Я тебя у него украду - Лиза Бетт

Не думаю, что все так просто, но раз он не хочет об этом говорить, предпочла не продолжать.

– Саша, кстати передавала тебе привет, – сменила тему, заметив, что Паша на глазах из напряженного превратился в спокойного. – Гера пролечился в клинике и с тех пор больше не пил. Устроился на работу в местную котельную, и у них, кажется, все наладилось… Это ведь ты помог с клиникой? – спросила, уже зная ответ, и Суворов задумчиво улыбнулся и промолчал.

– Я звонила тебе, чтобы поблагодарить, но телефон был отключен… – черт, зачем я вообще эту тему подняла. Сейчас Паша решит, что я упрекаю его, а это не так. Или так?

– Я сменил номер, – ответил бесхитростно, и я опустила взгляд в салат, который принесла официантка.

Минут десять за столом царила тишина, мы ели, Кариша мирно брякала игрушкой, а потом Паша вдруг спросил.

– Пищейко тебя не обижал? – его голос был напряжен, и я не сразу сообразила, о чем он. Отвыкла называть Иваныча по фамилии…

– Нет, он не позволял себе рук распускать… До сегодняшнего дня. Обычно дальше разговоров и цветов дело не заходило.

– А другие позволяли? – спросил с нажимом, и мой аппетит пропал.

Отложила вилку, и Паша испытующе на меня смотрел, все еще ожидая ответа.

– Доедай, мы с Кариной подождем тебя на улице, здесь душно! – выпрямилась, собираясь подняться и взять дочь, но Паша выстрелил рукой и нежно, но настойчиво сжал мое запястье, глядя на меня извиняющимся взглядом.

– Я спросил не для того, чтобы тебя обидеть, – заговорил негромко.

– А для чего? Чтобы узнать сколько у меня было мужиков, Паш? Нисколько. Ноль. Никого у меня не было, ясно? Теперь я могу идти?

– Нет, – безапелляционность его ответа взбесила еще больше.

– Что еще?

– Доешь, – проговорил мягко, и я вздохнула, понимая, что сорвалась на ровном месте. Давно такой раздражительной не была.

Доели в молчании.

Вышли из ресторана и решили прогуляться до моего дома, он совсем рядом.

Время близилось к ночи, и мы вошли в квартиру, но вопреки моим ожиданиям, Суворов разулся и занес люльку в гостиную.

– Ты же будешь ее купать? Я бы хотел помочь… – его желание стать хорошим отцом было таким трогательным, что я даже забыла о разговоре в ресторане.

– Да, конечно, можешь остаться…

Прошла в ванную и поставила ванночку набираться. Паша переложил Каришу на матрасик и лег с ней рядом, разглядывая игрушечки, висевшие на подлокотнике дивана. А я сходила в спальню и переоделась в домашнюю сорочку, накинула на плечи халатик и разобрала постель. Мягкий свет ночника озарял спальню, делая обстановку интимной, разобранная постель манила улечься в нее и забыться. Достала памперс и присыпку, положила на край кровати и вернулась в ванную, выключая воду.

– Идемте купаться? – спросила, опираясь на дверной косяк в гостиной и Паша поднял голову и окинул меня быстрым взглядом, в котором мелькнуло что-то неподдающееся объяснению.

– Идем, Карин? – Паша посмотрел на дочь, и я подошла к ним и сев на пол, сняла с доченьки легкий боди и памперс, оставляя ее голышом. Кивнула Паше, и он поднял малышку и понес в ванную, а я встала и направилась следом.

Суворов шагнул на белый кафель и замер, а я не сразу поняв в чем дело легонько подтолкнула его в поясницу, но он не сдвинулся с места.

– Журавлёва…

– Что такое? Что… – договорить не успела, глянула на пол и заметила под ногами Паши коричневую лужицу. – Карина!

С упреком произнесла и обошла Пашку, глядя на его одежду, которая была безнадежно испорчена какашками дочери. Футболка, джинсы, носки – все пострадало.

– Поздравляю, Суворов. Ты официально прокачан!

Пашка скривился, а я забрала у него довольную доченьку и ополоснув ее под душем уложила в ванночку на горку.

– Раздевайся, я закину в стирку твою одежду.

Паша сидел в ванной с Кариной, а я забросила стирку в машинку и выбрала режим. В такие моменты я очень пожалела, что у меня нет огромного халата или мужской футболки и шорт. Суворов был в трусах.

И лучше бы я не видела его в таком виде, потому что теперь даже с трудом удавалось унять румянец на щеках, появившийся с тех пор, как он разделся. Пришлось приглушить свет, оставив в кухне подсветку у шкафчиков и лампочку в ванной. Только бы не выдавать эмоций.

Кариша плескалась, я слышала ее довольный визг, и пашкино негромкое бормотание, и не спешила к ним. Не хотелось нарушать идиллию, поэтому сидела на кухне. Налила себе чаю и с удовольствием выпила.

Около двадцати минут доченька купалась. Я глянула на часы и охнула, уже давно пора кормить ее и укладывать. Отставила пустую чашку в раковину, глянула на таймер на машинке. Осталось около двадцати минут стирки. Вещи не высохнут быстро, даже если гладить их утюгом. Пашке придется остаться.

Заглянула в ванную, Паша повернулся, будто почувствовал мое присутствие. На нем сейчас были лишь светло серые боксеры с белой оторочкой швов, часы на левой руке и та самая цепочка. Я отвела взгляд.

– Я постелю тебе в гостиной.

Он не стал спорить и благодарно кивнул.

Я достала из шкафа комплект постельного, запасную подушку и унесла все это в комнату. Не стала вдевать одеяло в пододеяльник, решила, что для него слишком жарко, и оставила одну простынь.

После прошла в ванную и достала Карину из ванночки, кутая в полотенце.

Надела дочери памперс на ночь и уложила на постель, малышка без труда потянула лиф моей сорочки и начала кушать, а я положила руку под голову и прикрыла глаза. Слышала, что Суворов вышел в гостиную и кому-то набрал, негромко разговаривая по телефону. Слышала, что он включил плазму, но слов диктора было не разобрать, он убавил звук.

Карина наелась и уснула, а я, наслаждаясь от привычного облегчения в груди, поправила сорочку и затянула полы халата.

Десять вечера. Сна ни в одном глазу.

Выключила светильник, прикрыла дочь одеялком и вышла из спальни, собираясь навести в ванной порядок, но меня ждал сюрприз. Паша уже вылил ванночку, в которой купалась Карина и, перевернув ее, прислонил к краю большой ванны изнутри. Резиновые игрушечки были разложены на полочку, горка убрана под ванну. Мне осталось лишь похлопать ресницами и выйти из ванной. Суворов сидел в кресле и смотрел телек.

– Спасибо, что навел порядок.

Произнесла робко и тут же перевела взгляд на плазму, чтобы не глазеть. Паша пожал плечами и отмахнулся.

– Будешь смотреть фильм? – он взял пульт и собрался перелистнуть рекламу, но я отрицательно мотнула головой.

– Спать хочется, пойду лучше лягу. Доброй ночи…

Нагло соврала, развернулась и заставила себя уйти в спальню, чтобы не сидеть с ним одной комнате в такой опасной близости.

Легла в постель рядом с дочерью.

Пролежала с открытыми глазами около часа. С ума наверно схожу… Слышала,