Кофе по-турецки - Джавид Алакбарли

Но даже Босфор не был посвящён в ту тайну графа-гуляки, что вынудила его начать раз в год посещать могилу своей бывшей жены. Для этого он всегда выбирает тот день, когда он впервые её увидел. Всегда приносит на кладбище четыре одинаковых букета. И просиживает здесь практически весь день. Это его паломничество началось с того времени, когда он получил письмо из греческого монастыря. От женщины, которая уже давно прекратила свою певческую карьеру и постриглась в монахини. Узнав о смерти его бывшей жены, она написала графу очень длинное и весьма сумбурное письмо.

В этом послании она, в деталях и подробностях, пересказывала свою поездку в Бюро, беседу с его женой и практически слово в слово воспроизводила то письмо, которое она заставила написать ему.

— Я была уверена, что спасаю тебя. Дарю тебе возможность жить дальше. Хорошо и счастливо. Без этих кандалов на ногах в виде этой безумно влюблённой в тебя, восторженной девчушки. Жизнь показала мне, что я совершила поступок, который являлся ужасным преступлением по отношению к вашей любви. А это был грех. Непростительный грех. Я разлучила вас, но не смогла уничтожить вашу любовь. Уверена, что ты до сих пор любишь её, а она сошла в могилу, храня в своём сердце море любви к тебе. Так любить можно лишь раз в жизни.

Я не прошу у тебя прощения. Такое нельзя простить. Пишу лишь потому, что уверена в твоём праве знать истину. Пытаюсь в молитвах искупить свою вину. И знаю, что всё это не поможет мне. И в Судный день мои грехи не будут прощены.

Это письмо он сжёг в своём камине. Как мерзость. Как нечто, что недостойно того, чтобы пребывать в том пространстве, где он обитает. Как свидетельство того, на что способно коварство тех людей, которые часто уверяют себя и нас в том, что они желают нам добра. Но ведь там, где вступает в права большая любовь, грань между добром и злом, в понимании и трактовке обывателей, становится такой призрачной.

Граф проводит в Стамбуле всего три дня: день приезда, день отъезда и день на кладбище. И старается избегать встреч с Босфором. Просто потому, что тот напоминает ему о тех днях, когда он был настолько счастлив, что просто не понимал этого.