Огненное крыло - Кеннет Оппель

До детеныша оставался лишь один взмах крыльев.

— Гриффин! Гриффин Сереброкрыл!

При звуке своего имени Гриффин вздрогнул — было что-то странно знакомое в самом голосе, хотя он был уверен, что никогда раньше его не слышал. Кто здесь знает его имя? Луна, молчащая рядом, еще Фрида.

— Гриффин!

Зов был таким настойчивым, умоляющим, что он чуть не ответил, но все-таки не решился.

— Я твой отец! Гриффин! Где ты?

Его отец? Это не могло быть правдой. Его отец на земле, в Каменной Крепости, вместе с другими самцами; он даже не знает о землетрясении около Древесного Приюта.

— Луна, — прошептал Гриффин. — Ты слышишь это? — Но она не ответила и по-прежнему смотрела вниз.

Из туманной пелены света появился сереброкрыл. Он был еще довольно далеко и летел вдоль потолка, рассматривая висящих летучих мышей и снова и снова выкрикивая имя Гриффина.

Наверное, это только мираж. Просто он видит то, что хочет, — как Луна. Он смотрел, как сереброкрыл приближается, потом поворачивает, чтобы искать в другом конце пещеры, и удаляется от него. Сердце Гриффина сжалось. Он не смог удержаться, сорвался с потолка и осторожно полетел следом за сереброкрылом. Он, однако, не звал и не откликался. Просто наблюдал.

Сереброкрыл вдруг резко развернулся и увидел его. Он уставился на Гриффина и затем устремился к нему так быстро, что Гриффин резко затормозил и рванулся в сторону.

— Гриффин, что с тобой?

Гриффин осторожно кружился поодаль.

— Ты настоящий?

— Я тбой отец!

Гриффин посмотрел на загипнотизированных летучих мышей, висящих под потолком.

— Каждый здесь что-то видит. Может, у меня тоже видения, И откуда мне знать, как ты выглядишь? Я никогда не встречал тебя.

— Да… это правда. — Сереброкрыл был радостно возбужден. — Но ведь твоя мама, наверное, рассказывала тебе обо мне!

Не приближаясь слишком близко, Гриффин попытался найти в этой взрослой летучей мыши сходство с собой. Он видел свое отражение в ручье, в каплях воды, и у него было смутное представление о том, как он выглядит. Он был ничуть не похож на эту летучую мышь — или мираж, он по-прежнему не был в этом уверен.

— Я думал, Шейд больше, — сказал Гриффин подозрительно. Он знал, что его отец был недомерком, но в его воображении Шейд всегда был внушительной фигурой, почти гигантом. А эта летучая мышь могла быть кем угодно.

— Нет, для меня это нормальный размер, — с тихим смехом сказал сереброкрыл.

— Докажи, что это ты! — потребовал Гриффин.

— Кто еще пришел бы сюда, чтобы спасти тебя?!

— Если это действительно так, ты должен знать о Шейде все, — заявил Гриффин.

— Ладно, спрашивай!

— Хорошо, дай подумать. В человеческом городе Шейда преследовали голуби. Сколько их было?

— Их было… ну, по-моему, шесть.

— А я слышал, что их было девять!

— Ладно, это было так давно, но я совершенно уверен, что их было шесть.

— А другие детеныши рассказывали, что их было девять, — упрямо настаивал Гриффин.

— Я был там!

— Ты? — скептически протянул Гриффин. — Я хочу знать вот о чем. В южных джунглях с каким первым существом сражался Шейд?

— Перестань говорить обо мне, будто меня здесь нет!

— Так ты не знаешь ответ? — спросил Гриффин.

— Это был гигантский жук с зазубренными клешнями.

— Ладно, это правильно, — сказал Гриффин. — Я задам еще один вопрос. Сколько жуков там было?

— Только один.

— Неправда! Их было пять. И Шейд убил их всех, а Чинук ему помогал.

— Нет, там был только один, — со вздохом сказал незнакомый сереброкрыл.

— Если ты Шейд, как получилось, что ты не знаешь? А я знаю. Я знаю про Шейда все истории. Детеныши только об этом и говорят — Шейд то, Шейд се.

— На самом деле жука убил Чинук, а не я. Эти рассказы многое преувеличивают.

— Расскажи мне, как Шейд встретил Марину, — упрямо сказал Гриффин.

— А я-то думал, это я подозрительный!

— Здесь нельзя быть слишком осторожным, — фыржнул Гриффин. — Продолжай.

— Я встретил ее на острове, после того как меня унесло в море во время шторма. Твоя мама висела на ветке рядом со мной, а я не заметил ее, потому что выглядела она в точности как яркий осенний лист.

Гриффин не смог удержать улыбки.

— Это правильно. — Он насупился. — Но любой может узнать эту историю.

— Гриффин!

— Последний вопрос. Как вы собирались назвать меня, если бы я родился девочкой.

— Ну, я хотел назвать тебя Авророй… Гриффин напрягся.

— …но твоей маме нравилось имя Селеста. Поэтому решили, что будет Селеста.

Гриффин почувствовал, как напряжение разом исчезло. Он осторожно приблизился, и впервые с тех пор, как он попал в это место, его ноздри ощутили запах живого существа. Его сердце забилось так быстро, что ему было трудно дышать. Он обнял отца и на мгновение уткнулся ему в шею. Почувствовал запах семьи, его собственный запах. Чудесное тепло — не пугающий холод смерти — окружало его, он слышал сильное биение сердца своего отца. Гриффин почувствовал крыло Шейда на своем плече и заплакал. Он плакал от облегчения и счастья. Теперь все будет хорошо. Его отец здесь. Герой Шейд Сереброкрыл. Ничто не может теперь причинить ему зла.

— Как чудесно, — всхлипывал он. — Я так рад…

— Я боялся, что не смогу найти тебя, — сказал отец. — Боялся, что никогда тебя не увижу.

Они нашли укромное местечко и повисли рядом на уступе стены. Отец тихо засмеялся.

— Докажи, что это ты, — сказал Шейд, передразнивая сына. — Твоей матери это понравилось бы.

Гриффин только улыбнулся, наслаждаясь теплом отцовского тела. Впервые в жизни его сознание было ясным и спокойным. Но это продолжалось слишком недолго.

— Нам надо выходить, — сказал Шейд. — Туннель, через который ты упал, сейчас как раз над нами. Мы сможем выбраться наружу.

— Ты думаешь, у нас получится? — Гриффин вспомнил, как трудно было долететь до каменного небосвода. — Ведь там ветер.

— Мы вернемся в Древесный Приют к твоей матери раньше, чем наступит полночь.

Гриффин кивнул, и вдруг вспомнил.

— Здесь Луна, — сказал он.

— Твоя подруга. Я знаю, что случилось. Гриффин отвел глаза.

— Я не могу оставить ее.

— Она не может пойти с нами, Гриффин.

— Почему?

— Как только Луна достигнет поверхности, она растворится в воздухе и ее затянет обратно. Это было бы слишком жестоко. Она должна лететь к Древу.