Кровь богов - Стелла Так

Я сглотнула.

– А я… я буду тебе помогать, – прошептала я. Его правая рука провела по моему запястью, где были контуры василиска.

– Ты сможешь повторить это с Шейм? Как ты это сделала? Как ты смогла вобрать в себя столько магии?

– Точно не знаю. – Я прикусила губу. – Это просто так произошло. Как инстинкт, который мною управлял. Мне, наверное, надо будет еще потренироваться.

Пиас вяло провел своей рукой по моей.

– Если ты сможешь это повторить, ты будешь невероятно ценна для нас. Боги хоть и стары, но все еще достаточно могущественны: они все еще могут дать нам отпор. Запереть их сложнее, чем поймать руками дым. А убить их и вовсе невозможно. Пройдут еще десятилетия, прежде чем они умрут естественной смертью, а столько времени у нас нет.

Я пробормотала:

– А что, за все это время не нашлось другой возможности? Ты сколько здесь уже сидишь? Лет семьдесят?

Он вздохнул:

– Я всегда думал, что моя душа – ключ к победе. Но, очевидно, ключ к победе – это ты.

– Мы просто запрем родителей? И не будем их убивать?

– Не будем, – подтвердил он.

– Тогда я помогу. Насколько смогу.

Пиас одарил меня такой очаровательной улыбкой, что мне стало нечем дышать. Моя кожа стала светиться в ответ.

– Я всегда буду рядом с тобой. Тебе не придется бороться. Мы поймаем богов, успокоим их. А ты поймаешь их в себя и принесешь в Тартар.

– Ты мне поможешь? – удивленно спросила я.

– Разумеется. И не только я. С тобой рядом будет вся элита богов. Некоторых из них ты уже знаешь.

– А кто я в этой элите? Твоя половинка? Мать богов? Хороший приятель? Кто я?

– Я не знаю, – наконец ответил он. – Твоя магия не вписывается ни в одну из известных позиций. Можешь спросить О. Она сможет подсказать тебе, какое место в этом мире ты должна занять. Или же ты сама его найдешь. Но я не могу дать тебе место матери богов.

Я вдруг окаменела.

– Ты оставишь эту Шейм среди элиты? Она же совершенно сумасшедшая!

Пиас весело прихрюкнул, схватил меня и так повернулся на кровати, что я оказалась прижата к ней его телом. Он поднял мои руки вверх и переплел свои пальцы с моими.

– Мне нравится, когда ты ревнуешь.

– Я не ревную!

– А что же ты делаешь? – Его губы нежно коснулись моих скул и спустились к моему подбородку.

– Я в бешенстве! Потому что моя так называемая вторая половина, или как там, собирается оставить себе другую жену!

– Я не могу отдать тебе это место, потому что ты его не заслужила, – раздраженно прервал меня он. Его губы остановились у моего уха.

– Я… что? – Как я могу сосредоточиться, если он делает со мной такое?

– Место среди элиты нужно заработать. Шейм была самой сильной. Если ты хочешь ее место, ты должна его забрать.

– Это просто безумие!

– Выживают сильнейшие, Ворриор. Хочешь быть рядом со мной? Забери место у нее.

Я стала размышлять. Воспоминание о том, как она накачала меня своим ядом, было все еще достаточно болезненным. Я вздрогнула. Выплевывать Шейм тоже было не очень-то приятно.

– И как мне это сделать? – неуверенно спросила я.

Он пожал плечами, мягко провел вниз по моей спине, и у меня сперло дыхание.

– Все как у волков. Заставь ее сдаться. Покажи богам, кто сильнее. И тогда ты получишь ее место. Как ты это сделаешь – это уже тебе решать.

– Могу ли я нанять Бизара, чтобы он нашел наемного убийцу, который разорвет ее на кусочки?

– Нет.

– Точно?

– Да.

– Даже совсем-совсем маленького наемного убийцу?

Он засмеялся:

– Нет, Ворриор.

– Проклятие. А что, если я заставлю василиска ее сожрать?

– Это возможно.

– Правда?

– Нет.

– Грр, ты совершенно мне не помогаешь!

Его глаза сверкнули.

– Я не должен подавать тебе твою судьбу на блюдечке с золотой каемкой! Нам всем пришлось бороться, чтобы стать теми, кто мы есть. Мы смогли продемонстрировать свои возможности управлять миром. А ты должна бороться за то, чего желаешь. Иначе Шейм останется на своем месте.

– Ты прав, – сказала я. – Мне пора перестать быть такой жалкой плаксой.

– Ты дочь Афродиты, другого от тебя и не ждали.

– Ты урод! Я тебе сейчас покажу дочь Афродиты! – Я решительно попыталась высвободиться из его хватки. Он снова засмеялся и схватил меня сильнее.

– Что? Ты что, собралась мне ногти красить?

– Я тебе сейчас кое-что другое покрашу.

– Это обещание?

– Ой… Сдохни! – Я бросила подушку ему в лицо, и его смех затих.

– Так вот вы где! – Сбитые с толку, мы повернули головы в направлении двери.

Там стояла злющая О.

– Вы хоть представляете себе, насколько сложно было удержать истеричного Чарминга от того, чтобы он прибежал сюда и свернул всем вам шеи после того, что вы сделали в его клубе? Уже во второй раз! У меня болит голова. Этот тип хуже плаксивой девчонки. И он еще постоянно спрашивал о том, где его растение. Вы видели его растение? Оно примерно такого размера и пушистое, – она остановила руку на высоте своих колен.

– Эм-м… вон оно! – Я указала пальцем на Брейва. Богиня, фыркнув, затопала по комнате. Она совершенно проигнорировала факт того, что мы с Пиасом лежали голые в кровати и обнимали друг друга. Она просто взяла на руки бедного Брейва.

– Через пять минут жду вас одетых внизу. Нам пора спасать мир! – крикнула она, громко захлопнув за собой дверь. Мы, сбитые с толку, смотрели ей вслед. И вдруг дверь снова открылась. – Кстати, я рада, что вы вместе. Я уже думала над тем, чтобы подсыпать виагры в амброзию Пиаса, – пропела она и тут же исчезла.

Я захихикала.

– Она еще больше меня нервирует, чем ты, – пробормотал Пиас, за что тут же получил подзатыльник, который добродушно проигнорировал. Он уселся на кровати и провел рукой по волосам. Ему на лоб упало несколько прядей. Я не могла удержаться от того, чтобы восторженно убрать их с его лица. Он схватил мою руку и поцеловал пальцы.

– Так кто мы с тобой? Друг для друга? – нерешительно спросила я.

– Мы – две половины одного целого, – последовал сухой ответ. – Тут уже ничего не изменить. Жребий брошен, и нам придется с этим жить.

Он не говорил о любви. Мой живот сжался. Я посмотрела на него и кивнула. Я тоже не говорила о любви. Пока что не говорила. Но мы могли принять нашу совместную судьбу и превратить ее во что-то прекрасное. В молчаливом согласии мы встали с кровати и принялись одеваться. Вещи были удивительно сохранными. Немного влажными, но меня это не беспокоило, и я просто надела свою маску, завершая наряд.