Сорок истин - Ана Ховская

Кирилл сунул руки в карманы брюк и размял уставшие плечи. Выдохнув вверх, он некоторое время наблюдал, как рассеивается облачко пара, а потом задумчиво улыбнулся и пошел следом.

В гостиной Ульяну уже радостно обнимала Белла. Кириллу до сих пор было непривычно видеть дочь такой открытой и дружелюбной почти с чужой женщиной, но наблюдать приятно. Бездумное удовольствие разлилось по телу теплыми волнами.

— Я жутко проголодалась, — оглянулась Ульяна. — Можно стащить что-нибудь из холодильника, а? Бутерброд?

Он мягко рассмеялся и кивнул:

— Давай стащим что-нибудь посущественнее. Рыба или говядина?

— На твой вкус…

— Значит, рыба.

— И сделай нам какао, — шутливо-повелевающим тоном поддержала Белла.

Кирилл молча усмехнулся, разделся в гардеробной и пошел в кухню. А Белла поиграла бровями и утянула Ульяну за собой на большой диван перед огромным телевизором.

— Ну что, ты передумала держать оборону?

Ульяна напряженно свела брови, потом неопределенно качнула головой и тихо ответила:

— Не получается.

— Ну и правильно! Я за! — довольно хихикнула Белка. — Откуда вы такие красивые?

— С премьеры какого-то фильма… — устало откинулась Ульяна на подушки.

— Очевидно, вы были заняты чем-то другим? — хитро подмигнула та.

— Там было так «весело», — поморщилась Ульяна, а потом наклонилась к девушке и прошептала — Честно — не помню, о чем был фильм. Только папе не говори…

Белла расхохоталась.

— Что же там было? Ты опять напилась?

— Ну… Сначала я не знала, как оттуда сбежать, потом выпила и послала куда подальше девицу твоего отца, а потом он бегал за мной, чтобы, очевидно, потребовать извинений… Но я не сдалась! В общем, я так и не поняла, что там произошло, — полушутливым тоном рассказала Ульяна и засмеялась в ладошку, чтобы все это показалось действительно шуткой, потому что реальность была еще нелепее.

— Однако же домой он привез тебя! — многозначительно заметила Белла.

— А вот это не подается никакой логике, — снова откинулась Ульяна на спинку и закрыла глаза.

Белла взяла маленькую подушку и шутливо ударила ею Ульяну. Та неожиданно повалила девчонку на бок и защекотала. Белла отмахивалась, сколько могла, хохотала, а успокоившись, прильнула к плечу женщины и тихо спросила:

— Скажи, он тебе нравится?

— Кто? — сдвинула брови Ульяна.

— Ну этот, — кивнула Белла, вытянув шею в направлении кухни, — красавец в белой рубашке…

Ульяна беззвучно засмеялась и прислонилась виском ко лбу Беллы. Все было очень непросто, но сейчас так уютно и тепло и не хотелось разрушать эту иллюзию.

— Сказать, что он сводит меня с ума, — ничего не сказать, — откровенно поделилась Ульяна и украдкой покосилась назад, не рядом ли Барховский. — Но ему этого лучше не знать…

— Тебе чем-нибудь помочь? — доверчиво сжала ее руку девушка.

Ульяна посерьезнела и замерла взглядом на пальцах Беллы.

— Чем?

— Ну, не знаю… Я готова к заговору!

Ульяна ласково улыбнулась и крепко обняла девушку.

— Спасибо, только безумие заговорами не исправить… Думаю, время само все расставит… Я просто хочу наслаждаться тем, что мне подарено. Все остальное не поддается ни логике, ни влиянию со стороны. Обещай не выдавать меня?

— Может, иногда людям надо помочь, иначе они упускают что-то значимое в жизни, — посерьезнела Белла, отстранилась и, облокотившись на спинку дивана, подперла голову ладонью.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Твой отец не так прост, как может показаться. Он глубокий, серьезный и сам определит значимость чего-то или кого-то в своей жизни… Каждый выбирает свою реальность, в которой готов жить…

Белла почувствовала горечь в голосе Ульяны.

— А ты не хочешь за него побороться? Может, это не ему надо тебя завоевывать? Может, это он — Рапунцель, которую надо вытянуть из башни?

Ульяна подобрала подушку с пола и шутливо кинула ее в девушку. Но Белла с грустной улыбкой снова прижалась к плечу женщины и обняла за талию.

— Каждому нужен кто-то очень теплый. Ты — теплая.

Ульяна чуть не заплакала, но, заслышав шаги из кухни, через силу засмеялась и прижалась губами к макушке девушки.

— И ты солнышко!

Кирилл принес нарезку из красной рыбы, хрустящие тосты, сливочный сыр и соус из оливкового масла, зелени, чеснока и вяленых помидор. А еще фокаччу с зеленью и маринованные корнишоны.

— М-м, какой твой отец гурман! — облизнулась Ульяна и поднялась, чтобы ему помочь.

Барховский был уже без пиджака, с выпущенной наверх рубашкой, закатанными выше локтя рукавами и расстегнутой парой пуговиц сверху. Ульяна не устояла от соблазна, провести пальцами дорожку по его крепким предплечьям, когда забирала поднос. И озорно улыбнулась, когда в его глазах блеснуло желание.

Легким движением ноги она отодвинула столик у дивана и поставила поднос прямо на ковер.

— Сядем на пол?

— Супер! Я тоже так люблю! — охотно согласилась Белла и скинула все подушки с дивана.

Девчонки расставили тарелки на полу, Кирилл принес чашки с горячим шоколадом и тоже расположился рядом с ними. Белла включила какой-то легкий фильм, и все с аппетитом стали жевать.

Кирилл откинулся на сиденье дивана и молчаливо наблюдал, как дочь общается с Ульяной, о чем они говорят. Они были, как давние подружки, и не было между ними разницы больше, чем вдвое. Как беззаботно шутит и хохочет Белла, как ей звонко вторит Ульяна и как согревается дом от этого уютного и искреннего смеха и девчачьих глупостей… Разбросанные диванные подушки на полу, стаканы и тарелки, тапочки вперемешку и переплетенные босые ноги девчонок. Что-то сжалось в груди Кирилла до щемящей боли и отпустило, оставив ощущение волнующего ожидания чего-то неопределенного.

Сегодня он ощущал такую сильную потребность в этой женщине, чувства обладания ею и присоединения были настолько мощными, что его давно так не накрывало раздражение от нестерпимой суеты вокруг. И только глядя, как улыбается недотрога, слыша, как она шутит, острит в ответ, словно вампир, тянется к ней и впитывает убаюкивающую его тревогу энергию.