Трагедии - Еврипид

И правая, по-вашему? Ребенок

Мой ни при чем тут все-таки. Пускай

Елены бы потребовал для гроба

Заколотой Пелеев сын: она

Его влекла под Трою и сгубила...

А если меч ваш выбирал красой

Меж пленными отмеченную, также

270 На нас он не падет. Тиндара дочь

И прелестью всех выше, и рожденьем,

Пусть, грешная, не уступает нам.

Вот мой ответ, о царь, на вашу правду.

Теперь пойми, чего Гекуба ждет,

Возмездия какого за услугу.

Ты подтвердил, что ты руки моей

И щек моих с мольбой касался старых,

Я то же делаю теперь.

Знаки мольбы. Одиссей стоит довольно спокойно, только слегка пожимая плечами.

И жду

Я милости возвратной. Нет, ребенка

Не вырывай из рук моих, ножа

К ее не подносите шее. Мертвых

Вокруг меня с избытком. В ней одна

Утеха, царь, и стольких передышка,

280 О, стольких мук... Все в ней одной теперь:

И город, и кормилица, и посох,

И поводырь. Ты — сильный, только сил

Не отдавай дурным страстям. Ты счастлив,

Но разве счастье вечно? Вспомни — мой ли

Завиден не был жребий? А гляди...

День, день один все счастье отнял...

Сжалься ж,

О борода,[273] молящую почти.

Ступай назад к ахейцам, объясни им,

Разубеди: ведь оскорблять богов,

Убивши жен, которых уж когда-то

290 У алтарей простили... Сжалься... Сжальтесь...

Свободного ль, раба убить — у вас

Ведь равный грех, не правда ли?[274] Ты властен:

В дурном и то ты убедил бы их...

Из царских уст или из уст безвестных

Одна и та ж звучит различно речь...

Корифей

Природы нет такой между людскими

Бесчувственной, чтоб на твои стенанья

И вопли не ответила слезой.

Одиссей

Ты ослепить дала себя, Гекуба,

Разгневанному сердцу — оттого

300 Разумные слова считаешь злыми.

За свой успех готов я уплатить

И тою же монетой. Повторяю

Тебе слова я эти, но и тех,

Произнесенных мною всенародно,

Я не возьму назад. А я сказал:

«Когда себе потребовал царевны

Тот, между нами первый, так нельзя ж

Нам отказать ему». Не горе это,

Когда один почет между людей

Что истинно достойному, что прочим.

Был истинно достоин Ахиллес,

310 И умер он прекрасно за Элладу.

Так не позорно ль было бы ему

При жизни льстить, как другу, а едва лишь

Глаза закрыть успел — из счета вон.

Ведь этак-то, случись опять созыв

Военных сил, гляди в глаза сраженье,

Пожалуй и задумается кто,

Увидевши, какой почет убитым, —

Уж выступать ли, полно, поберечь

Не лучше ль жизнь? Да взять меня. Покуда

Я жив — мне много ль надо? Ну, а гроб

320 Я бы хотел почетный... Нашей славы

Предел далек...[275]

Ты говоришь, жена,

Что твой плачевен жребий. Но не меньше

Несчастные старухи и у нас,

И старики такие ж, и невесты,

Чьих женихов покрыла Иды пыль, —

Каких мужей покрыла! Духом падать

Ты не должна. Пойми: не слыть же нам

Невеждами, отказывая мертвым

В забвении небрежно. Да, у вас,

У варваров, нет уваженья к дружбе,

330 Вас славная не восхищает смерть —

Мы ж, эллины, тем держимся. И вот

Что принесли, жена, вам ваши мысли.

Корифей

О рабство! Зла-то что в тебе, увы!

Чего, врагом осилена, не терпишь!

Гекуба

Увы... О дочь... Бесплодные слова

Рассеялись в эфире, нож не спрятан.

Искуснее меня ты, может быть,

Окажешься... Попробуй, Поликсена!

На все лады уста, как соловей,

Настраивай, чтоб не лишали жизни.

В слезах прильни к его коленям, дочь,

340 Умаливай, — он сам детей имеет:[276]

Дочерней ли не тронется судьбой?

Поликсена

(видя, что Одиссей отшатнулся и, потупясь, прячет правую руку под плащ)

Я вижу, грек, как под одеждой руку

Ты затаил и отвернул лицо:

Ты, кажется, боишься, чтоб ланиты

С мольбой я не коснулась. Успокойся.

И «Зевса нищих»[277] имени не жди —

Из царских уст. А за тобой пойду я

И оттого, что надо, и затем,

Что умереть сама хочу. Довольно

Вам слабых жен, жизнелюбивых жен.

Да и на что мне жить? Престолом мира

Фригийского гордился мой отец;

350 Все в жизни ниже власти. Вырастала

Я для царей невестой — чей очаг

Я пламенем бы оживила, верно,

Был зависти б достоин. Между дев

Сияла я, как бог — не вечный только.

И я — раба... Не правда ль, самый звук,

Коль не родился с нами он, то смерти

Таит в себе желанье? А господ

Узнай-ка нрав заранее! Дикарь

360 Какой-нибудь, купив меня, заставит

Варить себе похлебку, дом мести,

У челнока поставит ту, что Гектор

Сестрою звал и столькие... А день

Окончится томительный, и ложе

Мне купленный невольник осквернит, —

То ложе, что царей манило. Нет!

Свободными смежу глаза я, тело

Аиду отдавая. Уводи же,

И кончите со мною, Одиссей.

370 На лучшее надежды нет, и ждать

Мне нечего и незачем бороться.

Ты, мать моя, нам не мешай: ни слов,

Ни дел твоих не нужно больше; молча

Желание дели, чтоб порвалась

Цепь жизни и позора. Если губы

Еще едва смочила горечь, нам

Больнее и ярмо на шею. Право,

Счастливее и мертвый иногда,

Чем мы, живые. Жить без славы — трудно.

Одиссей стоит, опустив глаза, видимо тронутый словами Поликсены.

Корифей

О, меж людей на благородном знак

380 И грозный и красивый. Если доблесть