Ларт Многодобрый - Елена Плахотникова

Разный материал по-разному щупается. Но есть буримсы нормальной температуры, а есть и повышенной. Словно на солнце полежали пару часиков. Ладно, сомнительные мешки приказал оттащить в сторону, оставшиеся еще раз потрогал. И левой, и правой рукой. Со стороны, наверно, забавно смотрелось. Типа великий целитель исцеляет воду. Наложением рук.

Смех смехом, но еще один подозрительный мешок нашелся. Тепленький. Этот между двумя кучами положили. Ну а дальше просто, как в лабораторной задачке: имеются два препарата и группа подопытных мышек. Вопрос: какой из двух препаратов нельзя вовнутрь? Примечание: отходный материал можно не вскрывать, отчет составлять и распечатывать не обязательно. Все понятно, студент Серый? Приступайте к выполнению.

Приступил.

Начал с «холодной» группы. Четыре произвольно выбранных образца, четырех различных видов, четыре «мышки»… Время первого опыта – минут десять. Летальных исходов – ноль.

– Вторую кучу будем пробовать или так поверишь?..

Первоидущий задумался. Кажется, я знал о чем.

– Что, там есть и твои буримсы?

– Один.

– А среди рабов твои есть?

– Два.

– Тогда выясни, кто набирал этот…

– Уже спрашивал. Не помнят.

– Тогда пусть тянут спички.

– Как это?

Объяснил. Спички заменили травинками. За неимением спичек.

Опыт номер два. Исследуемый образец – стумный буримс – одна штука. Летальный исход – один. Наступил через двадцать секунд после начала опыта.

– Повторение требуется?

– Нет.

– Все ясно?

– Эти грузим. Трупы сжигаем. А с теми что делать?

И караванщик кивнул в сторону «горячих» мешков, стараясь не смотреть на них.

– Я бы посоветовал присыпать землей, а потом очень аккуратно пробить. И еще… думаю, твоим друзьям, Первоидущий, лучше обходить этот оазис ну… хотя бы пару сезонов. А если точнее… как долго действует этот яд?

– Не знаю.

– Узнай. Или проверь.

– Я?!

– Ну не я же.

Мужик посмотрел на меня так, словно я предложил ему допить то, чего не допил его раб. Бывший.

– Первоидущий, думаю, у тебя найдется хотя бы один враг, которому вдруг очень захочется зайти в этот оазис.

Блин, как мало человеку надо для счастья!.. Сделать гадость другому. Или только представить, что ее делаешь. И сразу на морде появляется улыбка. И уже не жалко пропавшего буримса.

Ох, Лёха, ну и язык же у тебя! Ты хоть болтай им через раз.

Вот только кто слушает свои собственные советы?

– Спасибо, Многодобрый! Ты мне очень помог. А я закон знаю…

Не сомневаюсь, мужик. И закон, и все обходные пути ты должен очень хорошо знать. С твоей работой без этого никак.

– А вот я не знаю, чего делать с этим мешком.

Нагнулся, пощупал его еще раз.

Теплый.

Блин, теплый, но не горячий.

– А что с ним делать? Или грузить или закапывать. Как скажешь, так и сделают.

Все-то у мужика просто: «Как скажешь…» А я вот не знаю, чего говорить.

– Вода эта не очень хорошая, но… Думаю, от нее не сразу умрешь. Да и потом… может, обойдется.

– Не надо думать о вкусе вина, – уверенно заявил караванщик. – Вино надо пить.

Умная мысль, кстати.

– Пить, говоришь? Ладно, Идущий Первым, будем «пить».

– Прости, Многодобрый, мне… надо проследить за погрузкой.

На морде караванщика появилась тотальная озабоченность. В сторону сомнительного буримса он старательно не смотрел.

– Конечно, иди. И рабов с собой возьми. Оставь мне одного. Нет! Лучше двух. На всякий случай.

– Зачем?

– Ты же сам сказал: «пить».

– А-а…

– Каких мне оставить? Одного покрупнее. Вроде тебя или меня. Другой поменьше должен быть. С нашего «великомудрого» форматом. Понятно?

– Да.

– Тогда отбирай кандидатов.

«Кандидаты» не спорили и не противились своей участи. Вот чего меня поражает в этих людях! Говорят, даже коровы мычат, когда их ведут на убой. Чуют, что к чему. А этим… что жить, что умереть, что я, что мой сосед… Блин, не понимаю я такого пофигизма!

Короче, обрисовал «подопытным» ситуацию – шансы пятьдесят на пятьдесят – и дал выпить по глотку. Начал считать.

Десять секунд – «полет нормальный»… Пятнадцать. Двадцать. На двадцать восьмой коротышка за живот схватился.

Я объект пощупал и к кустам направил. Облегчать желудок. На третьей минуте и оставшийся объект пошел «подумать». Быстро пошел. И «думал» громко. Еще громче первого.

– Мне кажется, Многодобрый, этот буримс надо оставить здесь.

– Первоидущий? Ты уже вернулся или еще не уходил?

– Я подумал, что с погрузкой справится помощник.

– Правильно. А то на фига нужны помощники, если самому все делать? Малек, ты где?

– Здесь, господин.

Все это время пацан был в двух шагах от меня. Но я его не замечал. Других дел хватало.

– Возьми этот мешок, пометь и погрузи с нашими вещами.

– Зачем? – Вопрос один, голоса два.

– Сначала тебе, Малек. Пометь, чтобы не перепутать. Я бы не советовал пить это в больших количествах. Понял?

– Слушаю и слушаюсь, господин.

– А теперь ты, Первоидущий. Чего ты там хотел спросить?

– Зачем брать буримс, если в нем плохая вода?

– Я найду ей применение.

– Какое?

– Понимаешь, у каждого есть свои маленькие секреты. И у Первоидущего, и у…

Я вытер лоб правой рукой, и мой собеседник резко побледнел. Может, увидел знак на ладони?

– Прошу, Много… добрый, не говори больше ничего. Я все понял. Думаю, мне нельзя слышать остальные твои слова. Прости, что спросил…

– Кстати, Первоидущий, а ты слышишь этот свист? Или у меня с ушами чего-то…

– Кажется, слышу.

«Кажется…» Вид у мужика настолько обалдевший, что и симфонический оркестр он, кажется, «услышит». И «увидит».

– Малек, а ты… Блин, чего ты делаешь?!

– Выполняю приказ…

– Я сказал пометить мешок, а не обсы…

– Я и мечу.