Прикоснись ко мне - Джус Аккардо

— У меня нет носков.

Он озабоченно посмотрел на свои позаимствованные у Курда тимберленды:

— А что, с этим какая-то проблема?

Тетка едва не задохнулась — такого ответа она не ожидала. Есть люди, которые пугаются голых ног. Называется это дермафобия, в смысле — боязнь открытой кожи. Но так или иначе, почему-то она считала, что без носков ходить нельзя.

Победив возмущение, тетка бросила:

— Ждите.

И исчезла за дверью позади стойки.

Кейл проследил за ней взглядом. Его глаза светились любопытством.

— Что это за место? — спросил он.

— Отель. Люди приходят сюда спать.

— Спать? Но здесь же так тихо!

В явном недоумении он отошел от стойки и начал копаться в журналах, веером разбросанных по ближайшему кофейному столику. Взял один и принялся бегло просматривать. Я подошла к нему и устроилась на диванчике рядом.

— А что, в «Деназене» не так тихо?

— Тихо, — повторил он и одернул на себе футболку. Через мгновение покачал головой: — Нет, там не бывает тихо.

Он не стал уточнять, а я не спрашивала. Я не хотела знать. То, что мой отец делает с этими людьми — с Кейлом, с моей мамой, — преступление. Кейл всю жизнь прожил взаперти, отторгнутый от реального мира. Ему еще и мозги промыли, чтобы уверить в том, что мир за стенами «Деназена» для него опасен. Прожить жизнь в положении дикого зверя! Глядя, как взгляд Кейла блуждает между журналом, который он листал, и дверью за стойкой отеля, я чувствовала, как нарастает боль в моей груди.

Эти мои внутренние американские горки были остановлены хлопнувшей дверью. Преодолев накопившуюся усталость, я вскочила с дивана. Кейл был уже на ногах. Сложив руки на груди и пружинисто расставив ноги, он, казалось, был готов принять вызов всего мира. Это было круто. Окажись я на его месте, я бы так не смогла.

Женщина с деланной улыбкой вышла к нам из-за стойки. Никакой косметики, светлые волосы уложены в узел. Белая, сияющая хрустящей свежестью кофточка заправлена в темно-синие джинсы. Да, дама в порядке.

Кейл не двинулся с места.

— Вы Миша Во?

Женщина двинулась к нему, протянув руку для приветствия:

— Я…

Кейл отпрянул, наткнулся на стоящий позади него кофейный столик и приземлился на диван. Женщина была обескуражена; так и не опустив руки, протянутой для рукопожатия, она смотрела на нас.

— Что-то не так?

Я сделала шаг и пожала протянутую руку:

— Меня зовут Дез, а это Кейл. Мы ищем Мишу Во.

— Так мне и сказали, — ответила она. Ее взгляд задержался на мне, затем обратился на Кейла, который наконец поднялся на ноги.

— Что с ним? — спросила женщина.

Кейл глянул вокруг себя и через мгновение нашел то, что искал. Подошел к маленькому деревцу, высаженному в большой горшок в углу вестибюля. Ему всего-то и надо было кончиком пальца прикоснуться к листочку на макушке деревца. Через несколько мгновений листок высох и рассыпался. И пошло — как болезнь: вниз по стволу, по веткам, к другим листьям; листья чернели, скручивались и рассыпались, пеплом оседая на полу.

Женщина не сразу пришла в себя.

— Я должна поблагодарить вас за хорошую реакцию, — обратилась она к Кейлу. Потом повернулась ко мне:

— Пройдемте со мной.

Мы двинулись за ней, обогнув стойку и пройдя через двери к лифту. Она вошла первой, приглашая нас идти следом, но Кейл вдруг затормозил. Он недоверчиво посмотрел на женщину:

— А здесь лестница есть?

Та недоуменно подняла брови:

— Конечно, но ведь лифтом…

— Я по лестнице, — не дослушав женщину, сказал Кейл.

Женщина взглянула на меня, словно ища поддержки, но я только пожала плечами и вошла в кабинку. На четвертом этаже женщина, назвавшаяся Сайрой, остановилась перед одной из дверей и вытащила из кармана связку ключей.

— Подождите здесь, скоро к вам придут.

Она открыла дверь и, едва мы вошли, тут же заперла ее снаружи. Через пару мгновений затихли ее шаги.

Кейл рассматривал две односпальные кровати, стоявшие в комнате. Крадучись подойдя к одной, он опустился на колени.

— Ты что делаешь? — спросила я.

— Проверяю, нет ли кого под кроватью.

— Вижу. А зачем?

Кейл был серьезен:

— Это лучшее место. Если бы мне нужно было кого-нибудь убить, я бы спрятался именно там.

Тон, которым он это произнес, заставил меня похолодеть. Словно прогноз погоды пересказывал! Потом Кейл сел и кивнул на большое окно:

— Расскажи мне про свою жизнь. Расскажи, как вы тут живете?

— Рассказывать особо не о чем. Меня все считают оторвой. Плохие отметки в школе, сплошные неприятности.

Я рассмеялась и села на кровать рядом с ним.

— Мой папаша, наверное, не раз собирался послать тебя, чтобы меня наказать.

Кейл склонился ко мне и провел кончиками пальцев по моей щеке, коснувшись напоследок подбородка:

— Ты хорошая.

— Ты тоже хороший, — прошептала я. Решение созрело в одно мгновение: легчайшим поцелуем я прикоснулась к щеке Кейла.

Он выпрямился. Глаза его удивленно расширились. Кончиком указательного пальца он дотронулся до своей щеки.

— Что это было?

Я вспыхнула:

— Поцелуй.

— Так вот он какой!

— Да, технически. Есть разные виды…

— Покажешь?

— Показать что?

— Другие виды.

— Ты хочешь, чтобы я тебя поцеловала?

Кейл кивнул. Я видела: его руки, упиравшиеся к край кровати, слегка дрожали.

— Или это нехорошо?

— Я… — начала я и умолкла. Я не знала, что ответить. Представьте себе! Это я-то, и потеряла дар речи! Типа — ад покрылся льдом сверху донизу!

Кейл сидел так близко; его глаза были полны удивления и надежды. С кем это я играю в кошки-мышки? Этот парень фантастически хорош, и поцеловать его было бы, вне всякого сомнения, актом милосердия.

Я наклонилась к нему; кровь билась в моих венах, как бас в динамиках, стоящих у Брандта в его джипе. Наши губы были в дюйме друг от друга, мы дышали одним дыханием… И в этот момент у двери послышался шум, и в комнату вошла миниатюрная молодая женщина с рыжими волосами. Черт! Вечно в этом мире все происходит не вовремя!

— Вы Дез и Кейл, я полагаю, — вместо приветствия сказала она.

Мы кивнули.

— А я Миша Во. Могу я спросить, кто прислал вас ко мне?