Адепт Грязных Искусств - Анна Кондакова

— Этого достаточно, мистер Ринг, — сказала Софи.

Я и без неё понимал, что «этого достаточно». Но эрг лишь набирал силу, как и моё кодо, оно будто появлялось из ниоткуда, наливая энергией мышцы, обжигая пальцы, ладони, руки до самых плеч, охватывая вспышками сознание. И продолжало наращивать силу эрга.

— Ты что… творишь… — выдавил побледневший как смерть Питер

Его прижало между полками к задней стене кабинета рядом с Митчелом.

– Хватит! – потребовала Софи. – Уберите эрг!

– Он не убирается! — рявкнул я ей в ответ.

– А-а-х-х-с-с-с-с… – На этот раз застонал Дарт Орриван, издав нечленораздельные звуки.

Его заглушил жуткий вой Хиннигана. От давления его очки треснули… ещё чуть-чуть – и осколки линз вдавились бы в глаза.

Софи взмахнула руками, атакуя меня парализующим эргом.

Тело пронзили молнии, будто в меня воткнули тысячи ледяных игл, по нервам прокатилась холодная судорога, в одну секунду меня скрутило и выгнуло, мышцы одеревенели, я упал на спину, впервые в жизни благодарный за своевременную атаку противника.

Вот только мой эрг…

Краем глаза я видел, что он не прекращает действия, будто живёт своей жизнью. Одноклассники так и оставались прижатыми к стенам, стонали от боли и страха… уже все одиннадцать человек.

Софи подскочила ко мне, взяла за грудки, приподняла и встряхнула.

— Контролируйте! Сопротивляйтесь!

Вуаль на её лице колыхнулась, оголяя часть подбородка, серокожего и костлявого.

Я же вытаращился на Софи, не в состоянии ничего сделать: кодо мне не подчинялось, оно вышло из-под моего контроля резко и неожиданно.

Софи сжала мой воротник сильнее и прошептала:

— Тогда мне придётся убить вас…

***

Она швырнула меня обратно на пол.

Я стукнулся о паркет затылком и лопатками, но боли почти не заметил. Чувства парализовало, всё вокруг затмила кромешная темнота, а через мгновение, когда я открыл глаза, меня уже окружал плотный, похожий на кисель, воздух и блестящие водяные бисерины, раскиданные в пространстве роем.

Мёртвый сон.

Точно в такое же состояние меня уже погружала Ли Сильвер, когда демонстрировала приёмы всех пяти искусств.

Боль ушла, все звуки исчезли, пространство наполнилось глухой непробиваемой тишиной, паника сменилась странным умиротворением, я сел на полу и посмотрел на Софи. Она раздвоилась. Одна из женщин так и замерла, чуть ссутулившись, с выставленной в мою сторону рукой, а вторая шагнула ко мне.

Я же бегло осмотрел кабинет и одноклассников.

Расчёт Софи оказался верным: мёртвый сон лишил меня кодо и нейтрализовал эрг.

И, как говорила Сильвер, время во сне и в реальности отличается ровно в сто раз, поэтому я уже успел подняться на ноги и оглядеться, пока одноклассники, наконец получившие свободу, медленно соскальзывали со стен и валились на колени.

Угроза миновала. По крайней мере, для них.

Я уронил взгляд вниз, на своё мёртвое тело.

И теперь неприятный вид уже не вызывал острого желания отвернуться.

Я посмотрел на самого себя с холодным спокойствием: бледный, с взъерошенной чёлкой и заваленной набок головой, всё такой же худой, как раньше, но уже не до слёз тощий и хрупкий, а вполне жилистый.

Это было заметно по шее, на левой стороне которой всё так же полосой выделялся шрам, от уха до ключицы, полученный Теодором Рингом ещё до того, как я оказался в его теле. Кто оставил ему этот шрам и почему — оставалось загадкой. И, если честно, я об этом особо никогда не задумывался и успел о нём забыть.

Заметил я и ещё кое-что.

На пальцах обеих рук остались красные ожоги – но ведь раньше кодо никогда не оставляло на мне ран или отметин.

И пока я над этим раздумывал и разглядывал себя, глаза Софи ярко вспыхнули за вуалью, но не погасли, а продолжили светиться в густом мраке кружева. Она подошла ко мне и поманила за собой пальцем.

Говорить в мёртвом сне было невозможно, поэтому приходилось общаться жестами. Софи прошла к парте, за которой сидел Хинниган, взяла с его стола тетрадь и карандаш и написала прямо на обложке (на удивление корявым отрывистым почерком):

«Кто-то пытается управлять твоим кодо, кто-то стремится завладеть твоими мыслями. Победи его, иначе до Суда ты не доживёшь. Он истощит и уничтожит твоё тело, настроит других против тебя. Я помогу создать защиту. Сегодня в 7 вечера, кабинет 14. Будь один».

Я уставился на Софи.

Как такое возможно? Управлять чужим кодо на расстоянии…

В голове тут же родилась догадка, кто бы это мог быть.

Херефорд. Только он.

Возможно, при переносе из одного тела в другое он смог завладеть частью моего кодо. С другой стороны, он ведь не знал, что сила у меня природная, а не химическая.

Или мой враг находится здесь, в школе, совсем близко?..

Или что-то произошло, пока я лежал в коме?

Если так, то это плохие новости. Я и без того мало кому доверял, а тут и вовсе придётся к каждому присматриваться.

Софи бросила тетрадь и карандаш обратно на стол. Одноклассники же в это время только перестали соскальзывать со стены и опустились на пол. Всё происходило в таком замедленном действии, что хотелось их поторопить.

Гудьер, выпучив глаза, смотрел на Теллера, тот кашлял, и кровь снопом вырывалась из его рта, медленно-медленно окрашивая доски школьного паркета. Хинниган в этот момент скрёб лицо трясущимися пальцами — убирал лопнувшие линзы, чуть не пробившие ему глаза. Купер и Одзаки снова друг на друга орали, но что именно, мёртвый воздух сна услышать не давал. Парни открывали рты, и выглядело это так, будто они зевали, а не кидались обоюдными оскорблениями.

Питер Соло навалился спиной на стену и тяжело дышал, его грудь высоко поднималась и опускалась, точно он был близок к сердечному приступу. Рядом с ним трясся Митчел, перепуганный до полуобморока.

Дарт Орриван тоже приходил в себя у боковой стены, но при этом ещё и пялился на меня, лежащего мёртвым, и на Софи, замершую с вытянутой рукой. Потом он что-то сказал и неторопливо, до раздражения неторопливо, повернулся к Куперу. Тот округлил глаза и тоже посмотрел на моё бездыханное тело.

Одзаки начал подниматься на ноги. И в то же время произносил какую-то речь. Уверен, он собирался объяснить одноклассникам, что перед ними два участника мёртвого сна, ведь наверняка Одзаки узнал этот приём, потому что был мастером призыва. Ну... либо он говорил, какой я говнюк, потому что чуть не покалечил весь класс.

Софи помаячила у моего носа ладонью, бесшумно пощёлкала пальцами, намекая, что пора бы возвращаться в реальность. Я кивнул, и женщина, не церемонясь, толкнула меня в плечи, роняя прямо на мёртвое тело. Точно так же, как в прошлый раз сделала Сильвер.