Приют изгоев - Инна Кублицкая

Островитяне внешне никак не изменили своего поведения после старта. Двое ведущих все в тех же расслабленных позах смотрели в зеркальца; изредка кто-то из сидящих рядом легонько касался рукой стрелы, которую ведущий держал в руке. И все ритм барабанов был прежний, а шаман неустанно крутился среди соплеменников.

Адмирал задумчиво смотрел вслед тающим дымным хвостам ракет.

— Ну что ж, сейчас узнаем, стоила ли наша игра сожженных ради нее ракет…

— Ракетам еще долго лететь? — спросила княгиня.

— Они уже там, — сказал адмирал. И тут…

Западный край горизонта выбросил в моментально побелевшее небо ослепляюще яркий столб огня.

— Не смотреть! — успел крикнуть адмирал, закрывая лицо руками и пытаясь заслонить от вспышки своим телом княгиню. Но княгиня, как и почти все, инстинктивно успела прикрыть глаза.

И все равно в глазах резко потемнело и в густой, почти ощутимой, горячей темноте плавали радужные, расплывающиеся круги. Даже отняв руки, княгиня еще некоторое время видела их, но уже не на фоне горячей темноты, а среди мельтешащих силуэтов. Свет и темнота словно поменялись местами, и, чтобы вернуть себе привычное ощущение мира, ей пришлось долго промаргиваться. Вспышка, которая была гораздо ярче стоящего почти в зените солнца, ослепила всех, кто смотрел в этот миг в сторону пустыни.

— С вами все в порядке, ваше высочество? — донесся до нее голос адмирала.

— Чем же вы начиняете свои ракеты, адмирал? — раздраженно проговорила княгиня, вытирая заслезившиеся глаза.

Адмирал посмотрел слезящимися глазами на запад, где над Ар-и-Дифом медленно, словно нехотя, вырастал циклопический гриб дыма.

— Самая обычная начинка, ваше сиятельство, — сказал он. — Сам не понимаю, чего это оно так шарахнуло.

Он оглянулся. Островитяне, кажется, пребывали в полном восторге от произведенного совместно с таласарами чародейства. Ведущие вовремя успели прикрыть свои зеркальца; хуже было наблюдателю с зонда: так как никто такого эффекта не ожидал, его собирались использовать для наблюдения за результатами взрыва со стороны и последующей корректировки обстрела, и взрыв ослепил его и поверг в беспамятство. К нему уже прибежал врач, и вместе с ним суетился прекративший свою пляску шаман.

— Это Книга, — решил адмирал, разглядывая западный горизонт в подзорную трубу. — Другого объяснения я просто не могу найти. Слышал я кое-что об этих магических книгах. Мой прадед, помню, хоть совсем маленький был, нашел в бумагах одного перебежчика-имперца клочок бумаги с каким-то магическим рецептом, — говорил он. — Он этого дела сильно не любил, ну и бросил бумажку в очаг. Полыхнуло так, как будто в дом молния попала. Еле выскочить успели. А ведь это всего клочок бумажки был, а не книга.

Княгиня неотрывно смотрела на запад, где, лениво клубясь, разрастался в ширину ядовитый буро-черный гриб высотой никак не меньше нескольких миль.

— Интересно, осталось ли там что живое? — сказала она.

— А что может быть живого в Жуткой Пустыне? — ответил адмирал. — Развеется — посмотрим.

— А нечего и смотреть, — раздался позади поразительно знакомый обоим скрипучий голос.

Все присутствовавшие на мостике одновременно оглянулись.

В отдалении от них, облокотившись о перила, стоял сам Арканастр. Его глаза из-за стекол очков смотрели прямо на княгиню.

— Все, — сказал он. — В вашей Неваде теперь даже бактерии живой не найдешь, а не то что чего-нибудь покрупнее. Можете быть покойны. Конец книжечке, отчитали ее колдуны. — Он посмотрел на клубящийся гриб вдали и произнес задумчиво: — Хиросима, да и только. Никогда живьем не видел. Любопытно. — Он снова посмотрел на княгиню. — Только вряд ли это решит все ваши проблемы. Уж поверьте старику. Никогда так проблемы не решались. И здесь, и везде.

— Что вы хотите сказать, достопочтенный Арканастр? — медленно произнесла княгиня.

— Да ничего. — Арканастр пожал мощными плечами. — Вашего мира это касается только в одном. Вам придется учиться жить без магии. Без всех этих штучек. — Мудрец покрутил в воздухе ладонью и, как бы естественно продолжая движение, запустил под распахнутые полы своей куртки и извлек оттуда свою неизменную бутыль. — Вас, княгиня, и ваших подданных это касается меньше всего. — Он привычным жестом стал откручивать пробку, и княгиня, как и все прочие, завороженно следили за его движениями. — А вот там, наверху кое-кому придется туговато. И им тоже. — Он указал бутылью на возбужденно рассматривающих гриб взрыва островитян. — Вы подумайте об этом. Мы ведь в ответе за тех, кого мы приручили, так ведь? — Арканастр спокойно поднял бутылку и приложился к ее горлышку. Никто не шелохнулся, пока он глотал. А Арканастр допил, негромко крякнул, посмотрел сквозь пустую бутылку на солнце и, вздохнув, отбросил ее за борт. — Вот и все, — сказал он просто. — Мне пора.

И, отлипнув от борта, мудрец стал неторопливо спускаться с мостика. Его шлепанцы негромко хлопали по ступенькам.

А когда его седая голова скрылась за кромкой настила, адмирал с побелевшим от бешенства лицом медленно обернулся к побледневшему капитану и прошипел сквозь зубы:

— Бардак на палубе! Почему не доложили!!