Белое пламя дракона - Илья Крымов

– Зима близко, – сказал Мальвар, глянув в сторону открытых балконных дверей. Когда в зал проник холодный порыв ветра, стихиарий поежился.

– Сможешь присмотреть за городом в мое отсутствие? – спросил Тобиус.

– Ты что, куда-то собрался? Зима же близко!

– Да, близко. Я перезимую за рекой, в Дикой земле.

– Сумасшедший! А по эту сторону реки возможностей благополучно помереть тебе не хватает? Ты дурак?

– Я волшебник. А Джассар учил нас, что…

– «Лишь в знании сокрыта истинная сила», ага! А вдобавок к этому он еще говорил: «Путь, ведущий к знаниям, – это путь». Я знаю! Но еще я знаю, что Маг Магов жил несколько тысяч лет, и большую часть времени его наверняка окружала толпа восхищенных идиотов, считавшая каждое его слово отлитой в золоте истиной! Мало ли чего он успел наговорить за все это время!

– Ты удивительно легкомысленно относишься к законам магии, Мальвар. Может быть, это ты дурак?

Стихиарий недовольно заворчал. Он был магистром Академии, да вот ведь казус – его победил маг без посоха. В запасах силы и опыте Тобиус все еще уступал Рыжему, однако своими боевыми качествами превосходил на голову.

– Весной я отправлюсь в столицу.

– За посохом?

– Да.

– Это профессиональное самоубийство! Мне уже шестьдесят шесть, а посох я получил сравнительно недавно и помню, как трясся, зная, что могут вышвырнуть с позором! Архимаги не любят выскочек! А тебе сколько лет? Тридцать?

– Не знаю, думаю, слегка за двадцать.

– Тебя выставят из Академии, как только заявишься.

– Не имеют права. Официально возрастного ценза не существует, можно сдавать экзамен на магистра хоть прямо после окончания обучения.

– И многие так поступали за историю существования Академии? – со злым ехидством спросил Мальвар.

Тобиус знал, что тот прав. За более чем полторы тысячи лет этим правом не воспользовался никто.

– Тогда я представлю им пять новых заклинаний вместо одного! Пусть подавятся!

– А-а-а! Делай что хочешь! Какое мне к ахогу дело? Тактическая телепортация! Давай!

Это давалось Тобиусу легче, затраты магии минимальные, расстояния для перемещения мизерные, перемещение бесшумное, разве что движение воздушных масс создает сквозняк. Тобиус исчез и появился за спиной Мальвара.

– У тебя к этому талант, но ты предсказуем. Я знал, где ты объявишься. К тому же располагая точку выхода так близко к живому существу, ты обдаешь его потоком ветра, чем опять же выдаешь себя.

– Учту.

– Что ж, этим приемом ты овладел отменно. А теперь переходим к самому любимому. Энергию в материю, давай!

Тобиус вздохнул, с хрустом сжал кулак. Переводить гурхану из состояния энергии в состояние материи оказалось делом довольно трудоемким, требовалась концентрация, сила воли и большой запас магической силы. На руке начали появляться синие кристаллы с крапинками бирюзы, похожие на серповидные клинки.

– Маг серый, а гурхана в нем такая же синяя, как и во всех других, – хмыкнул Мальвар. – Теперь отойдем от стандарта, покажи мне свою огненную гурхану!

– Это намного труднее…

– Разве я об этом спрашивал?

Тобиус скрипнул зубами, но подчинился. Он знал, что должен благодарить за свое обучение, и старался впитать каждую каплю драгоценного знания, которую ему предоставлял Мальвар. Твердая гурхана распалась облаком синего искристого дыма, втянулась обратно в тело, Тобиус сосредоточился, разжигая в сердце пламя, и отрастил на руке когти оранжево-желтого цвета, переливающиеся и настолько горячие, что воздух вокруг них изгибался волнами. Серый маг покрылся испариной, вены на его теле вздулись и стали слабо светиться.

– Лови! – Мальвар бросил в него медный подсвечник.

Тобиус взмахнул рукой, превращая снаряд в четыре куска оплавленной меди.

– Материальная гурхана тверже алмаза, сделай из нее кулак – и он пробьет любой камень, сделай кинжал – и он вспорет любой доспех.

– Недостатки явны, – прохрипел Тобиус, пытаясь отдышаться после сильного перенапряжения, – медлительность метода, огромные затраты сил, невыго…

– У кого много сил, тот о затратах не думает! Скорость – дело наживное. – Мальвар показал свою ладонь, которая на глазах покрылась сверкающими красно-оранжевыми, лазурными, белыми и зелеными наростами. – К тому же магической силе можно придать любые характеристики, любую форму. Главное – что ты уже умеешь это делать, а опыт придет со временем.

Тобиус покинул Хогсдальн, прихватив с собой мимика. После взятия города он поселился в замке и лично транспортировал во временное жилище некоторые вещи, в том числе и клетку с мимиком, дрессировкой которого занимался каждый день. Теперь магический хищник свисал с плеч своего хозяина в облике серого плаща с фибулой, в которой имелся крупный красный глаз.

В Хогсдальне остались принцесса Хлоя, генерал Бальден, гарнизон солдат и огромная система оборонительных чар и заклинаний, созданная Тобиусом и Мальваром.

Молодой волшебник телепортировался к воротам Под-Замка, где его встретили приветственными криками с надвратной башни, и створки открылись. Люди высыпали на улицы, чтобы поприветствовать его. Коротко, но тепло переговорив с некоторыми деревенскими, Тобиус ступил под своды замковых ворот, обогнул колодец, вошел в донжон.

– С возвращением, чар Тобиус. – Бейерон поднялся с кресла, сделал три шага и встретил волшебника рукопожатием. – Ты сделал все и даже больше, чем было нужно.

– Благодарю, сир. Как тут дела шли без меня?

– Потихоньку. В замке стало как-то пусто без генерала и Хлои, но вечерами я порой собираю небольшую компанию за ужином, чтобы не помирать с тоски. Брат Марк расширяет производство, постоянно носится между нашими пунктами заготовки сырья, все благословляет, благословляет. Томас готовит замок к зиме, заполняет кладовые. Сестра Хелена вечерами радует нас своим пением. Эта прекрасная женщина обладает поистине медовым голосом…

Бейерон все говорил, а Тобиус все слушал. Им принесли подогретого вина, холодного мяса, и отрекшийся король с молодым волшебником беседовали несколько часов кряду, прежде чем Тобиус поведал своему господину о принятом решении.

– Звучит как откровенное безумие.

– Ради вашего спокойствия, сир, могу сказать, что там не все так ужасно. То есть там, конечно, полно всякой плотоядной дряни, магических аномалий и еще много чего смертельного, но есть и разумная жизнь. А главное – там, возможно, есть сокрытые знания, до которых никто не доберется еще тысячи лет. Эта мысль угнетает меня больше всего, пожалуй.

– И ты готов ради них умереть?

– Я готов… я готов ради них выжить.

Они помолчали.

– Кажется, я понял. – Бейерон провел пальцем по краю своего кубка и пристально взглянул на волшебника из-под кустистых бровей. – В тебе распалилась искра путешественника и первооткрывателя, Тобиус. Это неразумно, но, с другой стороны, именно такие, э-э… мм… «неразумцы» часто вписывали свои имена в историю.