Недостойная - Анна Шнайдер

Берт совершенно забыл накануне, что обещал связаться с Дайдом — не до того было. Вспомнил только утром.

— Да я уже в курсе случившегося, — проекция Гектора криво усмехнулась. — Отделался от метки. Чуть Защитнику душу не отдал, но отделался. Впрочем, это к лучшему. Я как представлял, что она с тебя живого не слезет, так сразу чесаться начинал на нервной почве.

— Она бы слезла. Я чувствовал родовой магией, что не могу удержать университет. Он же не собачка, чтобы признательность и любовь к хозяину ощущать.

— Угу, — буркнул Дайд. — Не собачка. Но охрану я пока оставлю, до окончания всей этой заварушки. Когда там Церемония-то, Агрирус тебе сказал?

— Нет пока. Кстати, надо узнать…

— Узнай и мне сообщи.

Но как только Берт отключился, браслет связи снова завибрировал — и это оказался не Велмар, а Арчибальд. Впрочем, в прошлый раз принц тоже звонил с тем же вопросом.

— Эн у тебя?

— Доброе утро, ваше высочество. Да, у меня.

Арчибальд прищурился, изучая помятого Арманиуса и, видимо, прикидывая, способен ли он на любовные подвиги.

— Впредь отчитывайся, если она будет оставаться на ночь. Как ты себя чувствуешь? Мне сообщили про метку.

Интересно, кому про метку НЕ сообщили? Кажется, вся Граага уже в курсе, что скоро университет обзаведётся новым ректором.

— Сносно, ваше высочество. Жить буду, это точно.

Арчибальд явно колебался, желая что-то сказать или спросить, и в итоге всё-таки проговорил:

— Берт, если резерв не восстановится, я могу предложить тебе должность консультанта при ЦУО*. (*ЦУО — Центральное управление охранителей, официальное название организации, главой которой является Арчибальд.) На север тебе, конечно, будет нельзя, но наставлять новичков в штабе ты сможешь.

При всей разумности подобного предложения Берту на секунду стало тошно.

— Спасибо, ваше высочество. Я подумаю.

Принц кивнул и прервал связь. А Арманиус, подумав, решил отложить разговор с Велмаром на потом. Что-то слишком много неприятных ощущений для одного утра…

* * *

За завтраком Арманиус выглядел неплохо, и показатели были в пределах нормы. Я проверяла их и ночью, заскочив к нему в комнату на минуту, и тогда тоже всё оказалось в порядке.

Интересно… А если попробовать родовую магию в наших с Байроном экспериментах? Раньше я считала, что со сломанным контуром нельзя пользоваться никакой магией, в том числе кровной. Хотя «нельзя» тут не совсем верное слово. Невозможно — так вернее. А оказывается, что родовая магия от контура не очень-то зависит.

Сегодня я смотрела, как действуют на резерв иглы, если через них в узловые точки контура пустить силу пополам с электрическим током. И ответ был таким же, как накануне.

Никак не действуют. Контур светился во время процедуры, как и положено, но резерв оставался на уровне семи октав.

Опять не вышло…

— Как думаете, кто теперь будет ректором? — спросила я Арманиуса только для того, чтобы отвлечься от унылых мыслей.

— Надеюсь, что Велмар. В принципе, это предсказуемо — он сильнейший маг среди всех претендентов. Был бы у него резерв на пару октав повыше, давно бы стал архимагистром. Но он и без этого звания лучше многих. Жаль, что сын дар не унаследовал.

— Сын? — Что-то я такое слышала…

— Да, — Арманиус кивнул. — У Велмара сын примерно твоего возраста. К сожалению, так бывает — родители сильные маги, а вот дети… Непонятно, почему это случается.

— Знаете, — сказала я, закрывая сумку, — почему-то никто не удивляется, когда у известных пианистов рождаются дети без слуха. Говорят, природа отдохнула. Может, и с магией так?

— Скорее всего. Но человек же всегда мечтал победить природу, — Арманиус улыбнулся, и я поняла, о чём он подумал. О собственном высосанном Геенной резерве. И теперь я пытаюсь победить Геенну…

С каждым днём внутри меня росла уверенность, что я проиграю, но я старалась не думать об этом. Пока могу, буду бороться. И посмотрим, кто сильнее — Γеенна или я.

После обеда мы с Байроном впервые достигли успехов в своих экспериментах. Ну как, успехов… Подопытному удалось воспользоваться родовой магией и заморозить воду в стакане. Однако контур не светился и вообще ничего не происходило.

— Ждём до завтрашнего утра, — сказала я Асириусу, проверив показатели. — Если изменений не будет — отправим на хирургическое восстановление.

«В конце концов, даже то, что наш больной сумел воспользоваться родовой магией в условиях не только сломанного контура, но и отсутствующего хирургического лечения — уже чудо и неплохое открытие», — подумала я, но Байрону этого было явно мало. Впрочем, мне тоже.

А вечером, когда я вышла из здания госпиталя, то сразу увидела знакомый магмобиль напротив входа. Но возле него стоял не Грег, а другой маг.

— Добрый вечер, айла Рин, — сказал он, открывая передо мной дверцу. — Меня зовут Ирл. Садитесь.

Не могу сказать, что я испытывала большое желание залезать в машину — особенно после вчерашнего, — но устраивать цирк перед окнами госпиталя не хотелось ещё больше. Да и отказывать надо лично, а не передавать что-то через охранников.

Сегодня меня привезли в музыкальный театр «Арбалет». Да, Арчибальд умеет ухаживать за девушками… Впрочем, было бы странно, если бы не умел. Побывать в «Арбалете» мне, конечно, хотелось, но это всё-таки не «Иллюзион». Откажусь.

Принц в сопровождении двоих охранников ждал меня в холле театра. Поначалу улыбнулся, здороваясь и делая знак Ирлу, чтобы возвращался в магмобиль, но потом, видимо, рассмотрел что-то не то в моём лице.