Жена президента - Аля Кьют

Мы занимались любовью бесконечно долго. Заснули, даже не приняв душ, а когда проснулись, то продолжили. И снова изводили друг друга до сладкого бесчувственного обморока. Полет прошел незаметно. Мы почти не ели, но оба чувствовали себя отлично перед посадкой.

На щеки Андрея вернулся румянец. Я тоже показалась себе в зеркале весьма свежей и счастливой.

Громов попросил накормить нас перед посадкой. Я приглаживала волосы в ванной после душа, когда муж подошёл сзади, обнял меня.

— Ты отлично выглядишь. Я бы очень хотел поехать домой и еще немного поболеть в постели. С тобой.

Я захихикала, ежась от щекотных поцелуев в шею.

— Мне нужно на лекцию, — посетовала я.

— Да и мне придется ехать в Кремль сразу. А так хотелось побездельничать.

— Ты и так не работал больше десяти часов. Как только не разорвало.

— Действительно, — хохотнул Андрей. В животе у него заурчало. — И не ел столько же.

— Иди в салон. Катя, наверно, уже накрыла.

— Ты догонишь?

— Конечно.

Он еще раз впился ртом в мою шею, прикусил кожу, заставляя смеяться и игриво отпихнуть. Андрей подмигнул мне в зеркало и ушел. Я взяла тушь из косметички, решив сразу немного накраситься, чтобы не ездить на учебу как чучело.

Рядом с косметикой валялся блистер таблеток. Я вздрогнула. Сегодня вторник, а я пропустила… Боже, пять штук. А если считать полет и непонятки с часовыми поясами? Я ведь переводила свои часы даже на мобильном.

Проклятье!

По инструкции нужно было нагнать и предохраняться барьерным методом. С этим я тоже пролетела. Между ног еще было влажно. Андрей кончил в меня три раза. Разумеется, никаких презервативов мы не использовали. Есть пять таблеток подряд я тоже не решилась. Через неделю месячные. Скорее всего, не страшно.

Я проглотила таблетку. Одну. Запила водой и встряхнула руки. «Ничего страшного», — уверила я себя еще раз и поспешила присоединиться к Андрею и Карине за столом.

Но меня преследовали слова Наташи, которые она обратила в напутствие: «Если хочешь от него ребенка, то обязательно роди».

Это ужасно, но я хотела. Не имела права сейчас все портить, но одна мысль о сыне или дочке от Андрея делала меня счастливой. Мама часто говорила, что мысли материальны. Я знала, что беременность, которую не хотел Громов, откатит нас назад. Но все равно не могла желать, чтобы пронесло.

Однако очень скоро мысли о потенциальной беременности отошли на второй план.

Мы приземлились во Внуково. Андрея забрал вертолет в Кремль. Меня увезли в универ на машине. Но на учебу я не попала. У корпуса меня ждал Арсений.

— Ты уже видела? — спросил он, отводя меня в сторону от охраны.

— Что? — не поняла я.

— Ясно. Значит, нет. Я так и думал, что тебе будет не до этого. Громов, наверно, тоже только что…

— Да что случилось? — повысила я голос, раздражаясь от Арсюхиной болтовни и напряженного лица. Очень нетипично для него выглядеть таким серьезным.

Он больше ничего не сказал, только показал мне экран мобильного.

Заголовок главной новости гласил:

«Жена президента жива. Марина Громова приземлилась в Шереметьево и дала интервью».