Ты меня (не) купишь - Лея Кейн

– Я не тиран, Лучик, – выкрикиваю ей вслед. – Я безумец.

– И иногда осел, – бубнит она под нос и юркает за дверь, ловко избегая моего гнева.

Если бы не вошедшая в зал горничная, догнал бы и заставил ее зарубить себе на носу, как нужно разговаривать с родным дядей.

– Роман Алексеевич, вы еще купаться будете? Или я могу убирать?

Смотрю на нее и признаю, что решение заменить молодых служанок зрелыми замужними женщинами было лучшим решением в моей жизни. Бабочка так завела, а Лучиана так разозлила, что смазливую горничную сейчас бы выеб раком, чтобы пар выпустить. А так – даже мысли подобной не допускаю. С уважением отношусь, что к няне Артура, что к кухарке, что к горничным, постепенно прощаясь с преступным Чехом, трахающим любую дырку.

– Куда ушла наша гостья с Арти?

– Я проводила их в малую гостиную погреться у камина.

– Хорошо.

– Она останется на ужин?

– Пожалуй, да, – воодушевляюсь я. – Накрывайте на четверых.

Поплавать в расслабленной обстановке не вышло: гребаная вода подвела. Но за ужином ты от меня точно не отвертишься, Бабочка!

Пока они с Артуром мило учат циферки, я принимаю душ. Рубашку оставляю расстегнутой на две пуговицы сверху. Волосы чуть приподнимаю. Отказываюсь от парфюма и часов. Бабочка должна в полную меру ощутить дух моего дома, вот и пусть познакомится со мной домашним.

– А где все? – спрашиваю, войдя в обеденный зал.

Горничная растерянно смотрит на дверь и пищит:

– Сейчас приглашу.

Я долбаных пять минут сижу за столом в одиночестве. Но эти пять минут кажутся мне вечностью. Может, я правда слишком строг к Лучиане? Неправильно воспитываю Артура? Манерный с Бабочкой? Мне надо быть проще и снисходительнее? Где та грань, определяющая, что я чудовище, а не беспокойный дядя? Я не получал никаких инструкций, взваливая на себя опеку над племянниками. Все, что мне досталось – последствия похуистического отношения сестры к своим детям. Только жаль, они не понимают, что я не желаю им зла. И без них вообще давно утратил бы смысл жизни. Это они – двигатель моего прогресса. Ради них я расторгаю контракты с партнерами по теневому бизнесу, прокладываю нам дорогу в лучшее будущее. Неужели я не заслуживаю элементарного спасибо?

– Спасибо, – произносит появившаяся на пороге Бабочка, – за гостеприимство, Роман Алексеевич. Общение с Артуром на его территории действительно благотворно влияет на него. Мы о многом пооткровенничали, правда, Арти? – Она гладит мальчишку по шевелюре, а я медленно поднимаюсь из-за стола. Бабочка уже оделась в свою блузку и брюки, но я-то по-прежнему вижу ее в сексуальном бикини. Кукле о таком идеальном теле только мечтать и вкладывать в него куски бабла. – Уже почти пять. Мне пора домой.

– Боюсь, вам придется задержаться. Дарья. Николаевна.

– Мы с вами договаривались…

– Машина на мойке. Фаза скоро ее подгонит.

– Фаза?

– Парень, который привез вас, – поясняет Артур. – Он крутой. Стреляет метко, а как ножом орудует…

– Арти! – одергиваю я его, заметив, как бледнеет Бабочка. – У Дарьи Николаевны еще будет возможность убедиться в меткости моего помощника, когда мы дружной компанией посетим тир, а пока, может быть, ты пригласишь ее на ужин?

– Роман Алексеевич…

– Если вам нужно позвонить мужу, ничего страшного. Мы все равно ждем Лучиану.

– Просто вызовите мне такси!

– Тогда может, сразу на маршрутке поедете? – Я ленивым жестом указываю на стол. – Присаживайтесь. Дарья. Николаевна. Явно же в школьной столовой был не самый сытный обед.

– Мой рабочий день окончен, – настаивает она.

– Вы все равно отсюда не выйдете, пока я не разрешу, – я замораживаю ее победной полуулыбкой. – И чем дольше вы сопротивляетесь, тем больше времени проведете в моем незаменимом обществе.

Бабочка так вежлива, что не позволяет себе даже закатить глаза. А по-хорошему, следовало бы устроить истерику, завести меня, чтоб полыхало.

– Поужинайте с нами, Дарья Николаевна, – просит ее Артур, потянув к столу.

Она вымучивает из себя улыбку, но принимает его приглашение. Я выдвигаю для нее стул по правую руку от себя, а мой золотой племянник успевает плюхнуться на соседний, не оставляя ей выбора. Все-таки смышленый пацан у меня растет. Без слов все понимает. Надо еще не забыть купить ему выпрошенную игруху. Заслужил. Окно-то в школьном туалете разбил, а не в коридоре и не в кабинете. Сказал, чтобы никто не простудился. Туалет на этаже проще закрыть, чем кабинет или целое крыло.

– То есть вы подтверждаете, что толк от вашего визита есть? – интересуюсь я, тоже садясь. – Дарья. Николаевна.

– Есть, – отвечает Бабочка, наблюдая за кухаркой. – Но это не отменяет того, что завтра у нас родительское собрание. Мне необходимо подготовиться. Поэтому теперь я смогу приехать только в понедельник.

– Уверен, вы будете скучать, – улыбаюсь я ей и перевожу взгляд на горничную у дверей. – Лучик где?

– Она отказалась от ужина. Плохо себя чувствует.

Эта девчонка точно напрашивается на пиздюлину. Повезло паршивке, что у нас в гостях женщина моей мечты, которую я планирую сделать госпожой Чеховской. Иначе не постеснялся бы племянницу хуями покрыть.

– Вызовите «скорую», – выдавливаю я.

– Я уже попыталась, но Лучиана запретила. Сказала, что ей нехорошо из-за съеденного в университете ланча.

– Ладно. Присмотрите за ней. Я загляну после ужина. – Замечаю дернувшийся уголок губ Бабочки и спрашиваю: – Вам смешно?

– Нет. Интересно видеть вас в образе отца, – улыбается она, делая глоток воды. – Даже удивительно, как вы все успеваете? Еще и Кристина.

Твою мать! Я стреляю взглядом в Артура и решаю, что хрен ему, а не игруху. Какого хера он про куклу Бабочке разболтал?!

– Вы тоже многое успеваете: дом, работа, индивидуальные занятия… муж…

– Муж у меня на первом месте, – колко подмечает она, приступив к ужину. – Он у меня лучший.

– Не сомневаюсь, – цежу я, растягивая губы. – Не каждый терпел бы задержки супруги на работе.

– Он знает, как сильно я люблю детей, и уважает это.

– Уважает? Поэтому у вас нет своих детей?

Улыбка исчезает с ее лица. Меркнет под натиском голой правды, что муж у нее – мудак. Этот не только над племянниками опеку бы не взял, он даже родных детей заводить не хочет. Хренов эгоист.

– Мы не спешим с этим, – отвечает Бабочка. – Я не представляю себя в декрете, а Степа часто в разъездах. Для семьи это – минус. Ребенок должен знать папу.

Вернувшаяся в обеденный зал горничная докладывает, что привезли Тимура.

– Это друг Арти, – поясняю я Бабочке, когда племянник подрывается из-за стола и бежит встречать Тимку.