Игры чародея - Дмитрий Браславский

— Отличная работа, центурион. — Он широко улыбнулся, продемонстрировав ослепительно белые зубы, которые, казалось, без труда размололи бы и панцирь черепахи.

Бергорн склонил голову и в тот же момент почувствовал приятную тяжесть в правом кармане. Как пить дать, не меньше полусотни талеров. Неплохо за один-то день.

— Ладно, парень, отдыхай. — Сам того не ведая, чародей слово в слово повторил фразу, сказанную Бергорном около часа назад. Или маг подслушивал?..

Оставшись в одиночестве, Имарн еще раз перечитал письмо. Пожалуй, на сей раз обойдемся без герцога.

Взяв перо, он развернул перед собой чистый лист пергамента:

Владетельному барону, полномочному послу нашему Саену тай Эссешелю — привет!

Любезный друг Наш. Твои мысли и наблюдения, как всегда, бесценны для Нас и для блага герцогства Нашего. Союз с Хатронгом представляется Нам куда более выгодным, нежели попытка завоевать благосклонность Вождя. Как бы ни были сильны Всадники, сомневаюсь, чтобы они рискнули бросить Нам вызов.

И все же передай Фейранду: Мы обдумаем его предложение. Но сам знай, что впредь Наши действия будут направлены на обеспечение внезапной смены правителей Всадников, как ты и советуешь в своем послании.

Ведаем, сколь нелегко тебе который месяц находиться среди этих варваров, но такова уж судьба лучшего дипломата герцогства Нашего, коим Мы тебя всегда почитали и продолжаем почитать.

Прими же благодарность Нашу и заверения, что труды твои будут оценены по достоинству.

Таретт, герцог Тайленский

Имарн присыпал текст мелким песком, осторожно сдул его и провел ладонью над пергаментом:

— Aretunk leste quentir Taylennir!

Начертание букв изменилось. Весьма редкое заклятие — но теперь и сам герцог мог бы поручиться, что письмо написано его рукой. Принесенная центурионом печать барона Эссешеля легла в специальный ящичек. А извлеченная из него личная печать герцога Таретта — подвешена к свитку.

Вызвав слугу, маг велел ему завтра утром переодеться в цвета герцога и вручить послание гонцу.

Вроде бы всё. Хотя нет: нелишне было бы известить Круг, что, если Фейранд поторопится, Тайлен может оказаться легкой добычей. И следующей целью после Хатронга.

До Севера руки у них дойдут не скоро. А к тому времени Нетерта уже обретет полную силу…

* * *

— Как они выглядели?

Что-то в голосе Хельга подсказало хозяину, что ему лучше поднапрячь свою память.

— Э… Трое… — начал он.

— Вижу, — оборвал его страж. — Люди?

— Ну, не… — взглянув на Торрера, хозяин вздохнул и покорно подтвердил: — Люди.

— Какие люди? — нажал на него Хельг. — Бедные? Богатые? Воины?

— У меня впервые. Ничего примечательного — на наемников похожи, но не при оружии. Денежки у них водились, не нищие.

— Еще! — рявкнул страж.

Хозяин энергично затряс головой:

— Н-не помню…

— А… — Хельг махнул рукой. — Народу и впрямь сегодня…

— Вы уверены, что он не придуривается? — тихонько спросил Торрер, пока они возвращались на свое место.

Мист заметила, что эльф успел уже прихватить с лавки оба меча и теперь они воинственно торчали у него из-за плеч.

— Мы все равно ничего не докажем, — резонно заметил айн Лейн.

— А если разнести его гостиницу по бревнышку? — Трудно было не заметить, что эта мысль представлялась эльфу весьма соблазнительной.

— То нам негде будет ночевать, — попытался остудить его пыл Мэтт.

— Отчего же, — тут же возразил Макобер. — Подозреваю, что ночевать тогда мы будем в подвалах городской стражи.

— Тупик, — подытожил гном, устраиваясь на лавке. — Ну что ж, господа айн Лейн и Моргиль, присоединяйтесь. Хм, не могу сказать «к нашей трапезе», это прозвучало бы несколько двусмысленно…

— Да чего уж там! — махнул рукой Макобер. — Теперь, когда у нас есть такой замечательный знаток ядов, неужели мы не рискнем хотя бы доесть дичь?!

«Да уж, „замечательный“, — подумала Мист. — Наверняка он уверен, что такая старая карга, как я, вовсю варила отраву, когда его самого еще в колыбели качали».

— Не рискнем, — оборвал Макобера гном. — Мы не рискнем. И думаю, еще долго не рискнем.

— Я бы тоже до утра подождал, — хмыкнул Торрер. — Молитвы Бэх, конечно, великая штука, но хотелось бы знать наверняка.

— Да что вы как на похоронах, — расстроился Макобер. — Не помогут молитвы, завтра и будем печалиться. Сегодня-то к чему вечер портить!

Гном подарил ему «благодарный» взгляд.

Несмотря на все усилия Макобера, разговор не клеился. Хельг и Хагни деликатно помалкивали; Мист что-то настукивала клюкой по полу; Бэх задумчиво хмурилась; Торрер был на удивление тих, а Мэтт то и дело прислушивался к своему желудку.

— Ладно, — в конце концов не выдержал Макобер, — первый раз вижу столько зануд в одном месте. Давайте уж, что ли, спать ложиться.

— Я тогда завтра утром подойду? — с облегчением поднялся из-за стола Хельг. — Надеюсь, сегодня ночью моя помощь не понадобится. Кто бы на вас ни покушался, он, должно быть, уверен, что можно особенно не волноваться.

— Ему-то да, — не удержался гном.

— С вашего позволения я тоже откланяюсь, — присоединился к стражу Хагни. — Или мне лучше остаться?

— Да иди, иди, чего уж там, — пробурчал Мэтт. — Завтра будем думать, что делать. На свежую голову.

Мист проводила странную пару взглядом. Что-то в них было не так. Вроде как оба от герцога, но доверия между этими двумя людьми не чувствовалось. Скорее наоборот.

— Что ж. — Она поднялась на ноги. — Пожалуй, и мне пора.

— Вас проводить? — галантно предложил Макобер. — И спасибо за помощь.

— Пустяки, — отмахнулась чародейка. — Спасибо за ужин. Не трудитесь — я сама. Да и провожать некуда — я еще нигде не остановилась.

Бэх с Мэттом перемигнулись за ее спиной.

— Тогда я бы порекомендовал «Верный дельфин», — важно проговорил гном, будто это была одна из его гостиниц. — К тому же мы будем только рады снять здесь для вас комнату…

Чародейка вздернула подбородок.

— Вы неправильно его поняли, — тут же вмешалась Бэх. — Ну, не можем же мы, в самом деле, просто так отпустить вас на ночь глядя! Вы спасли нам жизнь…

— Любая уважающая себя чародейка способна о себе позаботиться! — отчеканила старушка.

— Конечно, конечно, — согласилась Бэх, думая о чем-то своем. — Так вы не возражаете? Вот и отлично!

Не давая Мист возможности поспорить (впрочем, едва ли та всерьез собиралась отстаивать свое право ночевать на улице), девушка подвела чародейку к хозяину гостиницы и договорилась, что той достанется комната по соседству с ее собственной.