Флирт - Лорел Гамильтон

- Вы всегда были богаты? — спросила я.

Она кивнула.

- Он использовал мои деньги в качестве стартового капитала для своей компании, но в итоге он заработал намного больше. В одном из писем он буквально признался этой женщине, что если бы не брачный контракт, по условиям которого он утратил бы контрольную долю акций компании и остался без денег, он развелся бы со мной и остался бы с ней и их сыном.

Ее лицо стало очень блеклым, словно у того, кто видел самую ужасную из возможных вещей и выжил. Сплетя тонкие наманикюренные пальчики на коленях, она глядела сквозь меня на вещи, которые я не могла видеть.

- Наверное, прочесть это было очень больно, — сказала я. Она никак не отреагировала на мои слова.

- Мисс Зелл? — мягко позвала я.

Она встряхнулась, как птица на ветке, и взглянула на меня. В свое время я повидала много тяжелых взглядов, но этот был хорош. Он убедил меня в том, что она собирается сделать это, блестящим новеньким топором.

- Когда мы сможем назначить дату? — спросила она.

- Мы не сможем, — ответила я.

- Что вы имеете в виду?

- Я не сделаю этого.

- Не глупите, конечно сделаете.

- Нет, мисс Зелл, не сделаю.

- Два миллиона сверх вашей обычной платы. Два миллиона, про которые никто, кроме нас, не узнает.

Она казалось очень увереннной в себе. Я покачала головой.

- Это не из-за денег, мисс Зелл.

- Вы должны сделать это для меня, мисс Блейк. Вы единственная, кто может поднять зомби, который сможет чувствовать настоящую боль и настоящий страх.

- Я не смогу гарантировать, что он почувствует такую же боль, как и когда был жив, — сказала я. Я старалась сосредоточиться на деталях, чтобы не концентрироваться на других вещах.

- Но он будет чувствовать боль, настоящую боль?

- Он будет способен чувстовать. Бывало, мои зомби спотыкались о камни и падали. Они реагировали так, словно им больно.

- Прекрасно, — сказала она голосом, полным предвкушения. Мой желудок сжался, когда я поняла, что именно она предвкушает.

- Позвольте мне еще раз проверить, что я все поняла правильно, мисс Зелл. Вы хотите, чтобы я подняла вашего мужа, Чейза, из мертвых, так чтобы он решил, что жив и был способен ощущать ужас и страдание, пока вы будете рубить его топором. Вы же понимаете, что топор не может убить зомби, так что он будет продолжать чувствовать и бояться, даже когда вы порубите его на куски? Он будет бояться, пока я не уложу его обратно в могилу.

- Я не хочу, чтобы вы укладывали его в могилу. Я хочу, чтобы кусочки закопали, как есть, так чтобы он был похоронен заживо и сознавал, что сгниет.

Я долго смотрела на нее не мигая, взглядом, который я приберегала для тех моментов, когда совершенно не знала, что сказать. В конце-концов кое-что пришло мне на ум.

- Нет.

— Что? — переспросила она.

- Нет, как в "Нет, я не буду этого делать".

- Три миллиона, — сказала она.

- Нет.

- Сколько вы хотите?

- У вас нет таких денег.

- Есть, — заверила она.

- Господи, женщина, вы в своем уме? Вы хоть представляете, что вы просите меня сделать, потому что это наверное, самая худшая вещь, про которую я слышала, худшая из всего, что один человек может сделать с другим. Это должно бы вас пугать, мисс Зелл, пугать до колик, если бы вы знали, над какими преступлениями я работала.

- Вы работали над делами серийных убийц и взбесившихся монстров. Я изучила ваше досье, Анита Блейк.

- Отлично, но все же вы — это что-то.

- Мне наплевать, что вы обо мне думаете, если вы выполните то, что я хочу.

Я отодвинулась от стола.

- Нет, — сказала я, поднимаясь.

Она наконец поняла, что я говорю серьезно, и испугалась. Изо всех эмоций, я меньше всего ожидала от нее страха.

- Если не деньги, то что? Что вы хотите, Анита? Только скажите, и если это можно купить за деньги — оно ваше. Что вы хотите?

- От вас? Совершенно ничего.

- Если не для вас, тогда для ваших бойфрендов. Я заказала расследование насчет вас, и знаю, что в вашей жизни есть кто-то, кому нужно то, что можно купить за деньги.

- Убирайтесь, — выплюнула я.

- Отрицательный ответ меня не устраивает. Вы единственный аниматор, который может дать мне Чейза достаточно живым, чтобы он страдал. А я хочу, чтобы он страдал, Анита.

- Это я уже слышала, — я начала обходить стол. Я собиралась открыть дверь и выгнать ее к чертям собачьим из моего офиса. Она поднялась, и на своих каблуках оказалась почти на фут выше меня. Она находилась между мной и дверью. Я могла скрутить ее в любой момент, но наш бизнес-менеджер, Берт, не гладил по головке тех, кто ставит синяки клиентам в офисе.

- Я слышала, что не все ваши убийства вампиров проведены в соответствии с учебником, чисто и законно. И все знают, что вы убивали людей, Анита, — в этом она оказалась права, но они все были людьми, которые пытались меня убить, или людьми, которые мне угрожали, или монстрами, которые пытались убить меня и сьесть, или угрожали людям, которых я хотела защитить — длинный список, но я не потеряла ночной сон из-за этих убийств.

- Во-первых, для вас — мисс Блейк. Во-вторых, люди постоянно обливают меня грязью. Я бы не верила кому ни попадя.

Когда-то я была очень неумелым лжецом, но с тех пор много воды утекло.

- Я отправлю доказательства некоторых ваших преступлений в полицию. Вы потеряете этот ваш блестящий значок, если не больше.

- А я расскажу полиции, чего именно вы от меня требовали, ибо тот, кто действительно способен на то, что вы мне описали, может причинить вред и живому человеку, — я поглядела ей в лицо. — Так как там поживает его незаконный сын?

Непреклонное выражение ее лица дрогнуло.

- Если что-то случится с ним, я прослежу, чтобы полиция направилась прямо к вам.

- Вы не знаете его имя.

- Ради бога, как будто это так сложно узнать. У него наверняка имеется страничка в интернете, где рассказывается о том, что его отец — сам Чейз Зелл.

Она задумчиво свела брови, словно задумываясь, есть ли доля правды в моих словах.

- Если с парнем что-то случиться, за все свои деньги вы не сможете откупиться от тюрьмы — или психушки.

- Я не сумасшедшая, мисс Блейк. Я женщина, которой пренебрегли.

- Он был женат на вас двадцать пять лет. Думаю, бедняга достаточно настрадался.

Это был конец. Она развернулась на кинжально-острых каблуках своих дорогих туфель и вышла. Если бы я знала, что это заставит ее уйти, я бы сказала это раньше. Кажется, эта неделя прошла под знаком людей, которые хотели моих очень «живых» зомби для очень дурных целей.