Игрушка демона - Юлия Риа

Почему-то это открытие разозлило. Настолько, что я решительно осушила бокал до дна. Отставила его, внутренне ликуя, и замерла… неверяще глядя, как темно-рубиновая жидкость медленно поднимается по пузатым стенкам.

— Вот ведь дерзкий бокал! — чуть заплетающимся языком выдала я. — Ну-ка, пустей быстро! — И снова попыталась достичь задуманного. Мир закружился. — Неужели все в этом демоновом замке будут игнорировать мои желания? Я не игрушка! — выкрикнула обиженно. — Я живая! И чувства у меня есть! Мне больно! И страшно! Ты понимаешь это, дурацкая стекляшка?!

— Чего же ты боишься? — услышала я бархатный голос и икнула.

Бокал говорит?!

— Всего, — призналась нехотя. — Боюсь оставаться в этом замке и того, что меня здесь ждет… При этом еще больше боюсь, какой будет моя жизнь, когда демоны наиграются и вышвырнут меня за ненадобностью. И демонов этих высших тоже боюсь. — Я тяжело вздохнула, но тут же упрямо вздернула подбородок. От резкого движения мир закружился еще сильнее. — Только вот я ни за что не покажу им своего страха! Пусть катятся к низшим со своими угрозами, ужасными характерами и жалкими попытками мной мини… мани… манипулировать. — Длинное слово поддалось не с первого раза. — Я не сдамся!

— Почему? — вкрадчиво спросил бокал. — Что заставляет тебя дерзить, когда от страха душа бежит в пятки?

— Гордость! — не без этой самой гордости ответила я. — И упрямство, — добавила тише, опуская голову на скрещенные руки. — Я не поддамся на их фокусы, — устало зевнула. — Я сбегу от них… Вот увидишь, обязательно сбегу…

Глаза начали слипаться. Сознание кружилось в незнакомом вальсе, а руки и ноги налились свинцовой тяжестью.

— Это мы еще посмотрим, — едва слышно прошептал бокал.

Хотя, возможно, последнее мне уже почудилось…

Утро началось просто отвратительно. Голова раскалывалась, будто кто-то изнутри бил по ней молотком, во рту пересохло, а желудок выделывал странные кульбиты. Я попробовала открыть глаза и поморщилась — солнечный свет ослепил.

С третьей попытки мне таки удалось разлепить веки. Не особо широко, но достаточно, чтобы заметить стакан с водой, стоящий на прикроватной тумбочке. Уже и не помню, чему бы я так радовалась в последнее время! Дотянувшись, схватила его и вмиг осушила до дна. Стало легче.

Я упала обратно на подушку и поморщилась, ощутив, как молоточки в висках застучали быстрее. Словно этого было мало, дверь с грохотом отворилась, и раздалось звонкое:

— Сатрея, ты почему заставляешь себя ждать?

Застонав, я схватилась за голову.

Стук каблуков эхом отдавался где-то в затылке, вынуждая меня сильнее стискивать пальцы в пустой попытке сдержать боль.

— Ух ты, — выдохнула Амарелия, нависая надо мной. — Ты когда успела напиться?

— Я не знала, что оно бывает… так, — выдохнула я.

— Вот ведь! Ладно, не страдай, сейчас помогу.

Мне на лоб опустилась прохладная ладонь. Демоница что-то тихо зашептала, однако ощущение тисков, сдавливающих виски, не исчезло.

— Вот проклятье! Твоя невосприимчивость не пропускает… Так, подожди, — сказала она и повернулась к двери.

Не прошло и минуты, как в комнату вошла темная. Поклонилась высшей, выслушала ее и спешно покинула покои, чтобы вернуться с бокалом мутно-зеленой жидкости. Желудок сделал новый кульбит.

— Я не хочу… — попробовала я воспротивиться, но недовольный взгляд демоницы и ее требовательное «пей», отозвавшееся в моей голове болезненным эхом, заставили подчиниться.

Вкус у напитка оказался под стать внешнему виду. Тягучая вязковатая жидкость кислым комком прокатилась по языку, свела скулы и тяжело упала в желудок. Меня передернуло. До чего же мерзко!

Допив зеленую гадость, я откинулась на подушки, чувствуя себя совсем без сил. Однако очень скоро сдавившие голову тиски исчезли, а желудок успокоился. Я впервые за утро смогла нормально открыть глаза и тут же встретилась взглядом с высшей. К моему удивлению, она не выглядела сердитой.

— Рассказывай, как ты умудрилась напиться? — хмыкнула она, опускаясь на край кровати.

— Я… я не знаю, — ответила честно. — Я выпила всего один бокал. Наверное.

— Наверное?

— Он никак не желал пустеть. Я несколько раз пыталась допить, а он…

Договорить мне не дал смех Амарелии. Звонкий, заразительный, он казался настолько искренним, что, не удержавшись, я и сама улыбнулась. Правда, в отличие от высшей безобразие местных бокалов вызывало во мне скорее недовольство, нежели веселье.

— Сати, — Амарелия впервые сократила мое имя, сделав ударение на первый слог, — я бы сильно удивилась, если бы ты заставила его опустеть. На бокал было наложено заклятие неопустошения, которое связало его с нашими винными погребами. Если интересно, я могу показать тебе их. С теми запасами вина половина государства может пьянствовать несколько недель! А ты пыталась за один вечер… — Не договорив, Амарелия вновь рассмеялась.

В этот раз ее веселье задело.

— Но откуда мне было знать?

Смех оборвался, демоница смерила меня внимательным взглядом:

— Разве рабыня не предупредила?

— Нет. — Я мотнула головой и напряглась, заметив поалевшие радужки.

— Вот как, — протянула она. — Что ж, я разберусь. А ты пока вставай и начинай собираться. Скоро прибудет Лунара. Новая рабыня тебе поможет.

— Новая?

Вместо ответа высшая хищно улыбнулась и вышла из спальни.