Чудо для чудовища - Кейт Ринка

— Нет, я, конечно, все понимаю, что ему сейчас тяжело и все такое. Но поведение… Он только на вторые сутки решил узнать, как меня зовут. И знаешь, что еще спросил?

— Что?

— Про мою девственность. Это вообще нормально?

Лиза молча уставилась на меня. Похоже, даже у нее пропал дар речи.

— И эту фигню свою он курит, похоже, постоянно, и днем и ночью. А потом начинаются видения, просыпается нездоровый аппетит и вообще… он до сих пор не может выбрать имя своему ребенку. Вот что здесь сложного, если они уже почти определились?

— Дай ему еще время.

— Нет, знаешь, что самое печальное… такой папаша не лучшая компания для маленького ребенка. За это лишают родительских прав. Это ему нужно?

— Глеб говорит, что последние четыре года он не курил. Да и вообще до этого тоже сильно не увлекался, только по молодости.

— Так а сейчас что с этим делать? Я не смогу остаться здесь жить. А любая другая няня — да она сразу вызовет полицию. Он хоть понимает, насколько все серьезно? Глеб может с ним поговорить и все разъяснить?

— Я попробую с ним поговорить. С Глебом, то есть.

— Спасибо, Лиз, потому что я вообще в ужасе. Я хочу помочь, но мне начинается казаться, что лучшая помощь для них двоих — это забрать у него девочку и найти для нее хорошую семью…

Я едва закончила говорить, как уже по взгляду девушки поняла, что мы не одни. Достаточно было повернуть голову, чтобы увидеть в дверном проеме Стаса. И по его недоброму взгляду было заметно, что он все слышал. Только странно, почему ему не понравились мои слова, когда сам не рад своей теперь нежеланной дочери.

— Надеюсь, я поторопилась с выводами, — сказала ему, глядя прямо в глаза.

Не отрывая от меня взгляда, он шагнул на кухню и пошел ко мне, заставляя ежиться от угрозы, которая исходила от всего его существа. Да за что? Что такого я сказала? Но уже придавливая к столу, он навис надо мной и грозно произнес:

— Оторву голову. Поняла?

Сказав это, он остался на месте и ждал ответ. Признаться, я слегка опешила.

— Вполне, — пришлось мне сказать.

Только тогда мужчина медленно отошел. Он залез в холодильник, достал пару банок пиво и наконец-то вышел из дома. Но я зря подумала, что эта история закончилась. Когда мы уже обсудили ее с Лизой, покормили малышку и поменяли ей памперсы, а парочка собралась домой, ко мне подошел Глеб.

— Давай кое-что проясним, Аня, — начал он. — У Стаса сейчас очень сложный период и да, он может вести себя не лучшим образом. Именно поэтому ему нужна помощь — твоя помощь. Не усложняй ничего. Хорошо? Все старания и неудобства будут оплачены, я сказал об этом сразу.

— Дело не в деньгах. Я тоже сказала об этом сразу.

— Именно поэтому я понадеялся, что ты не станешь делать глупости, и что от тебя действительно будет толк. Ты же умная девочка, правильно? Так можем ли мы с Лизой на тебя рассчитывать?

Надо же, как заговорил. Да они со Стасом точно одного поля ягоды, даже чем-то похожи внешне. И такие, что непременно хотелось отвесить пощечину, даже если просто так, для профилактики. Или чтоб не пугали до такой степени, что вот-вот начну заикаться.

— Я и так стараюсь. И было бы неплохо, если бы Стас мне в этом помогал.

— Я поговорю с ним. Но ничего не обещаю.

— Как и я ничего не могу обещать.

Мужские черты в раз погрубели.

— Надеюсь, ты поняла меня правильно.

— Достаточно.

На этом он ушел, а меня трясло еще несколько минут, после обоих. Да еще когда Лиза напоследок сочувственно посоветовала быть аккуратнее. К сожалению или к счастью, а мне хорошо был знаком подобный типаж, кто любит подавлять и диктовать свои правила. Но хотя бы я была готова к подобному общению.

И все равно Кроху не оставлю! Она без меня здесь точно пропадет.

На удивление эта ночь прошла мирно. У меня было время успокоиться и обдумать все еще раз. Возможно, Стас не так уж и безнадежен. Только все равно вызывал во мне неконтролируемое беспокойство. Он словно подбитый зверь, которого зря оставили в живых. Чего стоил только один его взгляд — дикий, животный. И вообще все выражение лица — будто какого-то головореза во всемирном розыске. Я даже была готова поверить в то, что он загрызет за своего ребенка, на которого ни разу не взглянул. Зато это хотя бы говорило, что ему далеко не наплевать на Кроху. Значит, у этой маленькой семьи еще есть шанс. И значит — я здесь не зря.