И придет волчица… - Ирина Шевченко

А в выходной приведу сюда ребят. Можно будет устроить пикник. Пообщаемся нормально. Попробуем, по крайней мере.

Море, жаренное на костре мясо, сухое красное вино и веселая компания. Тебе бы понравилось, Ил…

К этому разговору я готовилась несколько дней. Мысленно строила нужные фразы. Тренировалась произносить их перед зеркалом. Чтобы голос не дрогнул. Чтобы слезы не брызнули из глаз.

– Я хотела поговорить с вами, наставник.

– Слушаю тебя, Галла.

– Во-первых, хочу поблагодарить вас за все. За вашу тактичность. За то, что все эти дни избегали болезненных для меня тем. Но сейчас, когда прошло уже столько времени, я бы хотела узнать, что случилось в посольстве.

В отличие от меня Медведь не был готов к этой беседе.

– Я уже говорил тебе, что мы сами не знаем, как магистру Феасту удалось обойти столбы, – начал он. – Магистр Салзар еще разбирается с этим вопросом.

– Расскажите, что было после столбов. Я знаю, что есть какая-то запись…

– Да. Там… Нам не удалось сделать качественную съемку. Пришлось задействовать почти всех магов и обратиться к памяти стихий, но образы получились нечеткими. Виден момент проникновения мага и его сообщников в здание. Видно, как они разошлись в разные стороны. Потом… Потом встреча… погибшего сидэ и магистра Феаста. Не могу с уверенностью сказать, что сделал эльф, но вскоре после того, как они сошлись, взорвалась первая бомба и один из людей погиб. После – алая вспышка – была пролита кровь. По-видимому, сидэ удалось использовать свой дар, вызвать мечи и ранить колдуна. Тот был какое-то время жив, но потом его искра растаяла в огне. А потом…

Потом огонь поглотил и другую искру…

Наставник с трудом подбирал слова, избегая лишних описаний и ни разу не назвав Иоллара по имени. Наверное, он считал, что мне больно будет слышать его. А мне было больно и обидно, что моего любимого называют просто эльфом или сидэ, словно стирая из истории и его имя, и его роль во всем случившемся. А если точнее – во всем не случившемся.

– Вероятно, Феаст собирался подложить в Посольский дом несколько бомб и активировать, когда принц Кэллиан вернется с приема. Сама понимаешь, к каким последствиям это могло привести.

– Понимаю, – выговорила я, впиваясь ногтями в ладонь, чтобы не сорваться на постыдный плач. – Смерть своего посланника Аэрталь вряд ли простила бы. В отличие от… какого-то эльфа. Представляю, как вздрогнул Азгар, когда его величество и высокое дворянство в полном составе облегченно вздохнули.

– Не нужно так, Галла.

– А разве я неправа, наставник? Разве все, включая нашего доброго герцога, не порадовались такому удачному повороту событий? Разве занятые в поимке Феаста маги и дознаватели не остались довольны, узнав, что не нужно бегать за неуловимым колдуном по всему Каэтару, так как этот самый безвестный эльф успел перед смертью выполнить еще и их работу и убил злобную тварь? Интересно, что они написали в своих отчетах?

– Правду, – глухо прервал он мою гневную речь. – Во всех рапортах написана только правда, и приложен кристалл с записью с места событий.

– Мне… Мне можно будет ее посмотреть?

Я ожидала, что он откажет, но Медведь вдруг согласился.

– Но она у меня в другом месте. Завтра… Нет, завтра церемония, и у меня много дел, извини. Придешь с утра, и мы вместе посмотрим.

Удивительно, но после этого недолгого, но трудного для меня разговора я нашла в себе силы продолжать занятия. Я теперь должна быть сильной, солнце мое.

Копия сделанной на месте пожара записи была у Марко здесь, в кабинете. Но он не хотел, чтобы Галла ее увидела. Девушка еще не отошла от потрясений, и отпечатавшиеся в кристалле события стали бы для нее новым ударом.

Медведь помнил, какой шок испытал сам, впервые просматривая стоившую немалых трудов съемку. Ужас пробирал от одной мысли, каково это – сгорать заживо в течение долгих тринадцати минут, ровно столько понадобилось искорке-ауре, чтобы исчезнуть полностью. Эльфа не убила боль, он не задохнулся в дыму, и любой из волшебников, просматривавших в этот день запись, мог поклясться, что сидэ Иоллар был еще в сознании, когда плоть его должна была обуглиться уже до костей… Избавьте боги от подобной смерти!

Старший наставник вынул из сейфа деревянную шкатулку, открыл крышку и вложил извлеченный из тайника кристалл в руку стоявшей перед ним женщины:

– Ты знаешь, что делать, Лона.

Чародейка склонила голову в знак согласия и растворилась в серебристой дымке, оставив по себе сладковатый запах духов…

Галла

Вытащить друзей на пляж оказалось не такой уж плохой идеей. И повод был – окончание первого учебного года. В четверик в школе прошла торжественная церемония: выпускникам вручали перстни и лицензии, а в весел мы с ребятами, встретившись у портала и нагрузив на Яшку сумки, топали на побережье.

Ненадолго заглянули к нам. Во дворе сидела с книгой Мариза. Пользуясь случаем, я познакомила ее с однокашниками. Новоиспеченная тэсс Эн-Ферро крутанула на пальчике колечко-переводчик, и я со стороны оценила работу созданного Хранителями артефакта: никакого акцента, ни малейших признаков магии. Пойманный за шкирку Лайс-младший безо всяких амулетов вполне сносно выговорил: «Добрый день» на каэрро.

– А здесь хорошо! – оценила пляж Алатти.

– А то! Под деревом дрова для костра, мы с Ласси с вечера привезли, а между стволами можно гамак повесить.

– Гамак мне! – нагло заявил Най.

– А еще можно тент натянуть.

Доктор Гиалло настоятельно рекомендовала не перегреваться и долго не загорать. Кстати, забыла поинтересоваться у Лайса, как здесь (то есть в каком виде) принято загорать и купаться, и принято ли.

Принято: Ферт уже стянул рубашку и сапоги и расстегивал широкий кожаный пояс…

– Ридо, ты с ума съехал?! – накинулась на него Милара.

Не принято.

– А что? Мы сюда пришли, чтобы в одежде париться? У нас на Саатаре, на водопадах Ал-Кари, вообще голышом купаются. Но ты не бойся, до такой степени я тебя пугать не стану. Бельишко оставлю.

Ясно: на Саатаре можно, на Каэтаре нельзя.

– Ой, чем ты там можешь напугать, Ферт? – усмехнулся Найар Кантэ, по примеру друга избавляясь от одежды.

Мила покраснела и резко прониклась любовью к морским пейзажам, залюбовавшись чем-то у самого горизонта. Алатти, напротив, с интересом разглядывала обнажающихся парней. Риса как ни в чем не бывало продолжала расстилать на облюбованном пятачке принесенные из дому покрывала. А Вришка…

– Красота-то какая! – Тэсс Тини Ал-Ази, графиня Каронга, забросила на ветку голубенькое платьице и вприпрыжку помчалась к воде.

Милара из нежно-розовой превратилась в насыщенно-свекольную. Алатти хмыкнула и принялась расшнуровывать корсаж. А Фертран как раз расправился с тугой пряжкой, и ничем не поддерживаемые штаны упали на песок, пока полуэльф ошалело глядел на целительницу, энергичным кролем удаляющуюся от берега.