Игра Времен - Наталья Резанова

Кьяр потянул веревку назад.

– Уходим.

Ивальди, догадываясь, что деревне ничто не угрожает, с готовностью затопал назад.

– Много Проклятых в Крепости? – спросил Кьяр, когда они убрались на достаточное расстояние.

– Много…

– Сколько?

– Сто… а может, тыща… много…

– Дурак! – Кьяр перебросил конец веревки Зу.

– Совсем они тут одичали от сытой, мирной и довольной жизни. Даже считать не умеют. Таких не ограбить – обида для Неба.

К вечеру они выехали из леса. Когда лагерь был уже неподалеку, Зу вдруг заорал, завизжал, завыл – это был боевой клич его рода – и пустил коня вскачь. За ним со всех ног пустился Ивальди. Кьяр глядел, ничего не понимая. Ивальди бежал, сколько мог, потом упал, вцепился руками в веревку, но она все затягивалась и тащила его за собой, и тело, подпрыгивая на кочках, волоклось вслед за конем. Когда подскакал недоумевающий Кьяр, то увидел посиневшее лицо и вываленный язык удавленника.

– Зачем? – спросил он.

Зу объяснил, как недоумку:

– Он больше не нужен. Дорогу мы знаем. А он мог сбежать к своим. Или к Проклятым.

– Дело, – сказал Кьяр. Но все равно способ убийства ему не понравился.

* * *

В рейд хотели идти все. Всем надоело скучать и ждать невидимого противника. А тут дело представилось само собой, и нетрудное к тому же. Тевтат и Хрок заспорили первый раз за все время похода.

– Чего тебе там нужно? – орал Хрок со своим чудовищным западным выговором. – Ты же за сокровищами Проклятых пришел – что они, его в лесной деревне прячут? А нам рабы нужны, бабы нужны, скотина нужна…

– Скот нам тоже нужен, – сухо заметил Тевтат, – и не забывай, что этот поход затеял я.

– Затеял! То-то вы в Городе торчали, пока мы не подошли…

В конце концов о разделе договорились. Предстояло отобрать людей. Вполне хватило бы и десятка ратников, но опять же добыча, добыча… Решили послать полсотни всадников Сьета и полтора десятка тяжеловооруженных северян. Ими вызвался командовать сам Тевтат. Имеет же он право разогнать кровь в самом деле. Галарцам не придется стыдиться своего командира, хоть он и не молод.

Ехали днем, ничего не боялись. И нечего было бояться. Зу и Кьяр хорошо запомнили дорогу. Все же шуметь не следовало. Иначе эти легконогие трусы снова удерут и, что хуже, угонят стадо.

Подобрались к вечеру. Дана была команда: «Тихо!» Сьет со своими приступил к окружению деревни. Тевтат и его люди остались в резерве. Было еще не так темно, чтобы не различать друг друга, а до самой темноты уже все будет кончено. Деревня лежала перед ними – только пересечь прогалину. И в вечернем теплом полумраке, мирном и сонном, как все здесь, странно прозвучал племенной боевой клич. Кочевники с воем рванулись вперед, выхватив мечи. И тут же стали падать с коней один за другим, как перезрелые яблоки с веток. За боевым кличем не сразу были расслышаны звоны тетив. Стреляли сверху, с деревьев, и одновременно словно бы из-под земли.

– Проклятые! – крикнул кто-то.

Кочевники увертывались, соскальзывали с коней и укрывались за их боками, сами вытягивая луки из чехлов, ибо в стрельбе они не уступали Проклятым. Но сейчас преимущество было ими упущено. Они не видели цели и стреляли наугад, а стрелы Проклятых летели неумолимо. Несколько отчаянных всадников прорвались вперед, и тут выяснилось, что безобидную лужайку пересекает ров, замаскированный сетью. Они падали вместе с лошадьми, а из деревни уже бежали люди, крестьяне по виду, вооруженные кривыми ножами и дубинками, – добивать раненых. Мирные жители Круга оказались не такими уж безобидными. Ров заполнялся бьющимися телами. Самих Проклятых по-прежнему не было видно. Они продолжали стрелять. Очевидно, в деревне они тоже засели. И одно Небо знает, что там еще есть, в этой деревне!

Ловушка! Тевтат стиснул зубы. Он хотел заманить Проклятых в ловушку, оставить их без защиты, а вышло наоборот. И не был ли тот деревенский мальчик добровольной жертвой, приманкой для дичи? Ведь предупреждали же в городе о беспримерном коварстве и жестокости Проклятых… Так нет! Не был он дичью и не будет. Но некогда рассуждать. В деревню, ясное дело, идти нельзя, там хорошо подготовились к встрече (повесить Кьяра, чтоб не зевал на разведке), но и отступать он тоже не собирался.

– Вперед! – крикнул он. – Их стрелы не страшны нашим латам!

Действительно, галарца, закованного в тяжелый доспех с ног до головы, можно было обстреливать, пока не надоест, или пока не кончатся стрелы. И хотя галарцев было мало, они отважно поскакали за своим предводителем, чувствуя, что у них есть шанс не только пробиться, но и победить. Под их защиту сбились и уцелевшие кочевники, теперь оценившие преимущество тяжелого вооружения. Но изощрившийся в злобе разум Проклятых предусмотрел все. Стрелявшие недаром расположились на деревьях. Галарцы так и не встретили противника, но через несколько мгновений под копытами их мощных коней зачавкала грязная жижа. Это было болото, а разогнавшиеся всадники не в силах были сразу остановиться, либо летели через головы коней.

– Тропу! Ищи тропу! – кричал Тевтат подвернувшемуся под руку Кьяру (или это был Сьет?). – Должна быть тропа!

Но в упавшей ночной темноте смешавшиеся воедино галарцы и кочевники метались, теряя ориентир и все глубже погружаясь в топь.

– Смотри! – Сьет (или это был Кьяр?) схватил его за повод. За деревьями скапливались быстрые тени, бесплотные в свете звезд.

Всего лишь несколько человек уцелело после бойни у лесной деревни, среди них – ни одного галарца. Распатланный, грязный Сьет сполз с коня и направился к стоящему на крыльце Анарбоду, волоча за собой седельную сумку. Шатаясь, поднялся по ступенькам и раскрыл ее. Анарбод метнулся к Сьету, схватил его за ворот куртки.

– Все, что я смог, – просипел один рыжий другому. – Он был в тяжелых латах, никак не вытянуть. Только голову…

Анарбод выпустил Сьета, оглянулся. За его спиной был вышедший из постоялого двора Гриан. От коновязи торопился Хрок, за ним, по деревенской улице, – еще несколько воинов.

– Я, капитан правой руки, принимаю власть! И все сюда!

Отрубленная голова Тевтата была выставлена на деревенской площади, где скопились все участники похода. Анарбод вышел к ним. Его ждали и ждали его слов. Ну, так он им скажет.

– Воины! Мерзкие шлюхи и их хвастливые прихлебатели в сермягах предательски убили наших братьев. Демоны возьмут их черные души, но мы сами будем хуже Проклятых, если прежде не отомстим!

– Месть! Месть! – кричали в ответ.

– Готовы ли вы идти за мной? Признаете ли меня предводителем?

– Да! Да!

Да. Теперь он поведет их, куда захочет. И не повторит ошибок Тевтата. В деревню возвращаться бесполезно – там наверняка никого нет. Да и успеем мы вырезать убогих. Только на Крепость.