Четвертый рубин - Джеймс Р. Ганнибал

Тележка врезалась в ступени у входа, и Джек вылетел из неё, но успел выставить плечо и сбил профессора с ног. Оба покатились через порог на середину усыпальницы.

– Лежать! – рявкнул Джек, вскакивая первым и наставляя меч. – Не двигаться!

Он глянул на ноги профессора, но фотонных двигателей не заметил – видимо, они остались у входа вместе с курткой, туфлями и носками. Профессор лежал, прислонившись спиной к беломраморному постаменту, – босой, в одних шерстяных шароварах и золотой кольчуге с треугольником из рубинов. Гнездо в центре оставалось пустым.

На постаменте покоился саркофаг, а позади него с потолка спускалась водяная завеса. Бронзовая крышка со скульптурной фигурой великого правителя была чуть сдвинута. В изголовье и в ногах высились два бронзовых шеста с бунчуками из конских хвостов – один чёрный, другой белый.

– Чёрный – для войны, белый – для мира, – произнёс Таннер, кивая на шесты по очереди.

– Я сказал: не двигаться! – повторил Джек, дёрнув мечом.

Однако профессор не выказывал никаких признаков страха.

– Люди, подобные Чингисхану и Тамерлану, хорошо понимали, что без войны не будет и мира, Джек. А живым куда лучше и безопаснее, когда ими правит железная рука.

– Заткнись! – Джеку сейчас было не до пустых разговоров. Покалывание и онемение усиливалось с каждой секундой, и он не знал, сколько ещё сумеет продержаться. – Сними с себя эту штуку – медленно! Хоть мизинцем в мою сторону двинешь – горло перережу!

Таннер рассмеялся, его смех странно сливался с гулом в голове.

– Не перережешь, Джек.

– Хочешь проверить?

Он протянул было руку, чтобы приставить клинок к шее профессора… но рука протягиваться не захотела. Меч остался неподвижен, хотя профессор и в самом деле не шевельнул даже мизинцем.

– Ты не понял меня, мальчик… – Таннер спокойно поднялся на ноги, будто из кресла в гостиной. – В тебе достаточно тьмы, чтобы заколоть меня, в этом я не сомневаюсь, но не хватит сил преодолеть мою власть.

Профессор разжал кулак – четвёртый рубин лежал у него на ладони. Сомнений Джек не испытывал и прикладывал все усилия, чтобы проткнуть своего бывшего наставника. Мышцы, однако, повиноваться не желали. Таннер шагнул ближе и провёл пальцами по лезвию меча, словно приглашая себя порезать.

– Четвёртый рубин, – продолжал он, – заключает в себе силу всех остальных – это живое сердце камня. Просто держа его в руке, я могу управлять малейшими сокращениями твоих мышц гораздо эффективнее, чем с помощью рубина Тимура.

Подтверждая его слова, рука Джека двинулась против воли и поднесла клинок к его собственному горлу. Он попытался остановить её другой рукой, но та словно застыла. Не слушались и ноги – Таннер контролировал всё тело. Где-то в глубине сознания вдруг зародилась мысль убить себя. В самом деле, ведь пожертвовать собой ради Таннера – это хорошо, это правильно! Джек почти успел поверить, но профессор усмехнулся:

– Ну как, слышишь? Чувствуешь желание повиноваться? Действие рубина Чёрного принца – лишь слабый отзвук этой власти. Повинуясь ей, множество врагов Тэмуджина обратились против собственных народов и повели своих воинов на убой ради его интересов. Верность слепая, не рассуждающая – вот что мне ныне подвластно!

На лбу у Джека выступил пот. Он глухо застонал, борясь с овладевающей им чужой волей.

– Даже не пытайся, мой мальчик. Ты просто не знаешь, как с этим справиться… а жаль. Вся мудрость тысячелетий находится рядом с тобой – вот здесь, в моей руке, – та самая, что сводила с ума владельцев российского рубина, потому что была неполной. Теперь другое дело – я обладаю ею целиком!

Таннер прищурился, и лезвие меча упёрлось Джеку в горло.

– Джек! – донёсся снаружи отчаянный голос девочки. Таннер бросил взгляд на вход, и Гвен застыла на ступенях как вкопанная. Голос превратился в хриплый шёпот, как будто её душили: – Д-джек…

Меч надрезал кожу. Острая боль вспыхнула в мозгу ярко-красным сигналом тревоги, и что-то внутри внезапно откликнулось – не рефлекторным сокращением мышц, которыми по-прежнему управлял Таннер, а как-то иначе… по-искательски? Бессознательно, инстинктивно Джек вытягивал энергию из алого шара, сжатого в кармане левой рукой. Освежающая прохлада разливалась по телу, змеясь бурлящими ручейками силы. Джек зарычал, могучим усилием отводя от горла клинок. Самодовольная ухмылка Таннера дрогнула и растаяла, сменившись панической гримасой.

– Стоп! Но как… Я приказываю!

Перед глазами у Джека сгущался серый туман, звон в ушах нарастал, миллионы иголочек кололи кожу, проникая всё глубже, угрожая разъять плоть на молекулы и рассеять в пустоте. Но в то же время власть над телом мало-помалу возвращалась. Тратить время на предупреждения Джек не стал. Развернул меч и нанёс удар, целясь маньяку в грудь.

– Нет! – успел выкрикнуть Таннер с искажённым лицом, впечатывая последний рубин на место.

Словно притянутый мощным магнитом, клинок ударил точно в середину треугольника, в центральный камень. Усыпальницу залил слепящий свет.