Недостойная - Анна Шнайдер

А вот теперь, после этого «диалога», неизвестно, как Эн себя поведёт. Закроется, захочет перестать общаться? Или?..

В любом случае — как-то нужно это всё исправить. Вопрос только в том, как?

Утром в понедельник Берт проснулся от вибрации браслета связи. Посмотрел на экран, похлопал глазами — император.

— Да?

— Берт, — Арен, как обычно, уже был деловым и собранным. Порой Арманиусу казалось, что его величество вообще не спит, — сегодня Совет архимагистров. Я хочу, чтобы ты был. Ты и Дайд, как в прошлый раз.

— В прошлый раз Гектор меня охранял, да и я ещё не потерял звание архимагистра, — возразил Берт. — А сейчас как? Мы же не имеем права являться на совет.

— По приглашению императора — имеете. Я распоряжусь. Он за тобой зайдёт.

Арманиус не выдержал и поинтересовался:

— Зачем всё это? Не просто же ради моральной поддержки…

Арен кивнул.

— Не просто. Я хочу, чтобы было ощущение, будто мы идём по неверному пути. Ты как цель уже не нужен, но Дайд рядом с тобой создаст впечатление, будто мы заблуждаемся. Кроме того, есть еще одна причина, но о ней ты узнаешь на совете.

От дурного предчувствия у Берта даже живот заболел.

— Хорошо, я приду.

Император прервал связь, и только после этого Арманиус вспомнил, что Эн сегодня не придёт.

Нет, не потому что он наговорил ей вчера, а потому что контур восстановлен — больше ей не над чем работать. Впрочем, она хотела еще к шаманке сходить… Не передумает ли после вчерашнего?

Берт улыбнулся и покачал головой. Конечно, она не передумает. И это даёт ему надежду, что они всё-таки помирятся.

* * *

Работать, когда у большинства людей каникулы — сущее мучение. Но я всё же встала, умылась, оделась и позавтракала, ощущая странную пустоту внутри. От того, что мне не нужно идти к Арманиусу. За последние недели я как-то привыкла общаться с ним каждый день… А тут ещё и это «признание»… Что же теперь?

Но надо, всё равно надо сводить его к шаманке. Сегодня договориться, а завтра сводить. Защитница, и как я буду с ним общаться?

Я потёрла лоб — желание нырнуть в чашку и утопиться там стало совсем нестерпимым. Вот ведь странность! Когда любишь сам — это одно, но когда любят тебя…

Я замотала головой. Эн, прекрати! Ну какая любовь! Да не может быть!

А если всё-таки?..

В госпитале я так закрутилась, что об Арманиусе почти удалось забыть. Мы с Байроном смотрели нашу подопытную — прогресс у неё был совсем слабый, но он был, и мы пока обходились без регрессов. Контур продолжал нестабильно светиться, слабость у неё была — но и само свечение становилось более ярким и продолжительным, и анализы чуть улучшились, и аппетит усилился, что всегда хорошо.

— Смотрим до среды, — вынесла я вердикт, — как и планировали. Если не будет регресса, я попробую еще кое-что из своих наработок.

Байрон кивнул, поколебался немного, а затем сказал:

— Я слышал, ты была на приёме во дворце? Который в честь дня перемены года. Это правда?

В голосе Асириуса звенело такое любопытство, что мне стало смешно.

— Правда.

— Арманиус позвал? — любопытства стало ещё больше. — И кстати, говорят, тебя видели вместе с принцем Арчибальдом… Я не понял — всё-таки Арманиус или его высочество?

Мне захотелось что-нибудь расколотить. И желательно — о голову Байрона.

— Что — Арманиус или его высочество? — спросила я холодным голосом, похожим на голос императора.

— С кем ты? — продолжал бывший однокурсник. Ну ни стыда, ни совести! — С тем или с другим? Сама понимаешь, я слышу сразу два слуха — один про то, что Арчибальд приходил к тебе в общежитие, другой — про то, что ты была на приёме с Арманиусом. Это странно и противоречиво.

— Тебе-то какая разница? — возмутилась я и по-настоящему обалдела, когда этот… нехороший человек признался:

— Хочу ставку сделать. Я продул — резерв ты ректору не восстановила. Теперь хочу поставить на то, за кого ты выйдешь замуж.

Защитница, помоги мне его не убить.

— Когда мы учились в институте, — сказала я почти нежно, — ты сватал меня Рону. А теперь что же, передумал?

— В институте я был молодой и глупый. А теперь…

— Ты поумнел, ага.

— Нет. Да. Просто понял, что если бы у вас что-то было с Роном — ты уже давно была бы Эн Янг. Значит, ничего нет.

— Как ты логичен, — съязвила я. — Великий анализатор человеческих отношений. Что касается тотализатора… — Я выдохнула и закончила с истинным удовольствием: — Каждая девушка мечтает выйти замуж за принца, правда же?

Асириус просиял. А я… я почувствовала себя отомщённой.

И за зелье правды в том числе.

* * *

Ближе к вечеру, как и обещал император, за Бертом зашёл Гектор Дайд, серьёзный и слегка недовольный.

— Неохота второй раз слушать одно и то же? — усмехнулся Арманиус, наблюдая за построением лифта.

— Угу, — поморщился главный дознаватель. — Твои воспоминания хорошенько так впечатались в мой многострадальный мозг. С другой стороны, в одну и ту же реку дважды не войдёшь, что-нибудь новенькое мы там точно услышим.

— Арен намекнул на вторую причину, по которой он пригласил меня на совет, и этот намёк мне не понравился.

— Намёки императоров вообще ничем хорошим не заканчиваются, — кивнул Дайд, заканчивая построение лифта. — Хватайся.

Через минуту они уже бодро вышагивали к залу, где проходит совет, кивая прибывшим. Некоторые удивлённо поднимали брови, понимая, что видят перед собой бывшего архимагистра и совсем не архимагистра, но ничего не говорили. Осознавали, что раз идут — значит, лично император разрешил.

И, как и в прошлый раз, к ним почти сразу подсел Абрахам Адэриус — чтобы тут же поинтересоваться:

— Какими судьбами вы к нам… оба?

— Мы не судьбами, — ответил Берт, — а по императорскому желанию.

— Интересно, — задумчиво протянул глава Совета, — зачем же это? Странные прихоти у его величества.

— Не вижу ничего странного в желании видеть среди множества постных архимагистерских лиц два нормальных лица, — проскрипел Гектор. — Кроме того, вы забываете, архимагистр, кем я работаю.

— О таком не забудешь, — буркнул Адэриус. — Но здесь вам ловить нечего.

— Это вы так думаете, — усмехнулся Дайд.

Доклад Арчибальда совершенно не отличался от версии в прошлой реальности, и точно так же, после того, как принц закончил, глава Совета захотел выступить и задал те же самые вопросы — не исчезнет ли родовая магия? Кто будет заниматься прошениями по титулам? Что делать с фамилиями?..