Флирт - Лорел Гамильтон

Незнакомец снова начал приближаться, выставив руки. Я не просила его остановиться, потому что поняла, что единственный выход попасть в него — это подпустить его поближе, чтобы наверняка не промахнуться. Я надеялась, что моей скорости ненастоящего оборотня будет достаточно, чтобы застрелить его прежде, чем он доберется до меня. Может, он и не собирался убивать меня, но по какой бы причине он не пришел, все равно ничего хорошего. Я могла бы побиться об заклад.

Он подошел к краю стола, развел руки чуть шире и сказал:

- Можно мне сесть, потому что лучше бы мне не подставлять ту часть тела, в которую ты целишься. Он улыбался, когда произносил это, но эта улыбка не затрагивала глаза. Я знала такую улыбку, такие холодные глаза. Я работала со многими мужчинами, которые имели их, и слишком часто видела их в зеркале.

- Конечно, сказала я. — Присаживайся. Я кивнула на стул, который был рядом со мной, а не напротив.

Он начал придвигаться к столу, и тогда я сказала:

- Нет, лучше держись подальше, чтобы я видела, что твой пистолет остается в кобуре.

Он коротко кивнул и, придвинув стул немного ко мне, сел, положив локоть на колено; такую позу принимали многие мужчины, когда хотели, чтобы их пах был виден. Я не была заинтересована, в отличие от моей львицы, потому что она оставалась одним из зверей внутри меня, которым не было эквивалента снаружи. Это означало, что она была более заинтересована в других львах, чем мне бы хотелось для душевного равновесия. Был один лев-оборотень, который с радостью взялся бы за эту работенку, но я его избегала. В моей жизни было достаточно мужчин.

Я сдерживала львицу, сдерживая дыхание и пульс, но картинка, которую она вкладывала мне в голову была очень нечеловеческой. Она хотела, чтобы я пала на колени и потерлась об него. Она хотела больше его запаха, больше его кожи. С пистолетом в руке было легче отогнать эти мысли. Я дала ей понять, что мы в опасности, и это вроде бы успокоило всех моих зверей. Они поняли опасность, и через меня, узнали значение пистолета.

Мужчина держал руки на коленях, и я подвинулась, чтобы более внушительно направить пистолет ему в грудь. Побочного вреда на таком расстоянии не будет, ибо как бы быстр он не был, он все равно медленнее пули, выпущенной с расстояния в три фута.

- Проясню ситуацию, — сказала я. — Если ты дернешься, я просто нажму на курок, потому что если ты бросишься — это моя единственная надежда выжить.

Он кивнул, все еще улыбаясь, так что, со стороны это выглядело так, словно мы — лучшие друзья.

- Ты придвинула меня поближе, чтобы не задеть этих милых людишек. Анита, я тебя чую. Я знаю, что я не единственный котенок за столом. Это слабость — слишком заботиться о своих домашних животных.

- Ты имеешь в виду людей? — нахмурилась я.

Он подтвердил мою догадку еще одним кивком, и еще одной улыбкой.

- У меня есть значок. Это вроде как моя работа — заботиться о них.

- Тогда буду предельно честен. Если что-то случится со мной, твои люди умрут.

- Какие люди? В этом ресторане?

- Нет, но, зная, что они тебе небезразличны, делает это более легким, — он кивнул на кого-то позади меня. — Вот так, например.

- Даже если я почувствую, что ты собираешься шевельнуться, я нажму на курок.

Львица внутри меня огрызнулась в пустоту, и часть этого рыка пробилась сквозь мои губы. Это заставило угрозу прозвучать весомее, но не было хорошим показателем моего контроля. Так, будем решать проблемы по мере их появления, Анита. Говорить сама с собой тоже считалось плохим знаком, но я иногда использовала свое имя как напоминание: я не зверь, а человек.

- Я тебе верю, — сказал он, и его голос понизился, — я буду сидеть очень-очень тихо, киска.

Я бы запротестовала против такого прозвища, но я ведь первая назвала его котенком. Я обернулась и увидела Асана, почти у нашего стола. Он улыбнулся, думая, что я ищу его, и я таки искала, потому что за ним был еще один плохой парень. У него была стрижка скейтера, челка с одной стороны полностью закрывала один глаз. Образ довершала безразмерная майка и мешковатые шорты, в которых могло поместиться много оружия. Откуда я знала что он плохой парень? Наверное из-за пистолета в руке, который он прятал под майкой. Майка была такой огромной, что свисала с одного плеча и демонстрировала, что он частенько тусуется по тренажерным залам.

Если бы у меня были на это силы, я бы постаралась уловить, оборотень он или нет. Он скрывал свою энергию, или же энергия дружка заглушала его. В любом случае, он следовал за Асаном, и у него был пистолет. А еще он одел перчатки для тренировок, которые носят велосипедисты и качки, такие, которые закрывают пальцы. Кожаные перчатки в жару — серьезный симптом паранойи, или же его отпечатки пальцев уже в базе полиции. В любом случае, я лишь беспомощно смотрела как он следует за официантом к нашему столику. Угроза больше не была беспочвенной.

- Ник! — радостно окликнул его человек за столом, — я уж было подумал, что буду обедать в одиночестве…

Второй мужчины ухмыльнулся нам, напоминая мне об улыбке Джейсона. Даже его голубые глаза засветились от смеха. Он был около шести футов ростом и сложен совершенно не как Джейсон, но что-то в нем напоминало моего друга; наверное, в нем была более злобная версия той потребности Джейсона в шалостях. Плохая черта характера для человека с пистолетом.

Асан пропустил его, и Ник уселся за столик, так что он и первый мужчина оказались друг против друга, а пистолет Ника был все еще слишком близко от официанта. Я все еще не придумала как подписать чек левой, и все равно не могла угрожать пистолетом им обоим. А теперь и вовсе скатилась от немногих тактических преимуществ к нулю. Вот дерьмо.

Асан пожалел меня, и придержал бумажки пока я расписывалась. Мне даже удалось оставить ему щедрые чаевые. То есть, если по моей вине его могли застрелить — это меньшее, что я могла сделать. Пальцы Асана погладили мою руку, и я поняла, что дала ему причину коснуться меня. Обычно это бы меня обеспокоило, но у меня были более крупные проблемы, нежели его пальцы на моей руке. Я даже позволила ему пожать ее. Один бог знает, что он мог думать, глядя на двух моих «сотрудников», но он просто улыбнулся мне. Я постаралась не остаться в долгу, но не была уверена, что справилась. Его улыбка не поблекла, наверное, он решил, что я просто не хочу выпендриваться, рядом со своими коллегами.

- А он мил, — сказал Ник, голосом который подходил к его волосам и одежде, но его рука под столом безошибочно указывала на меня. Не нужно было видеть пистолет, чтобы знать: он там, и его выстрел попадет мне в район живота или грудной клетки.

- Он ничего, — согласилась я.

- Да ладно, не строй из себя недотрогу. Он горячая штучка.

- Хватит Ник, давай ближе к делу.

- Наши дела не означают, что мы не можем и позабавиться.

- Нику бы очень понравилось пристрелить твоего официанта, Анита.