Невеста брата - Алиса Нокс

У нас контракты по всему миру, серьёзные клиенты, даже Владу придётся напрячься, чтобы не растерять дорогих супругов, хотя они всего-то делят имущество в процессе развода. Что и говорить, обо мне. Нереально работать на два фронта, либо обслуживаешь честных людей и платишь налоги, либо ложишься под криминал.

- Но если твой папочка работает на Веру, что же её прихвостням нужно? Почему они напали на меня? О чём то сообщение?

Влад не сразу реагирует.

Тишина не кажется уютной, а часы, упорно отсчитывающие секунды, начинают действовать мне на нервы.

- Вера перешла дорогу Медведю, и мы вместе с ней.

- Блядь, Влад.

Я бью кулаком по обивке дивана от раздражения.

Медведь - это, пожалуй, худшее, что могло случиться с «Айде», если я ничего не путаю, именно с ним связано больше всего рейдерских захватов и исчезновений без вести в Москве. Он ведёт дела под крышей видных политиков, обладает огромными деньгами и держит под крылом штук двести небольших предпринимателей.

И да, прозвище у него тоже неслучайное. Помнится, именно Вера меня и просвещала пару лет тому назад:

- Медведь? Он хищник, от него не спастись, - сказала она и тут же презрительно фыркнула, увидев мой смех. - Мальчик, ты совсем юный, не понимаешь, что страшнее людей существ нет?

Я вздыхаю.

Скандалить что-то не хочется.

Мне даже жаль Влада, ведь он - жертва обстоятельств побольше, чем я, и другие юристы «Айде».

Он втянут в криминальные разборки и из-за своего статуса - сына, родственника - и может пострадать.

Я жестом велю Владу пододвинуться, он садится рядом. Руку привычно опускаю ему на бедро, сжимаю ткань брюк.

- Как именно мы пересеклись с Медведем?

- Без понятия, у меня нет доступа к документам, больше. Всё, что я слышал, это один разговор с Верой. И нападение на тебя. Вера так дела не ведёт, она. - Влад подбирает слово, - изящнее.

- Твой отец знает, что меня избили?

- Да, он. - замолкает Влад и я вижу, как он возмущён, - руки в стороны развёл и всё. Чёрт, я не знаю, что.

- Ты не виноват. Это он, я хочу с ним поговорить, - яростно добавляю я и встаю с дивана.

Точнее, пытаюсь встать, словно до Александра Сергеевича два шага пройти, но Влад опускает мне руку на грудь, усаживает назад. Сдерживает, весь его вид говорит: не делай глупостей.

- Тише, ковбой, давай с разборками подождём? Отец сейчас даже не в городе, и едва ли он тебе скажет больше.

Я отворачиваюсь.

До поры до времени получается игнорировать его руку, медленно ползущую по животу, накрывающую пах.

- Влад, мне херово от всей этой ситуации, я не хочу, блядь, трахаться с тобой.

- Точно?

- Точно-точно? - кривляюсь я, хватаю его за пиджак и впиваюсь в рот грубым поцелуем.

На его губах ощущаются градусы, но Каберне Совиньон звучит иначе, привлекательнее, острее. Он мгновенно отзывается, хватает меня за руки и кладёт на диван. Дышит быстро, суетится, я с готовностью опускаю ладони ему на ягодицы и прижимаю к своим бёдрам.

Чтобы между нами ничего не осталось, чтобы я чувствовал его всем телом.

- Почему ты не сказал о Медведе раньше, по телефону? - спрашиваю я, Влад отстраняется, чтобы снять пиджак.

Он расстегнул все пуговицы на моей рубашке. И только упрямство мешает мне отдаться ему прямо сейчас.

- По телефону было бы. Странно в таком признаваться. Я не хотел тебя отвлекать, да и что бы ты сделал?

- Не знаю, - задумчиво произношу я. И добавляю сам себе: я и сейчас не знаю, что делать. - Поцелуй меня.