Черный полдень - Павел Корнев

– Владимир Данилович, ваши люди первыми открыли огонь на поражение, – напомнил ему крепкого сложения дружинник с единственной шпалой на петлицах. Невысокий, уже в годах, физиономия чем-то восточным отдает. Ханин?!! Вот так дела! Ну да по нему сразу видно было, что товарищ ушлый и, если акклиматизируется, в гору пойдет резко. Такой своего не упустит.

– Во-первых, не мои – а Креста, – сразу же уточнил этот самый Владимир Данилович. – А во-вторых, неужели всерьез кто-то рассчитывал, что в роте дальней разведки служат полные идиоты? Я буду докладывать руководству о намеренной провокации с вашей стороны.

– Да какая провокация, – махнул рукой дородный майор. – Все доказательства вам были предоставлены заранее…

– Я не об этом, – оборвал собеседника патрульный. – Мне непонятен выбор места проведения операции…

– Да чего вы так к этой кафешке прицепились? – лениво процедил единственный среди членов комиссии штатский. – Выделим мы вам фонды на ремонт…

– …и не ясен ее смысл в целом, – проигнорировал его слова Владимир Данилович. – Я уже молчу про подготовку исполнителей! Это ж надо – шесть трупов среди гражданских, одиннадцать ваших и все ради ареста пяти человек!

– С ними был Крест, – заявил Хан. – И у нас был приказ брать всех живыми.

– А теперь его с ними нет, – столь же негромко ответил патрульный. – Зато есть куча трупов. И еще больше проблем. И как их решать, никто сказать не может…

– Предлагаю встретиться в Центральном участке после обеда и обсудить все на спокойную голову, – предложил майор и, не дожидаясь возражений, направился к припаркованному у дома внедорожнику. Тип в штатском поспешил за ним, и только патрульный, пробурчав что-то злое в спину Ханину, остался наблюдать за погрузкой трупов на телеги крематория.

– Жареные? – ткнул я в бок Второго, который ни на трупы, ни на дружинников не обращал никакого внимания и преспокойно лузгал семечки.

Парень сделал вид, что не понял намека.

– Ну?

– Отсыпь, – теперь уже внаглую попросил я, и измененный нехотя поделился со мной полупригоршней семечек.

– Благодарю. – Я закатал закрывавшую лицо черную вязаную шапочку.

– Должен будешь.

– Непременно.

– Чего приперлись? – остановился рядом с нами Ханин и во все глаза уставился на меня. – Сказано же было – не отсвечивать.

– Здрасте, – кивнул я, но Хан и вида не подал, будто мы знакомы. Зазнался, однако… А Рустам, выходит, насвистел, что куратора их не знаю. Или он просто не в курсе, что мы с Ханом этим летом в акции по захвату производителей мозговертов участвовали?

– Подпишите, Владимир Михайлович, – протянул ему какой-то листок Рустам.

– Что это еще такое? – выдернул у него из руки бумажку Хан. – Что за чушь?!

– Допуск в архив СЭС, – стиснув зубы, постарался как можно спокойней объяснить Рустам. – Да там все написано.

Ханин пробежал по диагонали текст запроса:

– Зачем?

– Товарищ капитан, вы же в курсе, какую нам задачу поставили… – пожал плечами Зубастый. – Проводить оперативно-розыскные мероприятия будем.

– Не буду я это подписывать, – сунул листок обратно Владимир Михайлович.

– А как нам… – опешил Рустам. Второй искоса глянул на меня, сплюнул в снег оказавшееся гнилым или пережаренным семечко и отвернулся.

– А меня это меньше всего волнует, – откровенно признался Хан. – Правьте на Воеводу или кого-нибудь из замов и идите в канцелярию.

– Они без визы куратора не примут, – насупился Зубастый. – Вы завизируйте, а мы прямо в канцелярии корректором замажем и на Перова переделаем.

– Я это подписывать не буду. Все ясно?

– Но завизировать-то… – стушевавшись, замялся Рустам. – Мы же переделаем…

– Вы сначала документы оформлять научитесь, потом приходите, – начал закипать Ханин и ткнул пальцем в листок. – На чье имя заявление написали? На начальника СЭС?

– Да.

– А надо на заведующего архивом! – заорал в лицо Рустаму Хан и направился к труповозке. – Идиоты…

– Да ну и по фигу, – в ответ на вопросительный взгляд Второго, вытряхнул я последние семечки в снег и натянул на уже онемевшие от мороза пальцы меховушки. – Мы свое дело сделали, а дальше хоть трава не расти.

– Что ты сказал? – развернулся прекрасно расслышавший мои слова Владимир Михайлович.

– Говорю, сроки мне поставили очень жесткие, – нагло улыбнулся я. – И насчет ответственности тоже неоднократно заявляли. А я не Зоя Космодемьянская – на разборе полетов молчать не буду. Всех сдам.

– Дай сюда, – выудил из внутреннего кармана шариковую ручку Хан и размашисто подписал бланк запроса. – Сгиньте с глаз моих…

– Пошли отсюда, – сразу же потянул меня за рукав фуфайки Зубастый. – Пошли…

– Да ладно ты, погоди, – уже отойдя к перекрывшему подходы к зданию оцеплению, остановился я.

– Чего еще?

– Интересно же, – усмехнулся я и перехватил бойца «Красного декабря», тащившего обломки досок к небольшому костерку. – Слышь, служивый, Крест ушел, что ли?

– Ушел. – Перехватив доски, скособоченный измененный с узенькими щелками гноившихся глаз остановился перевести дух. – Наши их арестовывать пришли и вон как получилось…

– Да, нехорошо получилось, – оглянулся на кафе я.

– Ладно, зато остальных тепленькими взяли. И этого гада найдем, никуда не денется.

Парень заковылял дальше.

– А вот это вряд ли, – пробурчал я себе под нос и направился к саням. Наверняка Крест уже покинул Форт. И это еще идеальный вариант. Потому как если он решит остаться, мало никому не покажется…

– Поехали, – дождавшись меня, скомандовал Рустам.

– Куда поехали-то? – зевнул Сан Саныч.

– Где главное здание СЭС, знаешь? Вот туда и поехали.

– На Кривой, что ли? – охнул мужичок. – А сюда зачем катались? Ближний свет, можно подумать! Сразу бы и ехали туда.

– Не ворчи, – отмахнулся от возницы Рустам. – А то еще на юго-востоке дела появятся.

– С вас, иродов, станется, – взмахнул вожжами Сан Саныч, и сани тронулись с места. – Не меня, так лошадку пожалейте. Околеет бедная, на своих двоих ходить придется.

– А мы машину выпишем, – пошутил Второй. – Слушайте, может, по пути заскочим куда перекусить?

– Вот это дело! – оживился Сан Саныч. – Я тут неподалеку такое заведение знаю…

– В СЭС, сейчас едем в СЭС, – приказал Рустам. – Потом видно будет.

– Там пельмешка рядом есть, – встрепенулся возница. – Тоже неплохо.

– В пельмешку так в пельмешку, – соизволил согласиться Рустам. – Ханин, сволочь, все кишки вымотал, никакого аппетита нет.