Новая жизнь - Мария Круз

— Как прошла операция с визитёром? — спросил я Пабло.

О том, что Хоффман был успешно захвачен, я узнал ещё вчера, из обмена срочными телеграммами, но как это произошло, мне было неизвестно.

— Знаю только, что без проблем, — ответил Пабло. — Взяли его, двоих людей Томми-Два-Б и двух девушек. Девушки из Британской Индии, захвачены бандой из Дагомеи, перепроданы чеченской банде, а те их отправили прямо в Нью-Рино, минуя рабский рынок в Абу Аль-Валид-Юрте. Здесь их продержали две недели в «Одалиске», после чего передали Хоффману. А как прошла сама операция — не знаю даже, я не участвовал.

— О чём вы? — спросила меня Джей-Джей.

— Чуть позже узнаешь, — ответил я ей.

Минут через двадцать мы въехали в уже знакомые ворота анклава «семьи Лопес» в Нью-Рино, и водитель подвёз нас прямо к подъезду гостиницы.

— Выгружаемся.

Мы вышли, забрали багаж из машины — и пошли вместе с Пабло ко входу. Когда вошли в двери, Джей-Джей охнула — на неё вид гостиничного холла произвёл точно такое же впечатление, как и на меня недавно. Отвык здесь народ от роскоши, отвык.

За стойкой ресепшен располагалась уже знакомая нам Исабель, так и поражающая всех глубиной декольте, томностью взгляда и выразительностью форм, подчёркнутых тончайшим платьем в обтяжку. На этот раз платье было не жёлтым, а белоснежным, подчёркивающим насыщенную смуглость кожи. Когда Джей-Джей увидела гостеприимную распорядительницу гостиницы, она охнула ещё раз: Исабель тоже впечатляла — даже больше, чем холл в виде тропического сада.

Исабель поприветствовала нас как старых друзей, представилась Джей-Джей, заставила представиться и её, затем выдала нам ключи от номеров. Нам с Бонитой достался прежний сюит, а Джей-Джей — соседний, немного поменьше. Мы поднялись по лестнице на галерею второго этажа, и возле двери в номер я сказал Джей-Джей, что у неё есть пять минут, чтобы расположиться и спуститься вниз.

— А я вам зачем нужна? — удивилась девушка.

— Пока ты входишь в группу, вопросы «зачем» и «почему» задавать не следует, а следует выполнять приказы. Всё понятно? — почти серьёзно объяснил ей я.

— Сэр, так точно, сэр! — по-шутовски вытянулась и откозыряла Джей-Джей.

— Хорошая девочка. У тебя пять минут — время пошло.

Чем хороши самолётные перелёты, в отличие от автомобильных путешествий с конвоем, так это тем, что ты прибываешь на место не уставшим и вполне чистым, а не покрытым пылью с головы до пят. Поэтому тебе достаточно быстро распаковать сумку в номере, и ты готов двигаться дальше.

Пабло ждал нас внизу, любезничая с улыбающейся Исабель. Едва мы спустились, как хлопнула дверь номера Джей-Джей и дочка Джо присоединилась к нам.

— Где сейчас наши? — спросил я у Пабло.

— На тренировке, — ответил он. — Я провожу.

Мы вчетвером вышли из отеля, но пошли не в направлении уже знакомой нам «потайной» гостиницы, а в противоположную сторону — к огромному ангару, из которого доносились приглушённые хлопки одиночных выстрелов и барабанные дроби очередей.

— Здесь у вас что, тренировочная база? — спросил я.

— Да, целый комплекс построили. Раньше соседи, живущие вокруг анклава, пугались стрельбы, но теперь привыкли. Хотя для бандитов тренироваться — не слишком традиционно. Они здесь и без всяких тренировок круче некуда, — съехидствовал Пабло.

Мы подошли к высоким массивным воротам и вошли в калитку в одной из створок. Ангар был гигантским — в нём хватило места и на стрельбище, и на два «лабиринта» с передвижными перегородками и мишенями на мешках с песком, предназначенными для отработки захвата помещений и таких операций, как спасение заложников, например. В обоих лабиринтах и на стрельбище сейчас занимались обе егерские группы. Сова как раз переснаряжал автоматный магазин, и я окликнул его. Он обернулся, увидел рядом с нами Джей-Джей, удивлённо вытаращившую глаза, подбежал к нам, обнял и поцеловал девушку.

— Это и есть сюрприз? — спросила та, немного отстранившись.

— Плохой? — невинно уточнила Мария Пилар.

— Нет, хороший, — ответила Джей-Джей. — Но могли бы и сказать — я бы оделась поприличней.

— И так хороша, — резюмировала Бонита.

— Где Михаил? — спросил я у Сергея.

— На втором лабиринте.

— Понял.

Мы с Бонитой пошли в направлении второго лабиринта, стрельба в котором уже закончилась. Владимирский стоял возле стартовой позиции, о чём-то говоря с Корнеевым и двумя сержантами. Увидев меня, он махнул рукой в знак приветствия и подошёл к нам. Мы поздоровались, Бонита получила традиционный поцелуй в щёку.

— Рад вас видеть, — сказал Владимирский. — Как долетелось?

— Прекрасно.

— Джей-Джей за пилота у вас была? — Он показал на девушку, болтающую с Сергеем.

— Да, — подтвердил я. — Отлично летает. Талант.

— У Джо доченька, как мне кажется, обладает всеми талантами, кроме традиционно присущих девушкам её возраста, — усмехнулся он.

— Как знать, как знать. Что с Хоффманом?

— Поёт как птица: столько дисков уже извели на его душевные излияния — обалдеешь, — сказал Михаил. — У него две рабыни с собой были, двести килограммов кокаина и десять тысяч доз «экстази» из «глюквы-ягоды»…

— Как-как? — не понял я.

— «Глюквы». Не слышал это слово до сих пор? — удивился он.

— Нет, — покачал я головой.

— Темнота, — махнул он рукой небрежно. — «Глюквой» у нас её кличут. В общем, не суть. Как только он понял, к кому он попал со всем этим, так и раскололся в одну секунду, до самой задницы. Не знает, что ещё нам рассказать.

— А как взяли его? — поинтересовался я.

— Проще некуда, — засмеялся Михаил. — Детский сад с барабанами. Устроили засаду на пути на аэродром на следующий день — после того, как вы улетели. Этот же самолёт за ним сюда вернулся. Там по дороге два холмика друг напротив друга помнишь?

— Помню, — кивнул я. — И что?

— Когда они между ними въехали — прострелили им переднее колесо из «винтореза». Они даже не поняли, что это засада, встали — и все вчетвером из машины вылезли: лопнувшее колесо менять. А у нас с двух сторон люди сидели. И раз они так полезли наружу, по ним с обеих сторон из двух ГМ резиновыми пулями, а они по двести пятьдесят грамм и скорость под сто в секунду. Посшибали всех с копыт, потом повязали, колесо на их «хаммере» заменили, да так всех и увезли. Никто и пикнуть не успел — разве что девчонки в себя только к вечеру пришли. «Хаммер» не нужен, кстати?

— Какой?

— «Двойка». Его уже здесь перекрасили, не узнаешь.

— Бензина в поездках не напасёшься, — покачал я головой. — Если бы обычный армейский был, с дизелем, то не отказался бы.