Маркиз и Жюстина - Олег Волховский

Перед казнью приговоренного привязывают к креслу в герметичной камере. В сиденье – множество отверстий. Под креслом ставят таз из нержавеющей стали, куда по специальным трубам подается серная кислота, над тазом помещают поднос с кристаллами цианида натрия. Дистанционный стетоскоп устанавливают так, чтобы врач, находящийся вне камеры, мог констатировать смерть. После этого все покидают камеру и дверь опечатывают. Начальник тюрьмы подает сигнал палачу, по которому он нажимает рычаг дистанционного управления, и кристаллы цианида натрия падают в серную кислоту. Это вызывает химическую реакцию, в результате которой выделяется газообразная синильная кислота и поднимается сквозь отверстия в сиденье.

Заключенного инструктируют дышать глубже, чтобы ускорить процесс. Однако большинство пытаются сдержать дыхание и долго остаются в сознании. Право, современные казни придуманы для мазохистов: будешь помогать палачам и делать, что тебе говорят – умрешь легко и быстро, не будешь – сам виноват. Или скорее для сабов. Для мазохистов и безболезненная казнь?

Синильная кислота связывает клеточный дыхательный фермент, и смерть наступает в результате кислородного голодания тканей. При этом артериальная кровь насыщается кислородом и переходит в вены, что приводит к ярко-розовой окраске кожи. После вдыхания яда начинается тошнота, рвота, судороги, боль пронзает руки, плечи, спину и грудь, глаза вылезают из орбит, наступает удушье.

Перед тем как умереть в газовой камере, в Калифорнии, в 1960 году Кэрил Чессмен сказал репортерам, что кивнет, если будет испытывать боль. Свидетели вспоминали, что он непрерывно кивал несколько минут.

После казни отравленный воздух откачивают из камеры и выбрасывают в атмосферу через десятиметровую трубу. Считается, что, рассеиваясь на такой высоте, газ не причиняет вреда. Труп опрыскивают аммиаком для нейтрализации цианида. Через пятнадцать минут в камеру входят два оператора в кислородных масках и резиновых перчатках. По инструкции, прежде чем вынести тело, необходимо поворошить волосы умершего, чтобы освободить остатки газа, кроме того, он накапливается в складках одежды. В тридцатые годы казнили в одних трусах, чтобы избавиться от лишнего геморроя.

Американское изобретение усовершенствовали фашисты, приспособив его для своих нужд. Первоначальная технология, увы, не позволяла убивать много людей одновременно. А потому немецкие последователи американских учителей подавали газ-цианид «Циклон Б» по якобы водопроводным трубкам в герметичные якобы душевые.

Как и в случае электрического стула, казнь в газовой камере не всегда проходит гладко. Например, в 1983 году в Миссисипи был случай, когда камеру очистили от газа до того, как констатировали смерть. Было объявлено, что осужденный умер, разбив себе голову о металлический шест, расположенный позади стула, «пока репортеры считали его стоны». Впоследствии выяснилось, что палач был пьян (еще один пьяный палач!). После этого голову приговоренного стали фиксировать отдельным ремнем.

В 1992 году в Аризоне, когда казнили Дональда Эжена Хардинга, смерть не могли констатировать в течение десяти с половиной минут после того, как таблетки цианида натрия растворились в кислоте. Осужденный бился в конвульсиях, чуть не разрывая ремни, которыми был связан. «Мы гуманнее убиваем животных», – сказал один из журналистов, присутствовавших при казни. Свидетели слышали стоны и хрипы, кожа осужденного стала красной, затем пурпурной. Один из репортеров потом признавался, что неделями мучился бессонницей.

И вот, наконец, в 1977 году в Оклахоме был узаконен новый «безболезненный» метод казни – смертельная инъекция. Впрочем, гуманность интересовала власти меньше всего. Причины были экономические. Уж больно много электроэнергии жрал «старина-искромет», решили сэкономить.

Вторым штатом, утвердившим этот метод, стал Техас, к которому и восходит народное название «техасский коктейль». В 1982 году там был казнен Чарльз Брукс за убийство продавца подержанных автомобилей. Вся процедура заняла около девяти минут, никаких проблем и осложнений не было. По крайней мере со стороны смерть осужденного казалась очень быстрой и легкой.

Сейчас это самая распространенная казнь в США, тридцать шесть штатов используют ее как единственный метод экзекуции.

В последний день перед казнью осужденного посещает священник по его выбору и из любой конфессии. Как правило, он остается до конца казни. Кроме того, можно встретиться с родственниками, друзьями и адвокатом. Затем на столе в небольшом помещении в блоке смертников сервируют последний ужин. Все по желанию приговоренного, но в рамках разумного. После этого ему позволяют принять душ и выдают чистую одежду: штаны и рубашку для мужчин, и платье для женщин. В некоторых штатах осужденный должен снять всю верхнюю одежду.

Казни в Америке, как правило, происходят сразу после полуночи. Хочется усмотреть в этом некий сакральный смысл, однако причина куда более прозаична. Вдруг суд решит вновь отсрочить казнь. Тогда у тюремных юристов будут сутки, чтобы оспорить решение суда.

В комнате исполнителя устанавливают прямой телефон с губернатором штата или Министерством юстиции в Вашингтоне, если приговор вынесен федеральным судом. Губернатор или президент в последний миг могут помиловать осужденного. «Телефон, который никогда не звонит», – пишет о нем Стивен Кинг.

Процедура смертельной инъекции напоминает хирургическую операцию и заключается в непрерывном внутривенном введении быстродействующих барбитуратов в комбинации с парализующим препаратом. Обычно заключенного привязывают к каталке, напоминающей больничную, или к столу, похожему на операционный. Обнаженные руки фиксируют к подлокотникам, находящимся по обе стороны кровати. Затем тренированные техники вводят катетеры в вены на каждой руке осужденного. Зачастую это легче описать, чем сделать. Когда человек напуган, его вены сжимаются, и становится трудно их найти. К тому же, чтобы попасть в камеру смертника в США, вовсе не обязательно быть чикатило. Наиболее типичная ситуация: наркоман обкололся и под кайфом (или из-за отсутствия денег для его получения) кого-нибудь убил, как правило, более одного человека или представителя власти, например полицейского. А вены у наркоманов для инъекций не приспособлены, поскольку рубцуются от частого употребления, и их просвет сужается. В результате их ищут по сорок минут. Представляете, лежите вы привязанным к каталке или к экзекуционному столу, в десятый раз повторяете про себя, что скажете в последнем слове, с ума сходите от страха и хотите только одного: чтобы все это поскорее кончилось, а техники все ищут и ищут ваши вены. Наконец вы сдаетесь и начинаете им советовать: «Да вот же приличная вполне вена, чем не нравится?» И это происходит сплошь и рядом. Так что, господа наркоманы, если во время смертельной инъекции хотите умереть легко и быстро – пока не поздно слезайте с иглы, тем более что это сильно снизит ваши шансы угодить на стол для казни.

Если подходящая вена так и не найдена, прибегают к венесекции, чтобы ее обнаружить. Интересно, что в современной медицине венесекция практически не применяется (стала не нужна с появлением качественных катетеров), а вот для казни осталась.