Повиновение - Клик Квей

Натали, чувствуя напряжение, с которым беловолосая женщина стала нагнетать, немного отступила.

– Почти семь лет, – откашлявшись, ответила она.

– Не густо, – нахмурилась Анора. – Ну, ладно, не мне тебя воспитывать.

– А ты бы воспитала? – хихикнула Катрина.

– Ты же знаешь, что я люблю только жену, – призналась Анора, пройдя из прихожей в гостиную. – Ладно, перейдем к делу. Я тут посмотрела твои наброски. Скажу честно, мне понравилось не всё.

Когда женщины скрылись из вида, Натали смогла выдохнуть. Эта Анора Крейг одним своим видом вселяет страх и создает огромное напряжение, вдавливающее в пол. Натали сложно было представить, что с этой доминой кто-то сможет ужиться под одной крышей. Но модель читала несколько работ писательницы Ребекки Крейг и если верить новостям в социальных сетях, у этой семьи растут двое прекрасных сыновей. Странно в этом то, что родила обоих мальчиков Ребекка. Семнадцатилетняя модель ничего не понимала в отношениях двух лесбиянок, поэтому не стала придавать значения тому, кто там рожает, а кто приносит в семью доход. У Натали в семье деньги зарабатывала мать, поэтому властные женщины не были для неё каким-то открытием.

– Натали, идём к нам! – окрикнула Катрина, и девушка прошла в гостиную.

В центре зала стоял большой круглый стол, заваленный бумагами с разными чертежами и тряпками разнообразных цветов. Натали быстро сообразила, судя по тому, что вся гостиная была заставлена манекенами, это съёмная квартира была личным рабочим местом Катрины Лоусон. Кроме бумаг, чертежных принадлежностей и лоскутов ткани на столе стояла бутылка красного полусладкого вина и три бокала. И все были наполнены вином.

Натали осторожно подошла к женщинам и заметила на столе рисунок нижнего белья, вызывающего столько вопросов, что модель не удержалась и взяла бумагу в руку, пытаясь понять, какая женщина вообще это наденет.

– А что это такое? – спросила она. – Почему здесь вырезаны дырки для сосков, а на трусах такой разрез между ног? Это такой новый стиль?

Женщины переглянулись, и в один голос засмеялись.

– Это эротическое бельё, – сообщила Анора. – Такие вещи продают в магазинах для взрослых. Тебя туда ещё не пустят.

– Это моя новая линейка белья, Натали, – добавила Катрина. – Я пригласила Анору, чтобы спроектировать нижнее бельё для эротических игр. Мужчинам это нравиться.

– Хотите сказать, что я буду позировать вот в этом? – нахмурилась Натали.

– У тебя будет несколько фотосессий на эту тематику, – ответила Катрина. – Но на подиуме ты продолжишь ходить в обычных наборах белья. Можешь не волноваться на этот счёт.

Как тут не волноваться, если придется фотографироваться вот в этом? Одно дело сниматься только в трусах с отрытой грудью, но натягивать на себя эту пошлость Натали не хотела. Модель зачем-то провела параллель между эротическим бельём и вчерашней сессией в студии Джека Палмера. Эти мысли вызвали легкое возбуждение. Хоть Джек и не был красивым мужчиной, да и до Дерека ему далеко, но фотограф был вежлив с моделью и работал во много раз лучше тех, с кем ей приходилось работать в Париже.

И раз уж в голове промелькнул Джек, Натали вспомнила, что хотела ему написать на электронную почту. Она, следя за тем, что делают и о чём разговаривают женщины, вытащила из сумочки телефон, залезла в сеть и нашла ссылку на сайт Джека Палмера. Отыскать его электронную почту было легко. Натали быстро перешла по ссылкам и отправила сообщение о том, кто она и что он обещал ей фотографии. Видимо, фотограф ждал этого письма или просто находился в сети. Он ответил в течение нескольких минут. Поздоровался и выслал первую пачку фотографий. Натали послала ему воздушный поцелуй и принялась рассматривать свои снимки, сделанные вчера.

Женщины долго обсуждали между собой направление эротического белья и только к десяти часам вечера нашли общий язык, допили бутылку вина и Анора, признавшись, что у неё сегодня назначено свидание с женой, засобиралась домой. Всё это время, весь вечер, Натали сидела на диване, читала новости в социальных сетях и вообще не вмешивалась в дела Катрины Лоусон.

Проводив подругу и закрыв дверь, Катрина вернулась в гостиную и снова окунулась в работу, перебирая бумаги из стороны в сторону.

– Как тебе мой новый проект? – спросила она у скучающей модели.

– Не знаю, – с безразличием ответила Натали. – Я никогда не носила, и не буду носить эротическое бельё. Это ваш проект, поэтому разбирайтесь сами.

– Не зарекайся, – хихикнула Катрина. – Вот выйдешь замуж за богатого мужчину и начнешь выполнять все прихоти избалованного мужа. Мужья, они ведь как дети, которые хотят всё самое красивое и самое лучшее.

– Я пока замуж не тороплюсь, – заявила Натали. – Кстати, раз уж вы закончили, может быть, я вызову такси и поеду домой? Вам ведь, наверное, надо поработать в тишине.

Катрина улыбнулась, отложила все бумаги и прошла к двери, за которой была дамская комната и ванная.

– Хорошая попытка, – сказала она, – но сегодня ты останешься со мной. Я сейчас приму душ и мы поиграем.

Натали закатила глаза, делая вид, что слова этой подлой женщины не имеют никакого значения. Но стоило Катрин закрыться в ванной и включить воду, как модель вскочила с дивана и пошла в сторону парадной двери. Она хотела сбежать, а уже потом разбираться в том, кто и кого уволит. Но, к сожалению, дверь была закрыта не только на замок и цепочку, но и на ключ, который, видимо, Катрина забрала с собой в ванную. Выход к отступлению был закрыт.

Натали не могла сбежать, поэтому вернулась в гостиную, положила мобильник на стол, а сама села на диван, скрестив руки на груди и вслушиваясь в то, как в ванной льётся вода. Катрину не было слышно, но она была там и модель об этом знала. Оставалось дождаться, когда женщина примет ванну и выйдет, чтобы расставить всё на свои места.

Для Натали было нонсенсом заниматься любовью с женщиной. Даже женатый мужчина, не будь это настойчивый Дерек Лоусон, остался бы в пролете. Но ладно, с Дереком всё вышло хорошо, даже прекрасно. Однако модель не хотела ещё глубже влезать в постельные утехи этой супружеской пары. Если позволить им и дальше себя шантажировать, они просто сядут на шею и не слезут ещё лет десять. А жить под таким гнётом десять лет сплошное безумие. Лучше просто уволиться, пусть по статье, рассчитаться с долгами, продав подаренную матерью квартиру, взяв несколько кредитов и навсегда избавиться от этого семейства.

Но чем больше Натали думала о продаже квартиры, кредитах и долгах, тем меньшей ей нравилась эта идея. С такими долгами можно встрять не только самой, но и круто подвести родителей, которые вообще не имеют отношения к тому, что их глупая дочь подписала этот глупый контракт.

Вскоре дверь ванной открылась и в гостиную выглянула Катрина.

– Натали, иди сюда, – подозвала она.

Модель тяжело вздохнула, засунула за пазуху гордость, встала с дивана и покорно пошла к своей нанимательнице. Дойдя до ванной, Натали увидела голую и мокрую женщину. Катрина приняла ванну, но не стала мочить волосы.