Серебряный берег - Мария Морозова

А на следующий день с самого утра начали подготовку к ужину. И вроде прием предполагался всего на три персоны, но возни хватало. Отварить язык, отогнать крутящегося под ногами Жулика, замочить сухие грибы для зраз, дать мяса Жулику, нарезать ингредиенты для салата и окрошки, запереть Жулика… Потом я кинулась делать уборку в небольшой столовой, потом мне показалось, что на столе будут очень мило смотреться свежие садовые цветы и меня понесло в сад…

— Эй, подруга, — Ленка поймала меня с букетом на входе в дом. — Не нервничай. Ты на первое свидание так не собиралась, как сейчас суетишься.

— Да, — вздохнула я. — Что-то я волнуюсь.

— Относись к этому проще. Да, симпатичный мужик, но, если эта ваша встреча станет последней, небо на голову не рухнет и жизнь не закончится. Может вы вообще друг другу не подходите.

— Согласна.

Это было странно. Хоть мы действительно были знакомы всего ничего, внутри зрело какое-то непонятное предвкушение от встречи, как будто я и правда влюбилась с первого взгляда. Разум твердил, что это глупо, но сердце взволнованно замирало, стоило на улице послышаться шуму машины.

— Так, — Ленка решительно отобрала букет. — Возьми себя в руки и иди наряжайся. А я пока накрою на стол. И не смей паниковать.

Я безропотно пошла наверх. Надо что-то с этим делать, иначе весь вечер просижу, запинаясь и краснея.

Аутотренинг помог и через полчаса я спускалась в гостиную спокойной и уверенной в себе женщиной.

Месье Риссар с двумя букетами в руках появился у нашего порога ровно в шесть. Вручив Ленке чайные розы, а мне — розовые, он отвесил нам пару простых, но очень приятных комплиментов и вежливо поинтересовался, где можно помыть руки.

— Мы обещали вам вечер русской кухни, — улыбнулась я, усаживаясь за стол. — Поэтому здесь те блюда, которые мы едим дома.

— О, это должно быть, знаменитый русский холодный суп, — воодушевился Бриан, когда подруга поставила перед ним тарелку с окрошкой.

На улице сегодня было жарко, поэтому я надеялась, что это блюдо зайдет на ура. Так и оказалось. Мужчина быстро съел свою порцию, а потом даже переписал рецепт у Ленки, завив, что повар Луи будет рад разнообразить их летнее меню этим супом.

Вообще француз оказался совсем не привередливым. Под неторопливую беседу о Москве и о России в целом он слопал и пельмени, и салат, и зразы. И после каждого блюда не забывал похвалить наши с подругой кулинарные таланты, несмотря на то, что до уровня его повара мы точно не дотягивали.

— А еще Мари умеет печь настоящие русские пироги, — хитро кося на меня глазом, пела Ленка. — Если вы как-нибудь заглянете к нам в гости еще раз, она обязательно испечет их для вас.

— Мари не умеет печь пироги, — тихо прошипела я, когда мы понесли посуду на кухню, чтобы освободить место под десерт. — Это ее бабушка умеет.

— Значит Мари позвонит в Москву и возьмет рецепт, — непреклонно ответила подруга. — Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок.

— У него свой повар есть, какой путь через желудок?

— И тем не менее, — мои слова ее не убедили. — Все, иди развлекай гостя, я тут сама справлюсь.

— Может быть вам нужна моя помощь? — спросил тот, когда я вернулась в столовую.

— О, нет, Элен справится, — улыбнулась я.

— Я рад, что вы пригласили меня в гости. Чудесный вечер и еда выше всяких похвал.

— Вообще сегодняшнему ужину далеко до настоящего русского застолья.

— Наслышан, — хмыкнул мужчина. — Одного моего знакомого в Сибири накормили так, что он еле встал из-за стола. Все же широта русской души не знает границ.

— Бабушка моего мужа говорит точно так же, — сказала Ленка, ставя на стол блюдо с яблоками. — Поэтому от нас вы голодным никак не можете уйти.

Некоторое время мы молчали, отдавая должное яблокам и прохладному ягодному морсу, а потом Ленка хитро покосилась на меня и предвкушающе улыбнулась: