Исследователи Гора - Джон Норман

Я защелкнул на запястьях блондинки наручники и только тогда снял с нее путы. Затем я вынул у нее изо рта кляп. Он издавал омерзительный запах. Тем не менее я не выбросил его, а прикрепил к ошейнику. Девушка упала на колени, жадно хватая ртом воздух. Я утер ей губы горстью листьев.

— Ты хочешь быть рабыней?

— Нет! — выкрикнула она. — Ни за что!

— Что ж, — сказал я, — прекрасно. Я передал другую пару наручников Тургусу, и он защелкнул их на запястьях брюнетки. Она в испуге смотрела на него.

— Ты хочешь быть рабыней? — спросил Тургус.

— Нет, нет! Никогда!

— Отлично, — усмехнулся он.

Я сердечно пожал руку предводителю пигмеев.

— Удачи тебе!

— И тебе удачи.

Мы повернулись и пошли прочь — я, Кису, Айари, Тургус, Дженис, Элис, Тенде.

— Эй, а что делать с этими? — крикнул нам вдогонку предводитель пигмеев.

Мы обернулись. Он указывал на длинную шеренгу пленных талун.

— Что хотите! — махнул я рукой. — Они ваши.

— А эти? — Он показал на блондинку и брюнетку.

— Мы их отпустили. Пусть идут на все четыре стороны.

— Снимите с нас кандалы! — ныла бывшая предводительница талун.

Обе они, блондинка и брюнетка, плелись за нами до самой реки.

Мы с Кису и Айари вытащили каноэ из укрытия и поволокли к воде. Дженис, Элис и Тенде шли следом, навьюченные припасами.

— Ну, пожалуйста! — взмолилась блондинка и повернулась спиной, показывая кандалы.

— Снимите! — вторила ей брюнетка. Кису и Айари спустили каноэ на воду. Рабыни погрузили наши припасы, заняли свои места и взялись за весла.

— Освободите нас! — зарыдала блондинка.

— Это всего-навсего наручники, — сказал я. — Снимите их сами.

— Мы не сможем! Нам не хватит сил. Мы всего лишь женщины.

Я равнодушно пожал плечами.

— Умоляю! — всхлипнула она.

— Послушай, гордая свободная женщина, — сказал я, — уж не собиралась ли ты всю жизнь безнаказанно творить, что тебе вздумается?

— Вы не можете оставить нас здесь! — Она в страхе обернулась на лес.

Мы с Тургусом запрыгнули в каноэ.

— Пожалуйста! Не бросайте нас! — отчаянно вскрикнула блондинка.

Я повернулся и посмотрел ей в глаза:

— Ты проиграла.

— Но ведь вы можете наказать нас по-другому!

— Даже не думай об этом! — притворно ужаснулся я. — Как ты можешь! Это так унизительно! Смерть в тысячу раз лучше.

— Но я молю тебя о таком наказании! — Она упала на колени в прибрежный ил.

— И я! — последовала ее примеру брюнетка.

— Говорите ясней. Я что-то плохо понимаю.

— Мы умоляем тебя взять нас в рабство! — воскликнула блондинка. — Мы хотим стать твоими рабынями!

— Так станьте ими.

— Я объявляю себя рабыней, — сказала блондинка, — и всецело подчиняюсь тебе, моему господину. — Она опустила голову в ил.

— Я объявляю себя рабыней, — сказала брюнетка, обращаясь к Тургусу, — и всецело подчиняюсь тебе, моему господину. — Она тоже низко склонила голову.

— Подними голову, — приказал я блондинке.

— Подними голову, — приказал Тургус брюнетке. Девушки в страхе посмотрели на нас.

— Теперь вы всего-навсего рабыни, — сообщил им я.

— Да, господин, — сказала блондинка.

— Да, господин, — сказала брюнетка.

С этого момента они стали рабынями. Женщина, объявившая себя рабыней, уже не может освободить себя сама. Отпустить ее на волю имеет право только тот, кому она принадлежит, — господин или, в редких случаях, госпожа. С точки зрения закона здесь имеется немало любопытных моментов. Например, в городе, взятом штурмом, рабыни автоматически получают свободу. Фактически, в соответствии с законом о торговле, который регулирует подобные вопросы, эти девушки на какое-то время становятся собственностью победителей. При этом тот же закон гласит, что освободитель не обязан давать девушке свободу, особенно если она хороша собой, — как говорят гориане: «слишком красива, чтобы быть свободной». Зачастую решение этих вопросов замешано на тщеславии. Завоеватели устраивают на улицах города процессию из обнаженных, закованных в ошейники рабынь, среди которых попадаются и женщины побежденного города, еще вчера бывшие свободными, и рабыни.

Кису и Айари тоже забрались в каноэ.

— Господа! — взмолились девушки, стоя на коленях на берегу. — Подождите!

— Вы — рабыни, — ухмыльнулся я. — Почему бы нам не бросить вас здесь?

Каноэ медленно разворачивалось.

— Не бросайте нас! — крикнула блондинка. Она вскочила на ноги и, увязая в иле, побежала за лодкой. За ней поспешила брюнетка.

Блондинка бросилась на борт каноэ. Вода доходила ей до пояса.

— Пожалуйста! Мы будем делать самую тяжелую работу!

— Клянемся, господа! — вторила брюнетка. Каноэ продолжало двигаться. Девушки все глубже погружались в воду.

— Мы будем делать все, что вы прикажете! Мы будем ублажать вас!

— А ты сумеешь? — усмехнулся я и за ошейник из лозы подтянул блондинку к себе.

— Да, господин!

Я втащил ее в лодку и поставил на колени, спиной к себе. Тургус поступил так же с брюнеткой.

— Откуда ты? — спросил я бывшую предводительницу талун.

— Мы обе из Турии, я и Фина. — Она указала на брюнетку. — Остальные девушки — тоже с юга, из разных городов.

— Это вы шпионили за нами ниже по течению?

— Да, — всхлипнула она. — Мы хотели захватить вас в рабство.

Я вспомнил, как Айари померещилось, будто он видел в лесу Дженис. Значит, это была талуна.

— Как вы оказались в джунглях?

— Мы ушли от своих мужчин — Фина, я и все остальные.

— А теперь превратились в рабынь.

— Да, господин.

— Для вашей шайки это лучшая участь, о которой только можно мечтать.

— Да, господин. — Она вздрогнула. — Теперь мы все принадлежим мужчинам.

— Да, — кивнул я.

— Вы оставили на нас ошейники. Выходит, вы знали, что мы будем молить о порабощении?

— Конечно, — улыбнулся я.

— За это тебя ждет суровое наказание.

— Да, господин, — пролепетала она.