Чудо для чудовища - Кейт Ринка

А еще абсолютно невероятным!

Прошлое будто отступило. Виктор отошел в сторону. А еще вроде бы собирался разводиться с моей Маргаритой. Так мне сказала мать, которая вдруг решила мне позвонить:

— Привет, дочка, — услышала я ее строгий голос в трубке телефона.

— Привет.

— Скажи, что ты не замешана в том, что сейчас происходит между Марго и Виктором?

— А что у них происходит?

— Он ударил ее! А еще грозится подать на развод.

В этот момент я опешила, потому что сама такого не ожидала. Но радости от подобных новостей все равно не испытывала. В любом случае, это их личное дело и личная жизнь.

— Послушай меня… мама. Я сейчас не общаюсь с Виктором, и давно не общаюсь с Маргаритой. Мне очень жаль, что у них такое происходит, но у меня давно своя жизнь…

— Марго говорит, что это все из-за тебя, — перебила она. — Это правда?

Вот что не менялось, так это мои отношения с семьей. Я всегда была виновата во всех проблемах своей сестры, и родители всегда вставали именно на ее сторону. Ну что же, видимо так должно быть и впредь.

— Думайте как хотите. Сейчас у меня есть любимый мужчина, не Виктор, и наше с ним маленькое Чудо. Я наконец-то счастлива. Так что — спасибо, что спросила, как дела у меня. Но не надо мне больше звонить по поводу Маргариты, хорошо? Все, папе привет.

В этот раз я даже не стала ждать ее ответа. Просто положила трубку и попыталась забыть о нашем разговоре. А еще о Викторе и о Маргарите. Все лишнее — меня не касается.

Еще несколько месяцев назад я и не подумала бы, что именно Станислав — этот грубиян и невежа, станет моим личным волшебником. Что он спасет меня от пут прежних отношений и обезопасит по всем фронтам. Теперь я крутила обручальное кольцо на безымянном пальце и смотрела, как муж играет с нашей Крошкой на лужайке дома. А она во всю гоготала и пускала слюни на любимого папочку, лежа у него на животе. У нас активно резались зубки.

О, с его стороны это было так просто — просто в один прекрасный вечер Станислав подошел ко мне, обнял со спины и вдруг сказал:

— Может, распишемся?

Вот так вот: ни нормально предложения с кольцом, ни свадьбы, ни белого платья. Вот так в духе Станислава. Потому что сладкая романтика и всякая мишура это не о нем. Да и не обо мне вовсе. Поэтому я с удовольствием и улыбкой на губах тогда ответила:

— Отличная идея. Мне нравится. Но с чего вдруг?

— Не хочу, чтобы на тебя кто-то покушался, — ответил, прежде чем поцеловать со всем своим диким жаром.

Это было сумасшедшее признание. И такое милое! В стиле Станислава, а еще в рамках нашей ситуации. Будто он все еще боялся, что меня могут у него отобрать. Но белое платье все-таки было — короткое, летнее. Платье было даже у нашей малышки — такое же белое, с красивыми рюшами, и чепчик ему под комплект. Были и гости — небольшая, близкая компания, с присутствием Лизы и Глебы, которые так часто приезжали к нам в гости. Была и брачная ночь — самая безумная в моей жизни.

А потом случилось такое, чего не ожидал никто.

— Это достаточно необычное явление, Анна, с учетом ваших болячек, но вынужден сообщить, и надеюсь к радости, что вы беременны, — сказал мне неделю назад мой доктор.

Да я едва не упала в обморок от переизбытка эмоций. Что же до реакции Станислава на это событие, то она ожидаемо была крайне неоднозначной.

— Ты издеваешься?! — спросил вот это, когда я сказала, что он снова скоро станет папой.

Да его прям начало колотить. Я это понимала. Он потерял при родах одну жену, и вот вторая собирается провести его через те же эмоции.

— Стас, подожди. Давай успокоимся и начнем сначала.

— Твою мать… какого черта?! — ругался он по пути за сигаретами.

И это когда они с Глебом собрались завязывать с этой пагубной привычкой. И даже поспорили. Меня же это начало лишь злить.

— Знаешь, так бывает, когда люди занимаются сексом.

— Но не у нас, — возразил он, удостаивая меня взгляда, разве что не очень доброго. — У нас такого быть не может, разве не это ты говорила?

— Да. Но ты, похоже, очень постарался. И кстати — аборт я делать не буду, говорю сразу.

— Отлично! Тогда на меня можешь не рассчитывать! — выпалил он, снова напоминая о своем несносном характере.

Ему понадобилось несколько дней, чтобы свыкнуться с новыми обстоятельствами. Это была наша первая семейная ссора. Но уже вскоре Стас подошел ко мне и крепко-крепко обнял.

— Прости, — услышала я настоящее извинение из его уст. — Я просто не представляю, как это выдержу. Если еще и с тобой что-то случится… ну это все, понимаешь?

Я понимала. Я всей душой полюбила Стаса и нашу с ним Лерочку, которую мы наконец-то оформили почти сразу, как я к ним вернулась. Но упустить такой шанс все-таки стать мамой своего ребенка — да меня поймет любая женщина.

— Понимаю. Но очень тебя прошу — дай нам шанс. Пожалуйста.

Он долго молчал, прежде чем наконец-то обреченно сказать:

— Как скажешь.

Он доверился мне. А потом стойко, сдержанно ждал решающего момента. И за это я подарила ему еще одну дочку, вместе с которой он забирал меня из роддома. Мы назвали ее Вероникой. И в тот день не было людей счастливее нас.

Конец