На берегу Тёмного моря - Эндрю Питерсон

Подо, не говоря ни слова, развернулся и направился к сараю.

– Дедушка, что же нам делать? – спросил Тинк.

Подо появился из сарая верхом на старом коне Данни, и вид у обоих был непривычный. Данни гарцевал точно боевой скакун, и грива у него развевалась как пламя. На нём без седла сидел Подо – с развевающимися от ветра седыми волосами и мужественно выпяченной грудью. Дедушка словно помолодел на двадцать лет и стал вдвое сильнее.

– Ждите здесь, – велел он.

– Но… – начал Джаннер.

– Ждите здесь! – рявкнул Подо. На шее у него вздулись жилы, а лицо стало алым. Он галопом поскакал по тропе, ведущей к городку.

Мальчики в благоговейном ужасе смотрели ему вслед.

27. Ловушка для Игиби

Лили было очень плохо. Она висела на плече у Сларба, как пучок порея. В этом положении ей ничего не удавалось разглядеть, кроме свесившихся собственных светлых волос да серо-зелёных чешуек на спине у Клыка.

Прохладное туловище Сларба было гладким и влажным, как листва поутру, хотя чешуя на ощупь, конечно, мало напоминала утреннюю росу. Клык издавал резкий запах, наводящий на мысль о компостной куче, куда Лили частенько носила объедки и овощные очистки.

Как ни странно, девочке вдруг стало жаль Сларба. У него, скорее всего, не было друзей, и он не мог избавиться от собственного запаха – ну разве что он к нему привык, однако Лили это казалось маловероятным.

Впрочем, от сочувствия не осталось и следа, как только девочка с ним заговорила.

– Тебе… это… с рук… не сойдёт, – сказала она в перерывах между толчками. – Мои… братья… и дедушка…

Сларб зарычал и так сильно сдавил когтистыми лапами ей ноги, что Лили вскрикнула и замолчала. Мальчики скоро заметят, что она пропала, а Малыш ещё никогда не подводил хозяйку…

Спустя некоторое время Лили начала думать, что лучше умереть, чем так вонять.

Сларб шагал вверх по склону, к Глибвудскому лесу, и Лили ничего не могла предпринять. Даже если бы ей удалось освободиться, она бы не убежала: костыль она выронила, когда Сларб её схватил. Да и с костылём Лили бы не перегнала Клыка.

Сларб полчаса шёл по полям и лишь иногда рычал на Лили, когда та пыталась с ним заговорить. Наконец он остановился в небольшой роще на опушке леса и принюхался.

Лили молча ждала, что будет дальше. Вряд ли он собирался тащить её в лес. Даже Клыки знали, что войти в чащу значит глупо умереть.

Сларб гнусно хихикнул и сбросил Лили на землю – так, что она ушиблась и до крови прикусила язык. Чувствуя во рту солёный привкус, девочка подавила слёзы, отвела волосы с лица и гневно взглянула на Сларба.

Кончик хвоста у ящера шевелился, вороша палую листву. Не считая этого шороха и хриплого дыхания Сларба, чёрные глаза которого без всякого выражения уставились на Лили, стояла тишина.

– С-скоро придут твои братья, – сказал Сларб и нырнул за ближайшее дерево.

На его чешуйчатой морде блуждала усмешка.

Лили лежала на земле и напряжённо размышляла. Сларб прав. Она хорошо знала своих братьев – они наверняка уже ищут её, но в кои-то веки Лили этого не хотела. Если их не убьёт Сларб – скорее всего, с ними расправятся лесные твари. Лили страшно боялась, что мальчики попадут в ловушку. Она огляделась и в нескольких шагах от себя увидела огромное скрюченное дерево. Лили подползла к нему и прислонилась к стволу.

Сларб резко обернулся на звук и зашипел. Длинный раздвоенный язык выскользнул из пасти и облизнул клыки.

Лили прижалась к стволу. Девочка знала, что Сларбу ничего не стоит её убить, поэтому она двигалась очень осторожно.

– Я здесь, господин Клык, я просто хотела сесть поудобнее…

– З-замолчи! – рявкнул Сларб. – Ваши пис-склявые голоса ещё хуже, чем ваша вонь!

Лили сидела молча, чувствуя, как у неё колотится сердце.

Несколько минут Сларб прислушивался. Он стоял, прислонившись к дереву, и, видимо, был готов прождать хоть сутки, если понадобится.

Голова у Лили шла кругом; девочка не знала, что делать. Одна мысль никак не оставляла её. «Хромай отсюда. Если надо, ползи – только не дожидайся, когда твои братья придут за тобой и погибнут». Лили понимала, что это глупо, но сидеть сложа руки было нестерпимо.

Она подалась вперёд. Сларб не обратил на неё внимания: склонив голову набок, он к чему-то прислушивался. Но как только Лили набралась храбрости, чтобы отползти в кусты, справа в зарослях раздался хруст.

«О нет!» – замерла она, уверенная, что это Джаннер и Тинк явились к ней на помощь.

Сларб бросился на шум.

Цепляясь за ствол, Лили встала.

– Бегите! – закричала она. – Это ловушка, бегите!

Она повернулась и заковыляла через подлесок, ожидая, что вот-вот за спиной раздадутся крики. «Может быть, я успела их предупредить, – подумала Лили. – Может быть, они сбежали, а может, спрятались и ждут, когда Сларб уйдёт подальше».

А может, они уже погибли.

Лили выбралась из зарослей и заковыляла в сторону городка. За спиной раздался яростный рык: Сларб продирался сквозь кусты в погоне за ней. Лили прибавила ходу, думая лишь о том, как скрыться от этого чудовища, и проклиная свою хромую ногу, Клыков и высокую траву, которая мешала идти.

Девочка зацепилась платьем за сучок и, обернувшись, увидела Сларба, который бежал к ней, оскалив жёлтые клыки. Тогда Лили свернулась в клубочек, крепко зажмурилась и стала просить у Создателя быстрой смерти.

28. В лесу

Мальчики, не обменявшись ни единым словом, подбежали к дому. Ния распахнула дверь и бросилась к ним навстречу.

– Где дедушка? Где Лили? – спросила она.

Едва отдышавшись, сыновья рассказали ей, что произошло. Ния бросила на Джаннера полный досады взгляд, от которого мальчику стало больно. В животе у него всё похолодело.

Ничего не оставалось делать – только ждать.

Так сказала и Ния. Судя по гордой осанке и расправленным плечам, она была сильно встревожена. Чем больше Ния боялась, тем решительней держалась.

Обняв мальчиков за плечи, она повела их в дом. Братья долго сидели у пустого очага, не говоря ни слова. Взгляд Джаннера блуждал по комнате, и всё, что он видел, напоминало ему о сестрёнке – коврик Малыша на полу, свистоарфа на каминной полке… Он со стыдом вспомнил, сколько раз сердился на сестру за то, что приходилось её дожидаться: как будто бедняжка была виновата, что родилась со скрюченной ногой! Он вспомнил, сколько раз поддразнивал Лили за суету вокруг Малыша, хотя