Бюро находок - Джеймс Р. Ганнибал

Тяжёлые шаги прервали размышления Джека. Их звук отдавался в голове так, будто в воду падали шары для боулинга.

— Кто-то идёт! — шепнул он. Из-за поворота другого коридора, выходящего в зал, на деревянный пол упала длинная тень. — Кто-то очень большой!

Гвен подскочила к стене и толкнула панель между полками:

— Все туда, живо!

Не успел Джек скрыться вслед за девочками, как в зал шагнул огромный мужчина в фирменной твидовой куртке. Он был такой высокий, что под арочным входом ему пришлось пригнуть свою голову размером с баскетбольный мяч. К счастью, она повернулась в сторону Джека, когда Гвен уже закрывала за ним потайную дверь.

Девочка поспешно замотала фонарь своим тёмным шарфом и сделала страшную гримасу:

— Хочешь, чтобы нас поймали?!

Тяжёлые шаги приближались. Остановились совсем рядом… Все затаили дыхание. Наконец шаги снова зазвучали, но уже удаляясь. Скрипнула бронзовая дверь — твидовый гигант вышел в пещеру.

— Министерство знает, что мы здесь, — выдохнул Джек, — нас ищут!

— Ищут только Сейди. — Гвен сняла шарф с фонаря и осветила лестничную площадку. Деревянные ступеньки уходили вверх и вниз, слегка поворачиваясь и исчезая из виду. — Твоя сестра сбежала, едва миссис Хадсон отвернулась, помнишь?.. Тем не менее этот дежурный обязательно вернётся: из-за проделок Шоу пути через мост больше нет. — Она вернула Сейди фонарь, взяла малышку за руку и стала спускаться по ступенькам. — Это так называемая Большая лестница, она обвивается вокруг всей Цитадели сверху до самого нижнего яруса, где и находится, я думаю, тот самый заветный «шкафчик».

Много-много ступенек спустя впереди показалась новая лестничная площадка, а следующий пролёт начинался на несколько шагов ближе к центру подземной башни, возле двери с надписью: «ШЕСТОЙ ЯРУС». Гвен объяснила, что Цитадель сужается книзу наподобие перевёрнутого свадебного торта.

— Интересно, а много здесь этих ярусов? — спросила Сейди.

— Двадцать шесть, но разной высоты. Есть один, в котором больше десятка этажей.

Джек прикинул, на сколько ещё ступенек предстоит спуститься, и тяжело вздохнул.

— И что, даже лифта нет никакого?

— Держись, Джек! — усмехнулась Гвен. — В тебе же течёт британская кровь! Во всех лифтах есть камеры слежения, не проедем и одного яруса, как набегут дежурные.

— А как насчёт внутренней лестницы? Она хотя бы прямее должна быть, не в обход же идти!

Гвен приостановилась, обернувшись через плечо.

— Джек, этой башне три сотни лет, и она набита самыми опасными артефактами, которые только встречались в истории человечества. Внутри настоящий лабиринт — пробираться через спецхранилища почти равнозначно самоубийству. — Она двинулась дальше вместе с Сейди. — Лучше уж здесь, по Большой лестнице, зачем дразнить гусей! Спустимся за Искрой, поднимемся назад — и всё шито-крыто.

Как выяснилось, насчёт высоты ярусов Гвен нисколько не шутила. Десятый, казалось, не кончится никогда. Пролёт за пролётом, площадка за площадкой, но менялись только обозначения на дверях — 10а, 10б, 10в… За этажом 10ж свет фонаря впереди стал матово-жёлтым. В воздухе сгущалась влажная дымка, источник которой оказался ниже, — из-под двери 10к просачивался густой сероватый туман, клубами стекая по лестнице.

— Гвен, что там?

— Весь десятый ярус — тренировочное поле, — объяснила она, погружаясь шаг за шагом в мутную пелену. — Размером не меньше первоклассного поля для крикета^[32]. Министерство готовит здесь агентов и проводит ежегодные Искательские игры.

— Игры? — оживилась Сейди.

Гвен снисходительно улыбнулась и ответила:

— Министерский регламент, том первый, раздел шесть, правило девятнадцать: «Соревнование рождает совершенство». На нашем стадионе даже есть система искусственной погоды: ночной туман, осенний дождичек и так далее, на любой вкус.

Наверное, насчёт дождичка Гвен всё же пошутила, но смеяться Джеку сразу расхотелось. В туманных глубинах лестницы сверкнули голубоватые огоньки и послышался низкий мелодичный гул, завиваясь в мозгу бело-синими спиральными лентами. Звук был знакомым ещё по Палате.

— Гвен!

— Я вижу. — Она остановилась, поднялась на ступеньку назад.

Джек оглянулся, но дверь, из-под которой выходил туман, была уже далеко — не успеть.

— Твой шарф!

— Не получится, Джек. — Девочка безнадёжно покачала головой, всматриваясь в сияющий ореол впереди. — Они слишком быстрые.

— Но не для меня. Давай, живо!

Он щёлкнул пальцами, протянул руку, и Гвен вложила в неё сложенный петлёй шарф.

Из тумана вынырнул дрон, отливая бронзой и сверкая голубыми огоньками. Качнулся и застыл в воздухе на уровне глаз, подёргиваясь вверх-вниз, словно мерил взглядом. Джек тоже замер, стараясь открыть чувства и сложить ощущения в объёмную картинку. Каждое движение дрона сопровождалось почти незаметными изменениями в направлении и цвете пламени. Всё можно отследить, не так уж и сложно.

Гвен поднялась по ступенькам назад, прижимая к себе Сейди.

— Скорее, Джек, пока он про нас не сообщил!

Чёрно-фиолетовый вязаный хлыст щёлкнул в воздухе, зацепившись за лапу дрона. Джек потянул шарф к себе, но машина оказалась на удивление мощной и сама подняла его в воздух.

— Гвен! — крикнул Джек, извиваясь в клубах тумана.

— Держу! — Она подпрыгнула и схватила его за ноги, но дрон продолжал подниматься, удерживая вес обоих.

Тем не менее манёвренность летательного аппарата резко снизилась, и это дало Джеку преимущество. Он дёрнул за шарф изо всех сил, дрон помедлил, рванулся вбок и врезался в стену. Голубые огоньки потускнели, машина теряла высоту. Джек больно ударился спиной о ступеньку, но шарф не выпустил. Вскочил и сильным взмахом руки отшвырнул противника к другой стене. Разбитые вдребезги детали дрона загремели по ступенькам. Гвен злорадно припечатала их каблуком.