Николас Бюлоф - рыцарь-дракон с тысячью лиц - Дмитрий Смекалин

— Еще раз извините, — сказал Николас, вновь появляясь перед ней и убирая шар в сумку. — С собой таскать приходится. Это был фон Янгель, от имени вашего супруга зовет на встречу с кэрами, где меня убить попытаются. Я об этом плане уже знаю. Не пойду, конечно, но пусть ждут. Меньше вероятность, что нам с вами договорить помешают.

После чего продолжил:

— Дэнские кэры ко мне в принципе неплохо относятся, но до конференции привлекать внимание к нашим с вами общим делам, наверное, преждевременно. Разве что с тем же Янгелем или лучше Гербером поговорить можно. Старый кэр намеки хорошо понимает, думаю, надежную охрану вам организует. Пока же я бы советовал ресурсы мобилизовать и под рукой сконцентрировать. Необходимые переговоры, полагаю, вы сами лучше меня проведете. Деньгами и артефактами постараюсь помочь. У меня от последней «археологической экспедиции» неплохая сумма осталась, в ближайшее время я ее вам доставлю. Впрочем, артефакт защиты я вам один уже дал, вы его, по-моему, Теодорику передали. Пусть носит не снимая. Ну и, — он покопался в сумке, — возьмите еще один для вас. Обычным магам его не пробить, да и кэрам повозиться придется. Надеюсь, точнее уверен, до этого не дойдет. Вы их сами под контроль возьмете.

Дальше, как и недавно в кабинете императора, пошло согласование тактических планов и технических вопросов, занявшее три четверти часа, больше времени не было, через час Николаса ждали с засадой. Договорились быть на связи по шару. Прощаясь, Агнесса хитро улыбнулась и заявила:

— Я, кажется, придумала, как решить вопрос с вашим вассалитетом и нашим с вами взаимодействием. Вы необычный кэр, слишком независимый и сильный, чтобы вас можно было к рукам прибрать. Я, в случае успеха, вас независимым герцогом или князем сделаю! Хоть того же Лердена. Там после гибели Бурхарда Четвертого, можно сказать, есть вакансия, а для вас это родной город. Тем более что присоединение Лердена к империи плохо на престиже университета сказалось, а значит, и на всей Дэнляндии. У нас же с вами договор о союзе будет, в том числе и военном. Уверена, что не прогадаю.

— Но ведь кэр не может быть правителем!

— Ничего, жену надежную подберете. Вы же еще не женаты? Вот и женитесь, на жен ограничения не распространяются. Будете формально консортом, а реально… От вас зависит!

И, изобразив сожаление, добавила:

— Я бы вас и к себе с удовольствием взяла, но императрице-матери консорты не положены. Так что давайте «дружить семьями»!

«Н-да, с потрохами она меня купила! — подумал Николас. — Действительно, по полной впрячься придется…»

Из своей очередной поездки господин Пэн вернулся, привезя полную сумку реактивов для выращивания кристаллов-заготовок для амулетов и артефактов. Он был в приподнятом настроении и мурлыкал под нос что-то вроде: «Как шкала барометра, так и жизнь, было пасмурно — станет ясно!»

— Добрый день, я вернулся! До чего же я рад всех вас видеть!

Послышались ответные приветствия, в том числе и от посетителей, но более сдержанные — люди здесь все-таки делом занимались.

За прилавком Нейма заворачивала в маленькие пакетики какие-то порошки пожилому мужчине, деля поровну свои улыбки между ним и господами в углу за столиком, которые, видимо в ожидании своей очереди, пили витаминные коктейли. Маэлла помогала довольно толстой даме застегнуть сзади на шее цепочку амулета.

— Удачно съездил, дедушка Николас? — Нейма улыбнулась и ему. Пожалуй, даже лучше, чем покупателям.

— Удачно! Пока не буду говорить, но надеюсь, что скоро всех нас ждут перемены к лучшему! — Ответная улыбка аптекаря была еще более сияющей.

В этот момент из процедурной с подносом в руках появилась Орлетта.

— Ваши коктейли, господа! — Дежурная улыбка расцвела на лице девушки еще ярче, когда она заметила господина Пэна. — О, кто к нам вернулся!

А вот аптекарь как будто бы на ходу споткнулся, и его улыбка медленно угасла.

— Кажется, перемен к лучшему дождались не все… — пробормотал он.

Его лицо на долгий десяток ударов сердца превратилось в каменную маску, после чего он встряхнулся и направился к двери за прилавком, снова напевая. Только теперь это было что-то вроде: «Если к другому уходит невеста, то неизвестно, кому повезло»…

Приподнятое настроение, с которым господин Пэн появился в аптеке, больше к нему не вернулось. С девушками он был вежлив, корректен, но в задушевные разговоры не вступал, отделываясь короткими и ничего не значащими фразами. К тому же большую часть времени провел, запершись на своей мансарде.

— Как это ты так сумела глянуть на нашего аптекаря, что он прямо на глазах увял? — спросила Маэлла Орлетту. — Он что, успел за эту секунду тебе предложение сделать, а ты ему отказала? Или он до отъезда делал? А сейчас ответ получил?

— Не издевайся! — Орлетта сама была в недоумении. — Ты же знаешь, что он ко мне никогда не приставал, а улыбнулась я ему вполне приветливо.

Девушка срочно отправилась к зеркалу — проверить, все ли в порядке у нее с внешним видом.

Вечером хозяин дома спустился вниз только к концу традиционного чаепития. И то не ради чая, а чтобы перехватить уже собиравшегося уходить принца Ярви. После чего под изумленными взглядами девушек увел его к себе наверх.

Будучи наслышанным о таинственности этого места, принц с любопытством вертел во все стороны головой, однако ничего интересного не увидел. Разве что планировка для мансарды необычная, поделена на небольшие комнаты, обычная квартира получилась. Каково было назначение комнат, он так и не узнал, но кабинет точно был, так как именно в него они и пришли. Указав гостю рукой на кресло у стены, сам хозяин дома уселся в такое же кресло напротив и, достав из кармана какой-то кристалл, некоторое время молча крутил его в руках. Даже к глазу его поднес и глянул сквозь него на Ярви. Наконец он заговорил. Голос был ровный, спокойный, даже безжизненный. Звучал совсем негромко, но почему-то пугал и подавлял. В результате молодой человек не сразу стал понимать, о чем говорит аптекарь, а когда понял, удивился до такой степени, что даже немного пришел в себя.

— Я вижу, что в мое отсутствие ваши отношения с Орлеттой перешли в стадию близости. Надеюсь, ваши намерения в отношении нее серьезны и благородны?

«Что он несет? Да от принципа „тронул — женись“ отказались еще два века назад!» — с изумлением подумал Ярви, но произнести это вслух язык у него не повернулся.

— Простите, мне казалось, что герцогиня де Арлуньяк вполне взрослая и самостоятельная молодая женщина, уже даже успевшая стать вдовой, и она сама способна отвечать за свои пристрастия и поведение.

Голос аптекаря вроде не изменился, но принца буквально до костей пробрал безотчетный парализующий страх. Даже бежать сил не было. Зато каждое слово буквально било по мозгам и впечатывалось в память.

— Формально вы, может быть, и правы. Но у меня на этих девушек были конкретные и совсем другие планы, вмешавшись в которые вы поставили под угрозу судьбы многих людей, в том числе и самих девушек. И если вы это сделали только ради удовлетворения своей похоти, то я вынужден буду принять в отношении вас некоторые меры.