Невольница князя - Эми Мун

— Рад, ежели так. А нужно нам в Топи. Не испугаешься идти?

Зверь обиженно фыркнул и, развернувшись, потрусил в ту сторону, куда люди держали путь. Властимир усмехнулся и, запрыгнув на коня, поспешил следом.

Отряд его был небольшой — два десятка стражников. Все как один крепкие и проверенные боем воины. Только таким не страшна Топь и дорога туда. А добираться придется долго — не менее седмицы и то если не мешкать. К тому же на их пути не слишком много поселений. Некоторые заброшены, другие разорены разбойниками. И вокруг них, вместо пахотных земель, колючие пустыри да злые хищники. Трудным будет переход!

Однако Властимир не мог позволить, чтобы в подбрюшье Северного царства открылась рана. И ради этого готов был рискнуть головой.

* * *

Спина занемела, руки-ноги болели, а внизу живота резало так, что слезы на глаза наворачивались. Но, свернувшись калачиком, Забава терпела. Стонала только тихонечко, если телега подпрыгивала на ухабе, и снова до боли прикусывала губы.

Весь день она пряталась в глубине возка меж корзинами. Должно быть, в тереме ее уже хватились, но пока не послали к князю ястреба. Может, боялись, а может, птица не долетела. Такое бывало, особливо в дождь. А погода испортилась просто ужасно.

Стремительно приближалась ночь, и Забаву трясло от холода. Не околеть бы вовсе! Ведь собралась она ужасно бестолково. Хватило ума лишь платье шерстяное нацепить да взять платок потеплее. Ну и пару кусков хлебца. Забава хотела прятаться не менее нескольких дней.

Все равно ее найдут. Только лучше бы это случилось как можно дальше от Сварг-града.

Телега вновь подпрыгнула, заскрипела.

Послышались мужские голоса. Забава не могла разобрать, о чем они говорят. Под завалом корзин слышалось плохо. А пошевелиться она боялась.

Вдруг рядом послышалось сопение.

Забава очень осторожно повернула голову и чуть не вскрикнула. В щель между досок тыкался черный нос лютоволка. Зверь шумно дышал, втягивая в себя запахи. А потом вдруг тихонько взвыл.

Ее в жар так и кинуло — ну все, нашел! Сейчас приведет князя!

Однако зверь исчез так же, как появился. Вновь потянулись томительные мгновения. А по нужде захотелось пуще прежнего. Она ведь так и не сходила. Терпела… И вот дотерпелась, похоже.

А телега остановилась вдруг. Мужчины принялись разбирать поклажу. Пару раз подходили к возку, вытаскивали шкуры, мешки с припасами. Войско хоть и небольшое, однако и его кормить надобно. Значит, ждать ей до темноты, чтобы хоть попробовать выйти по своим делам.

Время тянулось до безумия медленно. А по нужде хотелось все сильнее. Забава уже кусала губы, пытаясь удержать стон — так резало в животе! Извертелась вся, измучилась. Но, на счастье, дождь пошел! По рогоже, накинутой на возок, забарабанили тяжёлые капли. А потом и вовсе ливень хлынул.

Снова послышались крики.

Стража пряталась от воды и пепла, хлынувшего с небес. А Забава насилу дождалась, пока стихнет топот. Уже не заботясь о том, услышат ли ее, бросилась прочь из своего укрытия. Все, не может больше терпеть. Нужно в кустики, иначе опозорится прямо здесь.

На голову упали дождевые кали, ледяными зубками куснули за плечи. Однако Забава едва ли могла обратить на это внимание — со всех ног бежала в лесок. Далеко уйти не получилась — чуть успела подол задрать — и все, силы закончились.

Ужасно стыдно!

Но еще хуже испортить поклажу.

К счастью, ее возня осталась незамеченной. Слишком темно уже было, и непогода разыгралась сильно. Справив все свои дела, Забава шмыгнула обратно и лишь когда устроилась между мешков и корзин поняла, что вымокла насквозь.

Отяжелевшая ткань липла к телу, вымораживала насквозь. От этого трясло, как в лихорадке, и зубы стукнули друг о друга. Однако она терпела, стискивая их крепче. Снова послышались голоса стражников. Нельзя было шуметь!

Сколько так лежала — не помнила. Молилась богам, чтобы мужчины ушли, вот только ее молитвы никому не были нужны. Стража то приближалась, то отходила. А Забава с ужасом понимала, что скоро замерзнет! И без того холодно, а уж во влажном платье и подавно смерть!

Совсем испугавшись, она принялась шарить вокруг себя дрожащими пальцами, пыталась нащупать, чем можно заменить одёжу. Шкурой какой иль холстиной. Но нет, ничего не было! Только холод становился с каждым мигом все сильнее.

Забава попыталась распутать шнуровку на горле, но пальцы уже не гнулись. Совсем перепугавшись, хотела крикнуть — а голоса не стало.

Вспышка ужаса была жгучей и быстрой. Вслед за ней пришло равнодушие. Уже не хотелось дергаться. И сопротивляться тоже. Пусть все будет, как суждено. Замерзнет — и дело с концом. Сестер только жалко до горечи… И Властимира почему-то. Хоть один разочек увидеть бы его. Полюбоваться могучей статью и тем, как работает князь в своей мастерской. Но… не судьба.

А вдалеке послышался волчий вой. Все ближе, и ближе, и…

— Открывай воз! Тут кто-то прячется! — закричали сразу отовсюду.

И стало светло от полыхавших во тьме светочей.

Глава 17

Властимир

Убьет девку! Сначала отогреет как следует, а потом…

— Вон пошли! — крикнул на толпившуюся вокруг стражу.

И мужчины исчезли. А он схватил колотившуюся от холода Забаву и потащил ближе к треножнику. Угли там хорошие, много жару дают.

— Я ж с тебя шкуру спущу, — рычал, укладывая дурищу на разостланную меховую накидку. — Сесть не сможешь — так по заду отделаю…

И перед глазами вдруг вспыхнули соблазнительные картины. Розовая от его шлепков кожа, прозрачные капельки любовного сока и блестящий любовной истомой взгляд. Всегда ему нравилось припечатать задок наложницы ладонью, чтобы стонала громче. Но с Забавой это желание превратилось в необходимость.

Властимир коротко ругнулся и разорвал шнуровку на девичей груди.

О чем думает?! Девка сейчас только и может что дышать через раз и зубами постукивать. Бревно ледяное безмозглое!

Избавив наложницу от мокрой ткани, Властимир отшвырнул тряпки в сторону и принялся разминать посиневшие пальчики. Если кровь застоится — нужно будет их отнять… Ох, дура своевольная!

Забава тихонько стонала, но крепилась, не плакала. Смотрела на него из-под полуопущенных ресниц и сама пыталась сжимать и разжимать ладони.

И пошло дело!

Ноготки порозовели, кожа стала теплей. Хорошо! Но этого мало. И, оставив наложницу на мгновение, Властимир прошел к столу, где оставил мех с вином. Оно разогреет своевольницу изнутри.

Увидев в его руках бурдюк, Забава попыталась приподняться. И даже нашла сил на короткое:

— Ч-что… это?

— Молчи лучше, — процедил в ответ.

Крепче завернув девку в накидку, обнял