Верните меня домой - Екатерина Радион

После личной комнаты в частном домике под Новосибирском общежитие навевало тоску. Длинное узкое помещение с двумя кроватями по стенам и двумя столами у окна, у противоположной стены маленький шкаф. На этом место в комнате в понимании Маргариты заканчивалось.

На одной из кроватей, застеленной черным покрывалом, лежала девица с боевым раскрасом панды. Она недовольно оторвалась от книги с пентаграммой на обложке, смерила Маргариту оценивающим взглядом, демонстративно зевнула.

– Правый стол мой, – вместо приветствия сказала девушка, возвращаясь к чтению.

– Эм… привет? – неловко поздоровалась Маргарита, опешившая от такого приветствия.

– Ага. И тебе не хворать, как-тебя-там. Можешь не представляться. Все равно у тебя наверняка самое обыденное имя, и таких, как ты, тут еще несколько десятков. Поэтому жди, пока Кир даст тебе прозвище. Там и познакомимся.

«Да кто этот Кир такой, что его слово значит больше, чем запись в паспорте?!» – возмущенно подумала Маргарита, заходя в комнату и осматриваясь.

– Вообще-то, у меня не такое уж и популярное имя. Я Маргарита.

Девушка, лежащая на кровати, скривилась.

– Маргарита у нас уже есть. Так что, не дури мне голову. Я читаю очень важную книгу.

Маргарита скосила глаз на обложку. «Эзотерическое развитие для чайников». Марго хмыкнула про себя, поставив на соседку клеймо идиотки. Ведь это так глупо – верить во все паранормальное! Сила в науке!

А потом ей вспомнились домовые, поездовой, кикимора, дракон в небе… и голова закружилась. Маргарита зажмурилась, чтобы не упасть. Штормить перестало, и девушка вернулась к разглядыванию комнаты и соседки.

«Ничего… и не в таких условиях люди выживали, – утешала себя Маргарита, – зато самостоятельная и не врач. Ты ведь за это боролась? Вот получи и распишись! Так бы, конечно, родители тебе нашли жилье получше. Но ты сама решила пойти против их воли и поступить на историка. Вот разгребай последствия теперь».

Оставив чемодан у кровати, Марго подошла к окну и выглянула на улицу. Впереди виднелось зеленое поле и гаражи. Не вдохновляющая картина.

– Ты чего это у моего стола делаешь?! – недовольно спросила соседка, вскакивая с постели.

Маргарита удивленно повернулась.

– Я у окна стою. Оно общее, не находишь?

Девица недовольно фыркнула:

– Только попробуй что-нибудь из моих вещей тронуть. Руки оторву!

– Слушай… у тебя, наверное, прозвище «Панда-террорист»? – хихикнула в кулачок Маргарита, рассматривая соседку.

– А у тебя явно будет прозвище «Неудачница»! Ах да, ты же Неудачница, это прозвище уже занято! – соседка довольно засмеялась шутке, периодически похрюкивая.

– А Кир меняет прозвища? – спросила Марго, демонстративно кладя ладонь на столешницу чужого стола.

Ей нравилось наблюдать за тем, как от злости у девушки чуть расширяются зрачки. «Хороший все-таки гормон адреналин, подсказывает, что чувствует человек. Ну, по крайней мере, иногда подсказывает», – с улыбкой подумала Маргарита, пиная указательным пальцем карандаш.

– Нет, не меняет. Так что, я бы на твоем месте была осторожнее, соплячка. Ты ведь первокурсница, я бы твою мерзкую морду запомнила, если бы учились вместе год! А то увидит Кир, прозовет Плешивой из-за того, что я тебе патлы повыдергиваю…

– Прости, не хочу огорчать, – протянула Маргарита, демонстративно зевая, – но у меня уже есть прозвище. А раз Кир их не меняет, то хоть побрей меня налысо, ничего не изменится. Так что, не советую мне портить жизнь. Сама понимаешь…

Маргарита выдержала многозначительную паузу и улыбнулась, постукивая кончиками пальцев по чужому столу. Ей нравилось нервировать соседку, было в этом что-то притягательное. Как конфетку вкусную съесть.

– Думаешь, раз с ним дружбу водишь, то блатная такая?!

– Ну, ты сама только что сказала, что дружить с Киром большая честь. Так что да, теперь думаю, – Марго уселась на подоконник, подтянула к себе одно колено, положила на него подбородок и продолжила смотреть прямо в глаза соседке.