Адепт Грязных Искусств - Анна Кондакова

На мгновение свет померк, и…

…очнулся я уже на полу, с сильнейшей болью, гулявшей по мышцам после действия парализующего эрга.

Со всех сторон переговаривались одноклассники, ещё не до конца пришедшие в себя. Я узнал их по голосам.

-- Она его убила? – Это бас Гудьера.

– Ты что… Он сам, кого хочешь, убьёт. – Чуть истерично, Хинниган.

– Рэй, ты там живой? – С тревогой, Дарт Орриван.

– Он нас чуть не прикончил… – С ужасом, Одзаки.

– Кажется, у меня ребро треснуло. – Незнакомый голос, наверное, длинноносого блондина Латье. Перепуганный и дрожащий.

– Он умер! – Опять Орриван. Уже громче, не скрывая паники. – Он мёртвый!

– Да не мёртвый он, не ори. – Одзаки, с раздражением.

– Его так просто не убьёшь. – Питер Соло. Мягко, вкрадчиво и, кажется, с улыбкой.

– Но я бы с удовольствием. – Митчел, зло и презрительно.

Потом послышался стук каблуков.

Я приподнял голову и увидел, что Софи прошла к доске.

– Класс, внимание, – сказала она негромко, но требовательно, даже с угрозой. – Этот инцидент не подлежит огласке, всем понятно? Директору школы я расскажу о нём сама, но другим ученикам об этом ни слова. Ясно?..

В ответ – тишина.

– Я спрашиваю: ясно?

Послышался тяжкий вздох.

– Я-я-я-сно, – отреагировал Купер за всех.

– Вот и договорились, господа, – кивнула Софи. – Через пять минут урок закончится, и это время я позволю вам просто… ничего не делать. Да. Просто ничего не делать. Успокойтесь, придите в себя…

– Мы-то успокоимся. А Ринг? Вы гарантируете нам безопасность? – спросил Питер, вставая на ноги и тщательно отряхивая форму. – Или Ринг на каждом уроке будет пытаться нас убить? Я бы на вашем месте посоветовал директору его изолировать, а то он нас…

– Вы не на моём месте, мистер Соло! – отчеканила Софи.

Я медленно поднялся и оглянулся на одноклассников.

Некоторые из них старались на меня не смотреть, но некоторые, наоборот, не сводили глаз. Питер оглядывал с усмешкой, Хинниган, казалось, вот-вот просмотрит во мне дыру, как и Митчел. Только выражение лиц у них было совершенно разным: Питер открыто наслаждался моим провалом, Митчел открыто меня ненавидел, Хинниган открыто восхищался, даже после того, как мой эрг раздробил ему очки.

Остальные ученики оставались настороженными.

Все послушно проковыляли к своим местам, и я тоже. При этом я на всякий случай проверил взглядом парту Хиннигана: тетрадь лежала на том же месте, как и карандаш. Значит, вещами в мёртвом сне можно пользоваться, но в реальности ничего не изменится.

Интересное открытие.

– И что это было? – шёпотом спросил Дарт Орриван.

– Ничего хорошего, – сухо ответил я.

Не получив от меня внятного ответа, он смолк, но ненадолго. Нахмурился и, чуть смутившись, сообщил:

– Если что, у тебя… это… из носа кровь пошла.

Я прикоснулся ладонью к коже под носом и посмотрел на пальцы: действительно, кровь. Причём густая, тёмная, почти чёрная, будто это не кровь, а чернила.

Пришлось вытереться ещё раз, и уже другой рукой.

Да уж. Прошёл всего-то первый урок, но уже началась чертовщина: то картины в голове, то неуправляемый эрг, теперь кровь…

Дарт опять наклонился ко мне и прошептал:

– Отец говорил вчера, что после Часа Тишины тебя нужно было поместить в главный городской госпиталь под охрану, а не в медблок школы Сильвер. Здесь небезопасно. Но Ли захотела, чтобы ты был у неё под присмотром, сказала, что у тебя ученический статус неприкосновенности… будто он тебя бессмертным сделает. Такая наивная. Тебе нужна охрана.

Я нахмурился.

– У палаты охрана из адептов стояла.

Дарт кивнул.

– Это отец выставил своих людей. Они пропускали в палату только старшую медсестру и директора школы. Ну… ещё камердинера Бернарда, кажется.

– А ему какого чёрта понадобилось?

– Не знаю, у него спроси. – Дарт пожал плечами. – Отец предложил прислать для тебя телохранителя, даже двух, но Ли наотрез отказалась. Говорит, у неё в школе нет шпионов Лэнсома и предателей, что здесь тебе ничего не угрожает, но отец ей не верит. Поэтому он попросил… – Дарт замялся.

Да он мог и не продолжать – я и так всё понял.

– Отец попросил тебя за мной присмотреть?

Дарт кивнул, после чего заметно помрачнел.

– Отец сказал, что для меня это важное поручение рода и проверка на пригодность. И если я не справлюсь, то хрен мне, а не статус патриция в будущем. Вот, например, Питер Соло уже на следующей неделе им станет, а чего бы стоил, придурок. И никто ведь с него не требует выполнения поручений рода, зато ко мне папаша опять прицепился… я же говорю, упырь… всю кровь мне выпил.

Он вздохнул.

– Да ладно, – усмехнулся я. – Думаю, до Суда, да и после него, на меня никто не позарится, кому я нужен?.. Так что у тебя есть все шансы справиться с поручением рода.

Дарт покачал головой, выражая весь свой скепсис.

На самом деле, я и сам понимал, что вряд ли меня оставят в покое, но в телохранителе в лице школьника-инфира Дарта Орривана (и вообще, кого бы-то ни было) я однозначно не нуждался.

Тут меня ткнули в спину.

Ну вот какого чёрта опять ему надо?

Я развернулся с намерением послать Питера далёким маршрутом, прямо и грубо, без витиеватых выражений, но он меня опередил.

– Надеешься, тебе сойдёт это с рук? – спросил он.

– Что конкретно? – прищурился я.

– Хотел показать, какой ты крутой мастер? Скрутил весь класс одним эргом, и никто не смог тебе достойно ответить.

– Ну ответил бы, раз ты тоже крутой мастер.

Питер пронзил меня взглядом.

– Отвечу, не сомневайся.

Я отвернулся, и на этом наш незатейливый разговор был закончен.

У меня и без того проблем хватало, а тут Питер снова принялся меня накручивать, как и в прошлый раз, только теперь я знал его приёмчик, хотя всё равно насторожился. Засранец он упрямый и хитрый.

Наконец Софи объявила:

– Урок окончен!

Из коридора прозвучал звуковой сигнал: два коротких гудка, похожих на паровозные, и я уже приготовился наблюдать, как ученики вскакивают, хватают сумки, толкаются, суетятся у двери, вопят…

Но никто из них даже не поднял зад. Все остались сидеть.

– Класс, свободны, – повторила Софи.

Ноль реакции.