Трагедии - Еврипид

(указывая на неподвижную Гекубу)

Да вот она, Талфибий, темной ризой

Отделена от мира — на земле...

Талфибий

(после некоторой паузы)

О Зевс! О, что скажу я? Соблюдаешь

Ты точно ль нас? Иль даром ты почтен

490 От нас такою славой, а поставлен

Над смертными лишь Случай?

Здесь, в пыли,

Жена царя Приама, златоносных

Фригийских гор царица... Эта? Нет!

Невольница и дряхлая, детей

Пережила она. Пред ней и город

Пал, копьями расхищенный, — и вот

Она лежит, главою злополучной

Мешая пыль. Увы! И я — старик;

Но если там, в остатке жизни, скрыта

Такая же постыдная судьба,

Так умереть бы поскорей...

(Подходит к Гекубе и, склонившись над нею —)

Старуха,

Встань, бедная! Ну, хоть приподнимись!..

Пауза.

500 Хоть голове-то дай расстаться с пылью...

Гекуба

(не вставая)

Кто не дает покоя и убитым?

Кто б ни был ты, не рушь меня, скорбящей.

Талфибий

Талфибий я. Данайский я глашатай,

А за тобой Агамемноном послан.

Гекуба

(поднимаясь и точно проснувшись)

О лучший друг! Не правда ль, ты принес

Решение ахейское — на гробе

Зарезать и меня? Как хорошо!

О, поспешим! Показывай дорогу.

Талфибий

Нет, женщина. Я здесь — сопровождать

Тебя к твоей покойнице. Ты можешь

Похоронить ее. Атриды с тем

510 Меня прислали и народ ахейский.

Гекуба

Так что же я услышу? Значит, смерть

Отсрочена опять? О вестник бедствий!

(Закрывает лицо руками. Пауза.)

И ты, о дочь оторванная, — смертью

Сиротство ты усилила мое.

(Пауза. Потом Талфибию.)

Но кончили вы как же с ней? Была ль

Хоть жалость в вас? Иль ужас был и злобен?

Хоть горько слышать — все же расскажи.

Талфибий

(не сразу)

Два дара слез над мертвою... Ну что же?

Послу и то награда... Оросят

520 Они лицо опять... И там — я плакал.

Громада сил ахейских у холма

Ахиллова, где дочь твою для жертвы

Готовили, — блистала полнотою.

Пелидов сын, касался руки

Царевниной, на холм ее поставил.

Я, как тебя, теперь их видел. Шли

И юноши отборные за ними,

Чтоб твоего детеныша держать

В минуту содроганий. Следом кубок

Из золота литой и полный царь,

Обеими руками взяв сначала,

Потом одной возносит и отцу

Готовится свершить он возлиянье.

530 Он знаком мне велит призвать народ

К молчанию, а я, в ряды вмешавшись,

Так говорю: «Молчание... молчи,

Ахейский люд... Молчите все...» Толпа

Застыла, как под штилем... Зазвучали

Слова Неоптолема: «О Пелид,

О мой отец, те чары, что приводят

К нам мертвецов, ты не отринь. Явись

Ты девичьей напиться крови чистой;

То войска дар и сына. Ты ж за это

Открой дорогу кораблям, узду

540 От них вручи ахейцам, чтобы легок

Наш был возврат и всем увидеть дом!»

Так вот слова его. А войско кликом

Венчало их.

Тут, взявшись за эфес,

Царь меч извлек сияющий. А свите

Отборной он кивает, чтоб схватила

Она юницу. Ею царский знак

Уловлен был, и речь ее ответом

Была к толпе: «Вы, Аргоса сыны,

Что город мой разрушили! Своею

Я умираю волей. Пусть никто

Меня не держит. Я подставлю горло

Без трепета. Но дайте умереть

550 Свободною, богами заклинаю,

Как и была свободна я. Сойти

Рабынею к теням царевне стыдно».

И смутный гул покрыл слова.

А царь

Агамемнон сказал: «Освободите».

И, царское приявши слово, дочь

Приамова от самого плеча

И по пояс свой пеплос разорвала,

560 Являя грудь прекрасней изваяний.

Потом, к земле склонив колено, так

Сказала нам она отважно: «Вот,

О юноша, вот — грудь моя, коль хочешь

Разить ее, ударь; а если шеи

Возжаждал нож, — мое открыто горло».

И, жалостью объят, Неоптолем,

Невольной волей движимый, дыханью

Ударом быстрым пресекает путь.

Потоком кровь из раны льется. Дева ж —

Последний луч — старается упасть

Пристойно и скрывает, умирая,

570 То, что должно быть тайной для мужей.

Но только вздох последний отдан, мигом

В движенье все приходит: те бегут,

Умершую листами покрывают,

А те костер готовят и еловых

Туда несут вязанки сучьев; если ж

Кто ничего не делает, тому

Со всех сторон кричат: «Лентяй, негодный!

Чего стоишь? Убора ль не припас?

Иди сейчас и дар готовь — почтить

580 Великое, бестрепетное сердце».

Вот, женщина, о дочери твоей

Что говорили там покойной. Если

Между детьми твоих прекрасней нет,

Нет и тебя меж матерей несчастней.

Корифей

Клеймо беды на городе и вас,

Рожденные Приамом, боги выжгли.

Гекуба

О дочь!.. Но сколько ж бед передо мною?

Коснись одной, — глядишь, впилась другая,

А новая к себе влечет... Никак

Не выпустят из очереди сердца...

Страдание твое с ума нейдет —

590 Я не могу не плакать. А ведь как бы

И скорби-то не стихнуть от вестей

Такой прекрасной смерти!

Если нива

С бесплодною землей орошена

И вовремя согрета небом, может

Она родить сторицей. А другие,

И тучные порой, неурожай

Постигнет от погоды. Между смертных

Совсем не то. Порочный только злым

И может быть. А добрый — только добрым:

Несчастия не властны извратить

Природный дар. Ну, а заслуга чья же?

Родивших ли иль тех, кто воспитал?

600 О, воспитанье много значит. Если

Кто обучен