я сумел подняться и опереться на локоть. — Скажите ему, что меня послал брат Балестрано.

Уставившись на меня, врач открыл рот, словно собирался что-то сказать, и побледнел.

— Какое… имя вы назвали? — запнувшись, переспросил он.

— Балестрано, — повторил я. — Не валяйте дурака. Вы прекрасно знаете, кого я имею в виду. Это глава вашего ордена.

Помедлив, врач молча повернулся и вышел из камеры.

Я в изнеможении откинулся на лежанке. Попытка, конечно же, была отчаянной, но, казалось, возымела свое действие. Имя главы ордена тамплиеров было одной из наиболее заветных тайн братства. Вряд ли кто-то из них решился бы проигнорировать человека, который это имя знал.

Вскоре дверь в мою камеру открылась во второй раз, и вошел человек, которого я раньше видел во дворе. Выражение его лица было изумленным и в то же время обеспокоенным. Подождав, пока охранник закроет за ним дверь, он подошел к моей лежанке и, примостившись с краю, заглянул мне в глаза.

— Давайте поговорим без обиняков, — предложил он.

Едва ли он мог сказать что-нибудь другое, что повергло бы меня в еще большее замешательство, ибо, кроме имени Балестрано, я почти ничего не знал о тамплиерах. Во всяком случае, я не знал ничего такого, что могло бы мне помочь. Но сейчас у меня появилось явственное ощущение того, что мои слова станут вопросом жизни или смерти. Моей жизни. Или моей смерти.

К счастью, мой собеседник избавил меня от этих мучений.

— Балестрано, — пробормотал он. — Откуда вам известно это имя, Крейвен?

— Мне известно не только имя, — ответил я. — Я знаком с ним лично.

— Вот как? — переспросил тамплиер.

Его вкрадчивый тон должен был бы насторожить меня, но я слишком устал, чтобы обращать внимание на подобные тонкости.

— Я… я на вашей стороне, — запнувшись, продолжил я. — Поверьте мне. Мы с вами боремся против одних и тех же врагов. Я не знаю, почему Тергард прислал меня сюда, но он совершает ужасную ошибку. Мы с Балестрано друзья. Я спас ему жизнь. И он передо мной в долгу. А вы…

— Против одних и тех же врагов? — Вкрадчивость в голосе тамплиера усилилась. — О ком вы говорите, Крейвен?

— О ДРЕВНИХ, — немного опешив, сказал я. — Возможно, вы называете их по-другому. Я говорю о ВЕЛИКИХ ДРЕВНИХ. Ктулху и всех остальных.

— Мы действительно называем этих существ иначе, — подтвердил тамплиер. — Но я понимаю, о ком вы говорите, мистер Крейвен. — Внезапно его улыбка стала холодной как лед. — Но кто сказал вам, — тихо продолжил он, — что мы боремся против них?

Я смотрел на него и постепенно начинал осознавать, что совершил ошибку.

Ужасную ошибку.

Смерив меня спокойным взглядом, тамплиер встал и хлопнул в ладоши. Дверь открылась, и те двое, что привели меня сюда, вошли в камеру.

Человек в одежде тамплиеров указал на меня.

— Приготовьте все. Он должен отправиться вниз. Сегодня ночью.