Пой, Менестрель! - Максим Огнев

Мне ценней камней, дороже злата

Ремесло мое непопулярное.

Впереди показались трое всадников. Плут усмехнулся и, сойдя на обочину, стал ждать. Он трижды уже натыкался на заставы и мог отметить, что замок Дарль охраняют прекрасно. Лорд Гаральд не был полководцем, и все заботы по устройству лагеря — к замку Дарль стекались верные королеве лорды со своими отрядами — и укреплению самого замка легли на плечи Стрелка.

Всадники приблизились, и Плут понял, что долгих объяснений не потребуется — впереди, загорелый до черноты, синеглазый, улыбающийся, ехал Мелп.

— Можешь не торопиться, — сообщил он после первых приветствий, — королевы в замке нет — пожелала осмотреть городские укрепления…

— А… — начал Плут.

— Начальник охраны, разумеется, ее сопровождает, — продолжал Мелп, улыбаясь уголками губ. — Расскажи столичные новости.

— В столице ожидают каралдорцев. Дружинники заперты в крепости. Магистр возле своего замка держит войско не меньше, чем возле Турга.

— Зачем?

— Как «зачем»? — нарочито удивился Плут. — Господина Магистра охранять. Натерпелся он страха в памятную ночь.

— О короле что-нибудь слышно? — спросил воин, сопровождавший Мелпа. — Нам тут твердят — жив…

Плут переглянулся с Мелпом. Ответил:

— Если королева говорит — жив, надо ей верить.

Воин разочарованно поджал губы. Плут простился и направился дальше. Когда он подходил к замку, из березовой рощи выехала кавалькада. Впереди — всадница на белогривой лошади. Тонкая рука уверенно сжимала повод. Темные волосы были перехвачены белой лентой — только теперь Плут сообразил, что королевские венцы погибли во время пожара.

По левую руку от королевы скакал паж, держа щит с черным львом. По правую — темноволосый всадник в зеленом плаще. Когда плащ распахивался, поблескивал металл кольчуги. У этого наездника был щит удивительной работы. По черному фону вился причудливый узор, а в центре, запрокинув голову, летел в прыжке красавец олень.

Королева спешилась, опершись на руку Стрелка, улыбкой поблагодарила охотника и тут же отвернулась, говоря что-то пажу. Плут заметил, как переглянулись сопровождавшие королеву дружинники, и покачал головой. Неужели Стрелок с Аннабел надеются что-то скрыть? Да они словно незримой нитью связаны — одного без другого и представить нельзя.

Паж первым заметил Плута, указал на него королеве. Аннабел обернулась, и Плут вторично покачал головой. Ну да, спрячешь любовь! Все равно как факел в ночи прятать. «Это же надо, — насмешливо подумал он, передразнивая дочку ткача, — в такие времена быть счастливыми».

Королева шагнула навстречу Плуту, освещая его улыбкой. Плут почувствовал, как его веснушчатая физиономия расплылась в ответной улыбке.

— Здравствуй, — сказала Аннабел. — Рада тебя видеть.

Плут даже голову набок склонил, заслушавшись. Дивное дело — чтобы голос так звучал. Скрипкам и лютням предпочтешь.

— Добрые вести, ваше величество.

Аннабел кивнула и, сопровождаемая Стрелком и Плутом, поднялась в отведенные ей покои.

Здесь было прохладно, окна выходили на север. Время перевалило за полдень, солнечные лучи едва коснулись широкого резного подоконника. После жара пыльной, пропеченной солнцем дороги Плуту почудилось — угодил в подземелье. Он примостился на подоконнике, подставил спину теплым лучам — и тут же вскочил, опомнившись: не с бродячими актерами расселся запросто — с королевой. Аннабел засмеялась:

— Отдыхай, гонец. Ты, наверное, голоден?

Не дожидаясь ответа, хлопнула в ладоши. Слуга подал кувшин вина, мясо и хлеб. Плута уговаривать не пришлось. Пока он ел, Стрелок расспрашивал о друзьях, оставшихся в доме Оружейника. Плут отвечал — в основном жестами и кивками.

Взмахнул руками в воздухе — показал, как хлопочет Гильда, замешивая тесто.

Затем будто травинку к глазам поднес, внимательно рассмотрел, — Либурне травы собирает.

Соединил руки, словно острие на палку насаживая, — Драйм с Оружейником прилаживают наконечники к стрелам.

Вскочил на ноги, прошелся по комнате, резко обернулся через плечо, застыл — все в доме ходят на цыпочках, к малейшему шороху прислушиваются.

Мрачно кивнул Стрелок, горько вздохнула королева. Они-то в безопасности в замке Дарль. А каково тем, кто остался в городе, под пятой Магистра? Сегодня живы, а завтра? Все разом могут голов лишиться. И не уйти никуда, раненого короля не бросить.

— Артур выздоравливает?

Плут торопливо отодвинул поднос в сторону, вытер ладони и выпалил:

— Он хочет спасти дружину, запертую в Турге.

Легкая улыбка заиграла на губах Аннабел, отразилась в глазах Стрелка: Артуру впору о собственном спасении подумать.

— Да, — промолвила королева, — сразу видно, что ему лучше.

Плут энергично кивнул:

— Когда я уходил, его едва удавалось удерживать в постели соединенными усилиями Либурне, Драйма и… — Тут он поймал предостерегающий взгляд Стрелка и прикусил язык. — И… Думаю, когда вернусь, застану его уже на ногах.

— Расскажи подробнее о замыслах Артура, — попросила королева.

— Можно? — Плут шагнул к столу, на котором стояла открытая чернильница и лежало несколько листов пергамента.

Аннабел жестом даровала разрешение, Плут взял в руку перо и начал рисовать.

— Вот столица, — говорил он, поясняя свои каракули. — Здесь дорога в Тург. На поле, примерно в полумиле от крепости, раскинулось лагерем войско Магистра.

Он говорил, а Стрелок с Аннабел представляли темно-серые, неприступные стены Турга, застывших на страже воинов. Верно, с высоты стен как на ладони открывается дружинникам лагерь Магистра: деревянный частокол, башни, палатки. Ярко горят в ночи огни костров. Ветер доносит запах дыма и хлеба, жареного мяса — головорезы Магистра едят досыта, пьют допьяна.

Стрелку виделись худые, угрюмые лица королевских дружинников. Припасы в крепости на исходе, скоро начнется голод.

— На дороге из Турга в Лун тоже застава, — рассказывал Плут.

— Сколько человек? — перебил Стрелок.

— Около сотни.

— Дорога проходит лесом… — припомнил Стрелок. — Тянется через густой ельник.

— В том-то и дело, — подхватил Плут. — Все лесные тропы не перекрыть, поэтому возле крепости кружат дозоры…

Стрелок еще раз поглядел на рисунок.

— Есть ли какая-нибудь связь с осажденными?

— Жены дружинников пробираются под самые стены крепости, приносят еду. — Плут улыбнулся. — Со стены спускают веревки, привязывают корзины…

— Как же вражеские дозоры? — удивилась Аннабел.

— Дозоры под самые стены крепости не суются, — со знанием дела возразил Плут. — Не ровен час, подстрелят… А потом, женщины ходят ночью, через болото…