Целительница будущего короля - Любовь Свадьбина

Поддаться сейчас эмоциям было бы верхом глупости, ведь от Кайдена зависела не только его жизнь, но и жизнь брата, жизнь Эйны.

Он покосился на неё. Её испуганное личико, расширенные глаза, в которых таилась захватывающая дух бездна…

Кайден вдохнул и выдохнул, восстанавливая душевное равновесие.

– Эй! – крикнул Ликос уезжающему Змеемордому. – Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! Я принесу дедушке голову Кайдена, стану герцогом, и тогда тебе придётся мне кланяться! Придётся вставать передо мной на колени!

«Вспыльчивый дурак, не волк, а глупый волчонок, – подумал Кайден. – Змеемордый этого не простит».

Змеемордый, не оборачиваясь, только рукой помахал. Он не выглядел злым, скорее усталым, как матёрый пёс, лениво наблюдающий за суетой молодняка. Или как змей в засаде.

***

Я тихо выдохнула: уродливый воин в шлеме с золотой отделкой уезжал по оставленной другими вепрями просеке, а более молодой воин Ликос в шлеме-волке остался на поляне, разглядывая взрытую землю. Хотя что он там мог увидеть?

Его пёс, который якобы выследил Кайдена, смотрел в другую сторону от нас.

Несколько раз Ликос поглядывал вслед удалявшемуся воину, и мне казалось, он не выдержит, вскинет арбалет и выстрелит.

Но Ликос не стрелял. Он будто чего-то ждал.

Затем перехватил поводья вепря и потянул его в нашу сторону, разворачивая.

Рывок огромного зверя был неожиданно молниеносным для такой туши, я просто вдруг увидела перед собой летящие от сбитых деревьев щепки, бивни, а за ними – алые глаза вепря.

И тут же сильная рука повалила меня на землю, Кайден прикрыл меня собой, а гигантский закованный в броню вепрь пролетел над нами и снёс одного из коней. Меня обожгло целительской магией. Но конь умер мгновенно, а второй так и стоял, парализованный моей силой.

Вепрь врезался в деревья, снося их, ломая и рыча. Пока тварь вставала, Кайден подскочил и поднял меня с земли, толкнул к соседним деревьям, не сводя взгляда с Ликоса.

– Что? – зло спросил тот, покачиваясь на поднимающемся с земли вепре. – Думал, я не почувствую твоё воздействие на моего пса? Не забывай, я тоже Канис!

Опять разговоры о герцогстве, а Канисов после войны вроде только двое осталось, и второму было десять или одиннадцать лет.

– Лишь в твоих влажных мечтах, хрюшка, – отозвался Кайден.

Хрюшками презрительно называли апрумцев за вепря на гербе.

Ликос выпятил подбородок и мазнул по мне взглядом:

– Ничего, скоро мои мечты станут явью, и я отмечу это с твоей подружкой. Уверен, я понравлюсь ей больше, чем ты, а потом она развлечёт мой отряд хрюшек.

Он осклабился и подмигнул мне через прорезь шлема. Его взгляд был до тошноты похотливым, я скрылась за тополем и прижалась к коре.

Кайден обнажил меч. Он казался уверенным и спокойным, хотя я не представляла, что можно сделать против воина на вепре, а у Ликоса ещё и броня налилась красным, показывая, что он – боевой маг.

Пёс набросился на него со спины, вгрызся в загривок, ломая зубы о металлический ворот. Ликос дёрнул поводья, пытаясь направить вепря на Кайдена, но возникший перед ним золотой магический щит вышиб его из седла. Ликос покатился по траве, кромсая обезумевшего пса, крича ругательства, а Кайден золотой молнией метнулся к ревущему вепрю.

Поднырнул под страшными бивнями, выпрямился и вбил клинок точно в висок между глазом и ухом. Отскочил от пошатнувшегося зверя. Огромный пятачок проборонил траву, вепрь дёрнулся и со скрежетом доспехов рухнул наземь.

– Сука-сука-сука! – орал Ликос, наливаясь алым светом.

Сияние магии смешивалось с красной кровью на его груди, руках, кинжале. Он выхватил меч и ринулся на Кайдена. Тот отскочил, выставляя перед собой светящийся золотом кинжал. Меч Кайдена торчал в голове вепря по рукоять, вытащить его оттуда будет непросто.

– Убью! – Ликос ринулся на Кайдена, меж их клинков брызнули искры. – Убью, тварь, вытащу кости твоей матери и буду топтать вепрями, а потом скормлю свиньям! Сотру её имя из всех книг! Твоё имя! Кунмаэля! Вас не должно быть!

Кайден сосредоточенно отшагивал, уходя от алого лезвия или отталкивая его золотистым кинжалом. Ликос рычал и рубил всё быстрее, Кайден словно танцевал. Но его ослабляла рахра. Покалывание пальцев напоминало мне, что сейчас Кайден не в лучшей форме, а я только цеплялась за дерево, не в силах вдохнуть от страха.

Они так шумели, что могли привлечь воинов на вепрях, кинжал Кайдена слишком короток, чтобы добраться до Ликоса с его длинным мечом.

Гарда напитанного магией кинжала выдержала резкий удар меча, давление зарычавшего Ликоса:

– Вас не должно было быть!

Кайден отскочил, тяжело дыша и обливаясь потом.

– Это тебя с братцем не должно было быть, ублюдок! – отступил Кайден и, запнувшись, упал на колено.

Я вздрогнула. Вроде просто слово и обращено сейчас не ко мне, но оно жалило. Ликоса тоже: он с диким криком ринулся в бой:

– Заткнись!

Кайден швырнул ему в лицо траву и землю. Ликос прикрылся локтем и не заметил образовавшегося под ним золотого щита. Тот ударил под мышку, отвлекая от нырнувшего вперёд Кайдена, меч Ликоса просвистел у него над головой, и Кайден вбил золотой кинжал в щель между пластинами по внутренней стороне бедра Ликоса.

Кайден отскочил быстро, но даже за те несколько секунд крови натекла целая лужа. Точный удар в артерию. Нога Ликоса подкосилась.

Пальцы закололо сильнее, целительская магия охватывала мои руки, приказывая лечить, скорее лечить.

Ликос попытался идти за Кайденом, но не смог, завыл по-звериному. Ругался, кричал:

– Я убью тебя, убью!

С каменным выражением лица Кайден убрал кинжал в сапог, подошёл к коню и поднял с земли седельную сумку с алхимией. Я и не заметила, как её выронила.

Закрепив сумку на седле, Кайден дёрнул коня под уздцы и посмотрел на меня. Я отозвала магию, и конь сразу задрожал, закосил безумным взглядом на ползущего по земле Ликоса и труп вепря.

Проходя мимо вепря, Кайден вырвал меч из его головы и, обтерев лезвие о попону, вбросил в ножны. Запрыгнул в седло и направил коня ко мне. Руку он в этот раз не протягивал, одним махом подхватил меня и усадил перед собой.

А затем обнял крепко-крепко, уткнулся носом в волосы, вздохнул. И припустил коня.

Сквозь топот копыт прорывался вой Ликоса и, кажется, треск и грохот от бегущих вепрей. Но мы уносились прочь, и золотая магия раздвигала перед нами кусты и деревья.

Кайден держал меня очень крепко.

***

Накатившая слабость заставила Ликоса забыть об уносящемся прочь Кайдене. С алой горячей жидкостью вытекала сама жизнь, и, плюнув на мечты и на гордость, Ликос пополз в ту сторону, куда ушёл возглавляемый проклятым Змеемордым отряд.