Сорок истин - Ана Ховская

— Ну ты основательно ее приложила, — засмеялась Антонина. — Я бы лучше не смогла.

— Интересно, ну с чего она взяла, что Барховский глаз на тебя положил? — возмутилась Айгуль.

— Я предполагаю только одно: она видела, как меня подвозил Барховский. Ну, в то утро, когда меня чуть не сбил сумасшедший гонщик на самокате, — оживленно рассказала Ульяна. — Я едва шла. Он увидел и подвез. И вот представьте себе: нездоровая влюбленность Цапиной помноженная на ее же больное воображение вылились в истерию. А ведь это была простая человеческая помощь. Ну не зверь же он?

— И такое про тебя нагородила? И правда, больная! — поразилась Антонина.

— Кроме того, что мне действительно скоро сорок, все остальное полная чушь, — доверительно призналась Ульяна.

— Я бы не дала тебе столько, — неожиданно вмешалась в разговор Марина.

Девчонки покосились на коллегу через плечо, а повернув голову к Исаевой, обе беззвучно проговорили: «Подлиза».

Это рассмешило Ульяну, и она решила пойти ва-банк:

— А что там слышно о тотализаторе? Какой у меня рейтинг?

— Смеешься? На тебя никто и не ставил, — выдала Айгуль.

— Какая дискриминация! — с шутливым сожалением свела брови домиком Ульяна.

И все расхохотались. Даже Марина натянула улыбку.

— Ульяна Олеговна, я тут слышал, что у нас скоро свадьба, не поделитесь подробностями? — неожиданно прозвучал картавый голос со стороны двери.

Ульяна застыла в немом оцепенении, затылком ощущая пристальный взгляд мужчины. А девчонки смущенно заулыбались, глядя на несерьезного Барховского.

— Простите, я как раз занимаюсь нейтрализацией этих подробностей, — с напускной веселостью выговорила Ульяна.

— И правда, когда вы уже женитесь, иначе вы сводите с ума всю прекрасную половину офиса? — поддержала юмор Антонина.

— Так никто не берет, — усмехнулся Барховский и посерьезнел. — Ульяна Олеговна, у меня к вам вопросы по заказу. Уделите время?

Он снова манипулировал ею. Но сочинив такую складную историю и завоевав доверие коллег, Ульяна не могла разрушить это. Поэтому она оглянулась, учтиво улыбнулась и ответила:

— У меня цейтнот. Вы не против, если я наберу вас, как освобожусь?

— Не затягивайте, — предупредил он и удалился.

Она лишь кивнула и вернулась к сборке заказа.

— Надо же, как неловко вышло, — проворчала Айгуль и села за свой стол.

— Честно говоря, не ожидала, что Кирилл Александрович будет шутить на эту тему, — ревностно заметила Марина.

«А он и не шутит, — мрачно подумала Ульяна и выдавила улыбку согласия. — Что же он опять задумал?»

***

Конечно, Ульяна не набрала Барховского, не написала ему. Но весь день пыталась убежать от тревожных ожиданий. Ведь он на ветер слов не бросает. К тому же в нем что-то изменилось — неуловимо, но определенно. Будто он принял для себя какое-то решение и теперь твердо шел к намеченной цели.

Еще и Белла настойчиво расспрашивала в чате, что между ними происходит, но Ульяна молчала. Немного успокаивало то, что она чувствовала в себе решимость противостоять Барховскому.

За час до конца рабочего дня только Ульяна задумала уйти пораньше, даже пальто принесла в кабинет заранее, как позвонил новенький оператор из типографии и попросил помочь с хорошо известным ей станком, который часто капризничал и сбивал настройки печати. Она попрощалась с коллегами, взяла планшет и по пути к выходу зашла в пустой зал совещаний, чтобы спокойно обсудить проблему по видеосвязи.

Вопрос решился быстро, как только Ульяна увидела схему настроек на панели печатного станка и, указав на ошибку в настройке, завершила разговор. А когда она поднялась, то увидела отражение Барховского в темном окне.

«Не успела!»— с досадой закусила губы Ульяна и невозмутимо повернулась к двери.

— Уже уходишь?

— Меня ждут в типографии, — солгала она.

— Не ждут, — с укором покачал головой тот, медленно надвигаясь на нее.

Как ни старалась, Ульяна не смогла скрыть волнения и нервно дернулась в сторону, чтобы выбежать из зала. Но Барховский обладал проницательностью хищника: ловко отклонился и поймал ее за талию. Она успела лишь провернуться в стальном кольце его рук и настороженно вытянулась. Схватившись за его предплечье, почти впившись ногтями, Ульяна попыталась разжать крепкий хват, но тиран лишь сильнее прижал ее к себе. Одна его ладонь тут же скользнула под платье, в трусики… Горячие пальцы накрыли клитор, который мгновенно стал чувствительным под грубой лаской. Ульяна знала, что стоит ей поддаться, и все начнется сначала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Я хочу тебя трахнуть в последний раз… — горячо выдохнул он, скользя губами от виска к шее.

— Я не хочу, — насколько могла спокойно проговорила она, нервно наблюдая за дверью и стараясь выровнять дыхание.

В груди Кирилла дрогнуло, оттого что она и вправду могла его не хотеть. Но почему он чувствовал, как она борется сама с собой?

— Не ври мне… — замирая взглядом на быстро пульсирующей венке на шее, возразил он и впился в нее губами.

Сладкая боль пронзила Ульяну от шеи до низа живота. Так легко было сдаться и раствориться в безжалостной ласке жестокого мужчины, но она чувствовала, что цена ее слабости будет слишком высока. В последний раз или нет, но он ее сломает, если сейчас она подчинится ему.

Она медленно разжала пальцы и отпустила его руку.

— Я не сопротивляюсь, потому что ты можешь сделать мне больно… Останутся синяки, — отрешенно произнесла она. — Но я скажу в последний раз: я больше не буду спать с тобой… И я хочу, чтобы ты отпустил меня… Насовсем…

Кирилл замер, а потом отнял руки и зло уставился в висок недотроги.

— Он трахается лучше?

Ульяна терпеливо выдохнула:

— А это что-то меняет?

— Ты… — начал Барховский и жестко развернул Ульяну к себе за плечи.

Но неожиданно в дверях появились Маевская и Бут. Они смущенно переглянулись и замедлили на пороге.

Ульяна отшатнулась от Кирилла и мгновенно покраснела. Барховский выдохнул с негодованием и твердым шагом вышел из зала.