Черная Ведьма - Лори Форест

Джаред удивлённо раскрывает глаза:

– Никогда не слышал от сестры «ай!».

– Опасная у тебя подружка! – поворачивается к Рейфу Тристан.

– Я знаю, – ухмыляется Рейф. Он подходит к Диане и целует её ушибленную руку.

– Ты уж смотри не зли её понапрасну, – напоминает Тристан.

– Не буду. – Рейф заключает раздосадованную Диану в медвежьи объятия.

Раскрыв гримуар, Тристан ещё час испытывает эльфийскую сталь разными заклинаниями. Он проговаривает заклинания тепла, разделения, вызывает молнию, пробует заклинание изменения формы и заклинание сильного удара, но даже усиленные необычной волшебной палочкой все они оказываются бессильны. Через час на дне глубокой круглой ямы с обугленными краями по-прежнему сияет нетронутый наконечник эльфийской стрелы.

– Умеешь ты выбрать задачку, Айвен, – замечает Рейф.

Джаред поднимает голову и с удивлением принюхивается:

– Сюда идёт Айслин.

Айслин вернулась из Валгарда раньше, чем планировала. Её желание увидеть семью и отпраздновать с родными избрание нового верховного мага ни у кого не вызвало подозрений. Я рассказала ей, как нас найти, на случай, если она успеет к нам выбраться.

Из-за деревьев доносится шорох лёгких шагов, шуршат юбки, и наконец на поляну выходит смущённая и взволнованная Айслин.

Джаред смотрит на неё так, будто ему невыразимо тяжело оставаться на месте, а больше всего на свете он желал бы схватить Айслин в объятия и унести на край света.

– Я вам кое-что принесла, – говорит Айслин. Сняв с плеча сумку, она достаёт из неё толстую книгу в чёрном кожаном переплёте.

У меня перехватывает дыхание, и я прижимаю руку к губам.

– О Древнейший и Первые Дети! У тебя всё-таки получилось…

С задумчивой улыбкой Айслин подаёт фолиант Тристану.

– Вот это да! – остолбенев от изумления, Тристан осторожно принимает книгу.

– Что это? – спрашивает Андрас.

– Это «Чёрный гримуар», – поясняет амазу Тристан. – Доступ к этим заклинаниям есть только у членов Совета магов и высших военных чинов. Это самые тайные заклинания. И здесь собраны не только гарднерийские формулы, есть и другие, те, которые использовали феи…

Тристан осторожно листает книгу.

– Во время Войны миров гарднерийцы захватили у фей сборники заклинаний. Некоторые из этих формул можно использовать с помощью волшебной палочки. Например, разбить чары, изменяющие внешность. Все эти заклинания есть в этой книге. – Тристан поворачивается к Айслин. – Где ты взяла этот том?

– У отца, – тихо отвечает Айслин. – Он член Совета магов и хранит книгу в своём кабинете. Вот я и… взяла на время. Я ему ничего не сказала.

– Ну и правильно! – смеётся Рейф.

– Это очень опасно, Айслин… – качает головой Тристан. – Правда… опасно.

– Я понимаю, – неуверенно отвечает она, но в её глазах читается стальное упорство. – Перепиши заклинания, которые тебе понадобятся, и я положу книгу на место. – Айслин обводит взглядом всех собравшихся. – Мне надо вам кое-что рассказать. Я слышала, как члены Совета обсуждали какое-то оружие, которое недавно получили гарднерийцы. Они собираются его использовать против ликанов. Это… очень страшно. Я боюсь за… за ликанов. – Она мельком смотрит на Джареда.

Диана презрительно фыркает:

– Они столько лет нас пугают! Всё время выдумывают какое-то новое оружие. И ничего не выходит.

– Нет! – отрывисто перебивает её Айслин. – На этот раз будет по-другому! Фогель всё берёт в свои руки. Члены Совета не шутят. Они совершенно уверены в успехе. Они собираются перебить всех ликанов. Им нужны ваши земли. И ещё они хотят преподать урок остальным расам.

– Гарднерийская магия против ликанов бессильна, – напоминает Диана, самодовольно вздёрнув подбородок.

Айслин отвечает ей печальным взглядом.

– И всё же… я решила вам рассказать. Будем надеяться, что эта книга пригодится нам не только для того, чтобы освободить дракона, – кивает она на гримуар.

На поляне воцаряется тишина. Ни для кого не секрет, что на карту поставлены наши жизни. За кражу секретного гримуара и освобождение дракона никого из нас не похвалят. К тому же дракон особенный – настоящий, свободный, несломленный.

– Мне пора, – хмурится Айслин. – Нельзя, чтобы меня видели с вами. Если вдруг заметят, что гримуар пропал… Никто не должен заподозрить, что книга может быть у вас.

– Ты совершила храбрый поступок, – серьёзно смотрит на Айслин Рейф.

Благодарно кивнув, она собирается уходить.

– Айслин, подожди, – спешит к ней Джаред.

– Нет! – вскидывает руку Айслин, будто защищаясь. – Не надо, Джаред. Я ухожу.

– Нам надо поговорить, – настаивает ликан.

Подхватив юбки, Айслин качает головой. По её щекам текут слёзы.

Джаред обнимает её и крепко прижимает к груди, покрывая поцелуями её макушку. Айслин ещё ниже наклоняет голову и горько, неудержимо плачет.

Диана смотрит на них, онемев от изумления. Судя по всему, ликанка впервые узнала о чувствах своего брата. Джаред шепчет что-то Айслин, и она кивает в ответ.

– Нам с Айслин надо поговорить, – сообщает всем Джаред. – Диана, я тебе потом всё объясню, – говорит он сестре.

Похоже, ликанка его не слышит или не понимает. Она ошарашенно смотрит вслед Джареду, будто видит его впервые.

Айслин и Джаред быстро исчезают за деревьями.

– Диана, – мягко обращается к ликанке Рейф.

Она стремительно оборачивается.

– Ты знал?

– Догадался. Это было очевидно.

– Почему ты мне не сказал?

– Во-первых, это не моё дело, – обнимая Диану, объясняет Рейф. – А во-вторых, это у тебя самый острый нюх, глаз и слух, правда?

– Наверное, Диана немного отвлеклась, – лукаво улыбается Тристан.

Ликанка обиженно хмурится, но в объятиях Рейфа быстро оттаивает, словно впитывая его самообладание.

– Эта девушка, Айслин… – низким, звучным голосом спрашивает Андрас. – Её отец – член Совета магов?

– Да, – отвечаю я.

– Добра не жди, – качает головой амаз. – Нельзя порвать со своим народом. Эта связь очень прочная… как эльфийская сталь.

Наконечник из эльфийской стали по-прежнему лежит нетронутым на обожжённой земле.

В устремлённом на меня взгляде Айвена сияет вызов судьбе, и я не отвожу глаз… я принимаю этот вызов.

Той ночью мне снится сон.

Я в амбаре, куда мы ходили вдвоём с Айвеном. Тьму разгоняет только слабый свет фонаря. На земле я вижу не отдельные страницы священной книги, а тысячи и тысячи этих страниц.