Летающий цирк - Питер Банзл

Роберта расстроил пессимизм Баттонсов и Дмитрия. В конце концов, он же был внуком печально известного эскаполога Джека Дора – человека, сбежавшего из самой охраняемой тюрьмы Англии, хоть это, конечно, и не повод для гордости. Но Роберт своими глазами видел, на что способен Джек, и научился у него кое-чему. Поэтому если кто и сможет вырваться на свободу из Летающего цирка, то это должен быть он, Роберт Таунсенд. Он сделает это ради Лили.

– А что, если все будут работать вместе? – предложил он. – И циркачи, и уро… то есть гибриды? Тогда может получиться. С их-то талантами…

Бруно Баттонс затряс головой.

– Мы не общаемся с ними. Они не общаются с нами.

– Почему?

– Во-первых, мадам и Слимвуд не разрешают. Во-вторых… как бы это сказать?.. – Он наклонился так близко к Роберту, что мальчик мог видеть каждую волосинку его аккуратно постриженных усов. – Они странные. Больше механоиды, чем люди. Нет, салага, здесь каждый за себя. Оно и к лучшему.

Роберт никак не мог с этим согласиться. Надо поговорить с гибридами, с Лили, уговорить всех объединиться, и тогда, возможно, что-то да и получится…

В голове начинал зарождаться план, но ему предстояло еще все обдумать. А если он не сработает, остается надеяться, что Джон уже в пути.

В животе опять заурчало, но он решил отвлечься и подумать, как там Лили. Интересно, принесли ли обед в комнату номер тринадцать и был ли он аппетитнее гряши?

На обед гибридов не выпустили; вместо этого через люк в двери протолкнули четыре тарелки. Ребята все быстро съели, но порция Лили осталась почти нетронутой. Она не смогла заставить себя доесть жижу с тарелки, потому что Малкин сравнил ее с холодной кошачьей рвотой. Девочка сидела на стуле, обнимая лиса и обмотав их обоих полосатым шарфом. Его шерсть щекотала ей щеки.

– Мне надо вам кое-что рассказать, – произнесла Лили.

Диди, Лука и Анжелика собрались вокруг стола. Лука положил на него свои механические руки. Диди нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. Анжелика оперлась на трость и завернулась в собственные крылья, как в накидку из перьев. Все выжидательно смотрели на Лили.

Лили поджала губы.

– Я не такая, как другие люди. Как люди за пределами этой комнаты, – начала она. Признаваться было страшно, но она не собиралась делать паузу. – Я гибрид, у меня в груди бьется механическое сердце.

Она остановилась и посмотрела на ребят, пытаясь угадать их реакцию.

С облегчением она заметила, что никто из них не выглядел удивленным, скорее наоборот – они стали еще дружелюбнее.

Это добавило Лили уверенности, и она продолжила рассказ о своей жизни. Она рассказала, как папа пересадил ей механическое сердце, чтобы спасти от смерти. Что сердце – это вечный двигатель, который, возможно, подарил ей вечную жизнь. Что злодей профессор Сильверфиш пытался украсть его при помощи мадам Вердигри, которая была их домоправительницей. Рассказала, как она встретила Роберта, который спас ей жизнь, а она спасла его.

– Ну и я, конечно, спасал их миллион раз, – добавил Малкин, высунув нос из-под шарфа.

– И теперь мадам вернулась за мной. Отчасти – из желания отомстить, но отчасти… – Лили пожала плечами. – Если честно, не очень хочется узнать, зачем. Мне, Роберту и Малкину надо как можно скорее бежать отсюда, и нам нужна ваша помощь.

– Мы постараемся, – заверил ее Лука, – но побег отсюда – дело непростое. Здесь хуже, чем в тюрьме, и большинство выбирается на свободу только в гробу.

– А другие артисты помогут нам? – спросила Лили.

– Нет, – покачала головой Диди.

– Им наплевать, – пояснила Анжелика. – Они готовы предать нас, как и все остальные люди. Для них мы просто уродцы. Но ничего страшного. Мы не нужны им, а они – нам. Так всегда было, и так будет всегда. Тебе не нужны эти обманщики, Лили. Если мы согласимся тебе помочь, то сбежим только мы, и точка.

– И Роберт, – добавила Лили. – Мы не оставим его здесь. Боюсь представить, что с ним сейчас.

От этих мыслей Лили стало не по себе. Но теперь, когда она заручилась поддержкой других гибридов, шансы сбежать увеличились. Настало время осмотреться.

Девочка встала и обошла комнату в поисках возможного выхода. Она простучала все стены и панели – слишком толстые. Тогда она обратила внимание на дверь.

– Пятнадцать сантиметров стали, – сказала Анжелика, будто прочитав ее мысли. – Всегда заперта. В отверстие нам передают еду, но в остальное время мы надежно заперты.

– Вас же выпускают хоть иногда, – сказал Малкин.

– Только помыться и вынести туалет, – сказала Диди, показав на жестяное ведро в углу.

– Фу-у, – протянул Малкин.

– Еще на репетиции, – добавил Лука. – Но там за нами всегда следят мадам и Слимвуд. А в дни выступления за нами присматривает Болван.

– И потом нас опять запирают здесь, – закончила Анжелика. – А на следующее утро все повторяется.

– Не в день переезда, как сегодня, – уточнил Лука. – В такие дни мы взаперти целые сутки.

– К вам относятся хуже, чем к животным, – заключила Лили. Она подошла к тяжелой двери. И тут заметила одну деталь, от которой в ее сердце затеплилась надежда.

Петли люка. Они были внутри. Она осмотрела их внимательнее. Половинки петель были расставлены довольно широко, и между ними можно было увидеть штифт, удерживающий их вместе. Штифт был сделан из проволоки, и по толщине он казался не шире гвоздя. Лили постучала по нему пальцем.

– Лука, как думаешь, сможешь его разрезать?

Лука подошел к ней.

– Клянусь механикой, и как я раньше не заметил? – Мальчик присмотрелся повнимательнее. – Иногда решение прямо у тебя под носом.

– Так мы люк не откроем, – возразила Диди. – Там болты с другой стороны.

– Если разрезать петли, то болты ослабятся, – пояснила Лили. – Я смогу просунуть руку, снять их, убрать люк и отомкнуть замок.

– Гениально! – улыбнулся Лука. – Почему мы сами не догадались?

– Мало ужастиков читали? – предположил Малкин.

Лука тем временем уже разобрался с петлями.

Люк открылся, но болты еще удерживали его на месте, как Лили и говорила.

Она просунула руку в отверстие и открутила их, пока крышка люка полностью не слетела. Девочка втащила ее внутрь, и в центре двери теперь зияла дыра размером чуть больше отверстия для писем. Затем она вытащила шпильку из волос, выпрямила ее зубами и просунула руку в дыру.

Она поворачивала руку, пока не нащупала замочную скважину. Потом вставила шпильку внутрь и принялась за работу. Замок не поддавался. Она попробовала еще раз, но чувствовала, как шпилька гнется. Еще немного, и она сломается.