Ты меня (не) купишь - Лея Кейн

– Хорошо, что у него есть друзья. В школе все сложнее, – отвечает она. – Артур там будто нарочно никого к себе не подпускает.

– Он же не дурак. Понимает, что одноклассники не ищут в нем друга. Он привлекает их своим статусом.

– Роман Алексеевич, мне кажется, вы помешаны на авторитете. Что это? Травма детства? Вы росли недолюбленным ребенком?

– Я просто понимаю, что ты для всех – пустое место до тех пор, пока не начинаешь сам себя уважать. Когда ты вкладываешься в себя, работаешь над собой, добиваешься поставленных целей, ты превращаешься в магнит. Тогда люди сами тянутся к тебе, в рот заглядывают. К счастью, Арти эту истину тоже знает.

– Я не говорила, что вы ничего собой не представляете. Мне не понравилось лишь то, что вы пытались купить меня деньгами отца… – Бабочка прикусывает язык, но слишком поздно, она уже сказала лишнее. – Извините… Мне действительно пора… – Она наспех вытирает уголки рта салфеткой, соскакивает со стула и разворачивается к выходу.

Я успеваю схватить ее за локоть, киваю кухарке и горничной, чтобы вышли, и взглядом впиваюсь в распахнувшиеся глаза Бабочки. Большие, ярко-зеленые. С затаившимся в глубине страхом предвкушения. Она боится меня. И хочет. Себе может врать, а я человеческую натуру «от» и «до» изучил. Обмануть меня не сложно, а невозможно.

– Роман Алексеевич… вызовите мне такси, – с запинкой просит она охрипшим голосом.

Я совсем не сдавливаю пальцы, но она не выбирается из тисков. Так и стоит застывшим изваянием.

Обхожу угол стола, выпрямляюсь перед ней и дотягиваюсь до ее шейного платка. Тяну за уголок, ослабляя узел и обнажая татуировку.

– Ну и зачем притворялась, что не помнишь? – улыбаюсь, вкрадчивым тоном проникая в ее нутро. – Прекрасно помнишь. Во всех подробностях.

Она сглатывает, ее дыхание сбивается. Волнуется, как маленькая девочка.

– Я тебя два года ждала, – вдруг признается шепотом, заставив меня замереть. – Надеялась, что правда заинтересовала. Увидела в тебе что-то… В любовь с первого взгляда поверила… Глупая… Что я могла увидеть в пьяном мажоре, разводящем меня на секс? Ты забыл меня на следующее же утро. Не вспомнил. Не пытался найти. У тебя был шанс. Тогда. Двенадцать лет назад. Ты его не использовал. А сейчас просто не порти мне жизнь.

На ее глаза наворачиваются слезы, а я тупо теряю дар речи. Она ждала меня? Меня? Два года? После одного короткого разговора? Блядь! Ну почему? Почему я сразу не стал искать ее?! Почему тянул?! Почему всегда находил дела поважнее?! Су-у-ука!!! Я двенадцать лет потерял! Мы потеряли!

Появившийся в дверном проеме Фаза нарушает повисшее молчание, которое неподъемной тяжестью вбивает меня в пол.

– Машина готова. Едем?

– Да, Саша, – отвечает Бабочка, делая шаг назад и оставляя в моей руке лишь свой платок. – Отвезите меня в школу. До свидания, Роман Алексеевич, – говорит она мне на прощание. – Не забудьте, что завтра родительское собрание. Артуру пойдет на пользу, если вы станете проявлять активность в жизни класса.

Она уходит. Исчезает. Унося с собой мою смелость, а оставляя здесь раздавившую меня правду. Моя Бабочка… Та, которую я долгие годы считал плодом своего больного воображения, ждала меня. Два года!!! Это мое наказание – знать, как фатально я опоздал с ее поисками. Опомнился, когда она уже схлестнулась со своим Степой. И после этого я втираю ей про свой ум и сообразительность?! Да я же конченный болван! Придурок, идиот, баран!

Подношу платок к носу и вдыхаю ее запах: завораживающий, сладкий, возбуждающий. Закрываю глаза, с горечью представляя, как все сложилось бы, не будь я кретином.

Поздно. Вот что сейчас написано в ее глазах. Но она слишком плохо знает меня настоящего. Я ни перед чем не останавливаюсь. Ты еще будешь моей, Бабочка. Любовь с первого взгляда существует. И мой долг – наверстать наши упущенные двенадцать лет.