Обитатели холмов - Ричард Адамс

Когда травы цветущий луг

Лишится, взор откроет вдруг

Дурные вещи;

И лес безмолвный за спиной

Обступит вдруг глухой стеной –

И «в клещи»!

Скрипит засов, а по дороге,

Скрипя, подкатывают дроги,

И вдруг

Приходят женщины, они черны.

Еще — прозекторы, все горбуны.

«Чик!» — и каюк!

У. X. Оден. Свидетели.

Перевод С. Степанова

Было холодно, было очень холодно, крыша была сделана из костей. Крыша из сплетенных тисовых веток — крепкие сучья качались туда-сюда, вверх- вниз, твердые, словно лед, усеянные тусклыми красными ягодами. «Пошли, Орех, — сказал Барабанчик. — Мы хотим отнести ягоды и съесть их в большой пещере. Если твои друзья хотят жить по-нашему, они должны научиться таскать все во рту».

«Нет! Нет! — закричал Пятик — Нет, Орех!» Но потом появился Шишак, качавшийся на ветках вверх- вниз, и рот у него был полон ягод. «Смотри! — сказал Шишак. — У меня получается. Я нашел другую дорогу. Орех, спроси меня „где?“! Спроси — „где?“! Спроси — „где?“!» Потом они бежали другой дорогой, бежали уже не к норам, а по полю, по холоду, и Шишак ронял ягоды — кроваво-красные капли, красные капли, твердые, словно проволока. «Нет, — сказал он. — Не надо их трогать. Они холодные».

Орех проснулся. Он был в норе. И трясся от холода. Почему рядом никого нет? Где Пятик? Орех сел. Дальше ерзал и ворочался Шишак, тщетно пытаясь прижаться к теплому боку. Песок на месте Пятика еще не остыл, а Пятик исчез.

— Пятик! — позвал Орех в темноту.

Но, не успев закрыть рот, он понял, что Пятик не отзовется. Орех ткнулся носом в Шишака, пытаясь его растолкать.

— Шишак! Пятик исчез! Шишак!

Шишак проснулся почти мгновенно, и, как никогда, Орех обрадовался его выдержке.

— Что ты сказал? Что случилось?

— Пятик исчез.

— Куда исчез?

— Он отправился наверх, на силфли. Только туда. Ты же знаешь, по этим норам бродить он не станет. Он их ненавидит.

— Вот ведь зануда. Из-за него-то я и замерз. Думаешь, с ним что-то случилось? Так, да? Хочешь, пойдем поищем?

— Да, хочу. Он огорчен, перенервничал, а сейчас ночь. Что бы ни говорил Земляничка, и сюда может забрести элиль.

В ответ Шишак понюхал воздух.

— Скоро рассветет, — сказал он. — А когда рассветет, мы его отыщем. Конечно, искать лучше вместе. Не волнуйся — далеко он уйти не мог. Клянусь королевским салатом! Но на этот раз, когда мы его поймаем, я за себя не ручаюсь.

— Ты поколотишь его, а я добавлю. Если только найдем. Пошли!

Они побежали вверх по тоннелю, но у выхода оба остановились.

— Если бы собрать наших, то можно было бы сначала разведать, вдруг там горностай или сова, а уж потом идти, — заметил Шишак.

В эту минуту из дальнего леса донесся голос совки. Услышав его, приятели инстинктивно сжались, замерли, слыша только удары сердца, и, когда досчитали до четырех, послышался второй крик.

— Улетает, — произнес Орех.

— Интересно, сколько полевок так говорили? Ты же знаешь, она только делает вид. На то и рассчитывает.

— Что же делать? — спросил Орех. — Пятик где- то там, и я должен его найти. А ты прав. Светает.

— Посмотрим сначала под тисом?

Под тисом Пятика не оказалось. В предрассветном сумраке проступало верхнее поле, но за дальней изгородью внизу, над ручьем, все лежало в темноте. Шишак спрыгнул на поле и описал в мокрой траве длинный полукруг. Вернувшись почти к самой норе, из которой они вышли, он подождал Ореха.