Нина и Арка Света - Муни Витчер

– О чем ты говоришь! – воскликнул мальчик, нежно сжимая Нину в объятиях. – Потом обвел глазами прилетевших: – А где Додо? Почему его нет с вами? С ним что-то случилось?

– Он остался с профессором, – объяснила Фьоре. – В Комнате Планет произошла настоящая катастрофа. Из Двери Каоса вылетела клейкая резиновая сеть и поймала профессора. Он жив, но не может пошевелить и пальцем. В сеть попали также Каркон, Алвиз и Вишиоло.

Услышанное снова вогнало в панику мэра.

– Значит, все сорвалось, – помрачнел Ческо.

– Нет, последнее слово еще не сказано, – вмешался Биров. – Оно за нами, и мне понадобится помощь вас всех.

Нина склонилась над телами родителей и нежно погладила черепа с их красными от огня глазницами. Слабый свет, излучаемый Светочками, отразился в ее глазах. Положила руки на грудь отца и матери: сердцебиение оставалось все еще очень слабым.

– Мне кажется, будет лучше, если мы отнесем их в спальню. Только тихо, чтобы Люба не проснулась.

– Но как они вернутся к жизни без твоего деда? – подал голос Людовико. – А если профессор не сможет…

– Сможет! – резко прервал его Биров. – Он жив, и мы вызволим его! Нам поможет Фалбэлла.

– Что нам поможет? – переспросил Людовико, широко раскрыв глаза.

– Не что, а кто… Не берите в голову, дорогой мэр! Помогите лучше перенести тела в дом. – Русский алхимик не любил долгих разговоров.

Ческо нервно поправил очки, сползшие на кончик носа:

– Фалбэлла? Я тоже впервые слышу это имя. Кто это?

– Забальзамированная гигантская стрекоза, – коротко ответил Биров.

– Стрекоза?! – удивились хором ребята.

Нина присвистнула:

– Ну конечно! Я вспомнила! Это стрекоза моего прапрадеда! Его звали Юрий Мезинский.

– Ну понятно! – улыбнулся Ческо.

Он много знал о династии замечательных русских алхимиков Мезинских, чей символ с гордостью носила на правой ладони Нина.

– Все правильно, Юрий был дедом профессора Миши, – подтвердил Биров. – Однажды он сделал из простой стрекозы колосса с разноцветными крыльями. А когда она умерла, он забальзамировал ее, и сейчас она находится…

– В Москве, в доме, где родился мой дед, – закончила Нина. – Я была тогда совсем маленькой, поэтому не помню, как он выглядит. Хотя наверняка узнаю его, как только увижу. И я знаю, как туда добраться.

Людовико почесал макушку:

– Москва! Отправиться так далеко ради какой-то стрекозы! Да еще забальзамированной! Это безумие!

Фьоре бросила косой взгляд на мэра, а Рокси шумно фыркнула.

Нина не выдала никакой реакции. Ее больше занимал вопрос, чем сможет помочь забальзамированная стрекоза. Может быть, как сказал дед, обработанная Селибенте, она действительно на что-то способна?

Она быстро зашагала к дому. Людовико и Биров с помощью ребят подняли тела Веры и Джакомо, чтобы перенести их в дом.

Крылатый Лев тряхнул гривой и тронул лапой Бирова.

– Да-да, я о тебе не забыл, – отозвался Биров. – Оставайся пока здесь и набирайся сил. Тебя ждет далекое путешествие.

– Путешествие? – повторил зверь с любопытством.

– Да. И нам надо будет поспешить. С тобой полетит Нина, – добавил Биров.

Зверя распирало любопытство: куда и когда ему отправляться. Но, видя, что Биров больше ничего не собирается сказать, сложил крылья и улегся под магнолией.

Как всегда, осмотрительная Рокси какое-то время наблюдала за флигелем, в котором жил садовник, и, убедившись, что ни в одном окне не горит свет, предположила:

– Карло, наверное, спит. Отлично, это нам только на руку.

Нина, однако, увидев свет в окнах виллы, остановилась.

– А вот Люба не спит! Так что сначала войду я и отвлеку ее. Дверь оставлю открытой. И как только дам знак, быстро и бесшумно поднимайтесь по винтовой лестнице.

Русская няня сидела в самом центре холла, прямо напротив входной двери, на стуле, который принесла из кухни. Она явно ждала Нину, чтобы устроить ей обычную выволочку.

К счастью, ни до Любы, ни до Карло не дошли разнесшиеся по городу слухи о Нине и о загадочным полете Крылатого Льва. Оба вернулись на виллу, спеша узнать, все ли в порядке с ней и с ребятами после такого урагана. Не найдя никого в доме, Люба здорово рассердилась и была настроена самым решительным образом: Нина должна объяснить, где ее носит в такую кошмарную непогоду!

На Любе была ночная рубашка, волосы накручены на бигуди. Как ни старалась она бороться со сном, усталость и пережитый страх лишили ее сил. И теперь она сладко похрапывала, откинувшись на спинку стула. У ее ног на ковре так же сладко спали Красавчик и Платон.

Пес встретил приход Нины радостным лаем, кот распушил усы и выгнул спину. Люба вскочила со стула и уставилась на девочку сонным взглядом.

– Привет, Люба, только не ругай меня, – улыбнулась ей девочка, гладя своих любимых животных, скакавших вокруг. – Да, я знаю, что время позднее…

– Ты хочешь, чтобы я умерла? – перебила ее няня. – Я понятия не имею, ни где тебя носит, ни что ты затеваешь со своими четырьмя балбесами! Тебя не загнал домой даже ураган! Все! На этот раз я запру тебя дома. А когда позвонят родители, я расскажу им, что ты здесь вытворяешь! – Пухлые щеки Любы раскраснелись от волнения.

Нина потупила взор:

– Извини… но мне и моим друзьям надо было…

Она умолкла.

– Что вам надо было? – потребовала продолжения Люба.

– Надо было помочь жителям города… найти укрытие от ветра и града… Ты же видела, что окна во многих домах были разбиты вдребезги и… – Девочка не знала, что еще придумать в оправдание своего столь долгого отсутствия.

– Ты издеваешься надо мной? – обиделась русская няня. – А Ческо, Додо, Фьоре и Рокси? Где они сейчас? Надеюсь, уже в своих постелях. Их родители тревожатся за них не меньше, чем я за тебя.

– За моих друзей не беспокойся. Они скоро будут здесь. Поверь мне, мы не делали ничего плохого. И прости, что я постоянно создаю тебе проблемы. Но я очень устала и пойду к себе спать. Может, ты приготовишь мне чашку горячего шоколада и несколько пирожных? – Нина явно подлизывалась к Любе. Люба знала эту ее манеру, но ничего не могла с собой поделать: она любила девчонку.

Грустно покачав головой, няня отправилась на кухню, волоча за собой стул. Платон и Красавчик поспешили за ней, надеясь, что и им перепадет что-нибудь вкусненькое.

Воспользовавшись ее уходом, ребята вместе с Бировым и Людовико внесли в дом тяжелые тела Джакомо и Веры, для чего пришлось, не создавая шума, распахнуть входную дверь во всю ширину.

Тихо ступая вслед за Ниной, они,