Ожог от зеркала - Александр Доставалов

– Он и спрашивает: «Девушка, на кого вы гадаете?» – Ярослав хихикнул. – А она в ответ: «Я не гадаю. Я просто отрываю ромашке лепестки».

Никита ухмыльнулся, лица Варвары и Лучника не изменились. Впрочем, воин мог и не понять анекдота.

Ярослав снова попытался поддержать разговор.

– Старший курс, объясните. Почему у нас для связи глиняные птицы используются? Хрупкий ведь материал. Взяли бы кусок металла.

– С глиной проще работать. Ещё от големов пошло. И потом, какая разница... Там на каждой трубке заклятие от удара и оберег от потери.

– Вот именно. Но если я этой трубкой гвоздь начну вколачивать, что будет?

– Разобьёшь.

– Разобью. Вот этого я никогда не понимал. Объясни?

– Оно тебе надо? – Никита не был расположен к разговору.

– Ты, Ярик, просто не забивай соловьём гвозди.

– Нет, вы уж объясните, я разобраться хочу. Или сами не знаете?

Никита вздохнул. Потом задумчиво покрутил кружку пива. Жидкости там было примерно наполовину. Они уже несколько часов сидели в корчме, и любые разговоры становились в тягость.

– Заклятие ориентируется на стержень твоих желаний. Реальных желаний, понимаешь? Если удар будет случайным, его в стержне не окажется, и сработает блокировка. А если ты специально птичкой по гвоздям молотишь... Это осмысленное действие, тут уже что крепче – глина или гвоздь. И если ты выкинешь её в кусты сам, лично, ни писка, ни покалывания уже не будет. Это не будет считаться потерей. И здесь как раз глина, на металл заклятие такого качества не наложить.

– Мне его и на глину не наложить. Хотя принцип я понял.

– В общем, по глине он не просвистится, – не слишком к месту вздохнул Никита, и все сразу поняли, о ком идёт речь.

– Если не хочет, чтобы его засекли, то будет молчать. Сейчас, наверное, весь район слухачи шарят. Хотя в крайнем случае свистнуть может.

– Ладно. Хорошо хоть кухня здесь хорошая.

На столе стояло длинное блюдо с белугой под хреном. Обычная волжская еда, но местный повар действительно расстарался.

За окном сгущались сумерки.

Тарас стоял, приподняв руки так, что вроде он их и поднял, но внешне это напоминало боевую стойку. Лохматый бородач сноровисто осматривал его одежду. Ещё двое держали школяра на прицеле арбалетов. Чуть в стороне переговаривалась целая группа бродяг – человек семь или восемь, среди которых выделялся колоритный среднего сложения главарь с длинными и грязными волосами. Что это главарь, было видно сразу, хотя на единственной лошади сидел другой, более крупный разбойник с прекрасно сделанным кистенём на металлической цепочке. Волосы главаря были заплетены в несколько мелких забавных косичек, но, глядя на него, не хотелось улыбаться. Впрочем, Тарасу сейчас хватило бы и парней с арбалетами.

Вокруг ощутимо пахло смертью. Он устал и слишком поздно почувствовал засаду. Шёл, чуть не засыпая на ходу, надеясь заночевать в ближайшей деревушке. Теперь спать, что называется, перехотелось. В крови бурлил адреналин, но дёргаться уже не стоило. Практически во всех раскладах ему предстояло сгнить в придорожной канаве, забросанному заснеженной листвой.

И очень скоро.

Тарас молча стоял, приподняв руки, и внешне спокойно ожидал своей участи. Большинство бандитов просто не обращали на него внимания. Кто-то уже разложил костерок и примащивал вокруг новые веточки. Заинтересовавшись вещами Тараса, ближе подъехал всадник. Он рассмотрел несколько предметов из сумки школяра, выбрал себе нож с перламутровой ручкой и подъехал ещё ближе.

– Ты... это... – Формулировка мысли давалась всаднику с видимым трудом. – Знахарь, что ли? – Он задумчиво покачал кистенем у самого лица Тараса.

– Свист, оставь парня. Видишь, он из благородных.

Главарь наконец обратил своё внимание на пленника и отвел от школяра шипастый, набрякший смертью шар. По издёвке чувствовалось, что это ненадолго.

– Кто таков будешь? И не вздумай врать, малец.

– Зовут Тарасом. А теперь ты своё имя скажи.

– Поварнякай мне, купчина недоделанный. Буду я кажной сопле своё имя называть. Говори, кто будешь, пока мне интересно.

В голове школяра лихорадочно крутились мысли. Врать не хотелось – слишком пронзительны были глаза главаря шайки. Если он знает хотя бы что-то из основ, то соврать и не получится, а правду говорить... С правдой-то голову проломят, кому нужен нищий беглый школяр? Или страже сдадут, получат ногтей премиальных... Как там бакалавр психологии советовал насчет перехвата... Тарас решился.

– Мы с тобой не враги. Лучше мне помоги. А убить меня ещё успеешь. Если захочешь и если сумеешь.

– Чего это ты складно заговорил? – подозрительно спросил главарь и провёл пятернёй по косичкам. – Может, ты проповедь начнешь читать или вызывать меня на честный поединок?

– Ты мне нужен, лихой человек. Вы мне все нужны, и встретился я с вами не случайно. А нужен ли вам я, это тебе решать. Но только пойми, что не просто так я гулял по лесу ночью.

– Ага. – Главарь задумался. – Со смыслом, выходит, гулял. Специально нас искал.

– Вроде того.

– Слыхал я, конечно, про такие штуки. Но уж больно вид у тебя неказистый. По виду ты, господинчик, обычный купеческий олух. За которого папа выдаст нам мешочек лакированных ногтей. Хотя болтаешь бойко.

– Может, и так. Я таиться не собираюсь, сам все расскажу. А зарезать успеете. Только назовись, чтобы мог я с тобой говорить как мужчина с мужчиной. И желательно с глазу на глаз, – добавил школяр, внутри у которого всё дрожало, но голос оставался уверенным.